он смотрел. Он видел бесконечность. Старую знакомую, но уклончивую. Обычно её что-то прерывало. Облака. Бушующие волны с пронизывающим их солнечным светом. Даже горизонт не был по-настоящему бесконечным, а скорее... ориентиром на пути к конечной цели.
Здесь он видел бесконечность. Горизонт, казавшийся невозможного далёким. Это не-море, оно... просто. Всё. Длится. Без конца. Посмотри в бинокль — то же самое. Плоская гладь, совершенно не нарушаемая ничем. Вверху — только тьма и голубые полосы. Внизу — эта дымчатая глубина.
Бесконечность в трёх оттенках. Каждый тревожнее предыдущего.
Закат принёс второй мешок с пайком.
— Закат, — сказала Вати, закатывая глаза, когда он снова прошёл мимо неё и уложил второй мешок.
— Я посмотрел, — сказал он.
— И?
— Оно... большое.
— Это невозможно. Наши лучшие моряки погибли там, имея поддержку учёных и штурманов. Идти одному — самоубийство.
— Помнишь, что ты сказала мне много лет назад, когда я злился из-за вашего форпоста на Патжи? — спросил он, проходя мимо неё.
Вати скрестила руки на груди, и Сак — эта предательница — с трудом перелетела и приземлилась ей на плечо, успокаивающе воркуя. Это вспугнуло новую птицу, Рокке; теперь на Вати сидело трое. Становилось тесновато.
Закат поднял бак с водой. Охранник, стоявший там, посмотрел на своего начальника, тот посмотрел на Вати, которая ничего не сказала, пока Закат проходил прямо мимо неё.
Хм. Она усваивала его уроки. Молчала. Отец, как же это раздражало. Неужели он так же действовал на других, когда молчал?
Он поставил бак в лодку и повернулся к ней.
— Я говорила тебе, — признала она, — что экспедиция, скорее всего, обернётся катастрофой — так, в общем-то, и вышло, после того как мы потеряли столько людей в трёх атаках теней. Но это была бы катастрофа, которая приблизила бы нас к цели на шаг.
— Ты спросила меня, — сказал Закат, — думаю ли я, что первые мореходы учились, не пробуя, не рискуя собой. Ты намекнула, что первым трапперам нужно было учиться методом проб и ошибок, делая опасные вещи. Помнишь?
— Помню, — прошептала она. — Но, Закат... первые трапперы все погибли.
— И всё равно мы продолжали посылать людей. Потому что знали: кто-то в конце концов научится способам исследовать — и даже выживать — в безопасности на Патжи и других островах. Иногда единственный путь вперёд требует жертв. Мы должны пройти его, несмотря ни на что.
— Это не единственный путь вперёд, — сказала она. — Есть другой. Мы могли бы просто... сделать так, как хочет сенат. Принять условия, предложенные Верхними.
Это было правдой. Он не ответил, потому что противоречить правде... это то, что люди в разговорах делают слишком часто. Но стать рабами Верхних? Отдать им своих авиаров?
Прогресс. Любой ценой. Это не так уж отличалось от того, что предлагал он, правда? Он кивнул, понимая. Каждый шаг вперёд имеет свою цену. Поэтому на этот раз он взял её за руку и подвёл туда, где странные прозрачные бабочки взмывали в небо. Словно рассыпающийся свет.
Позади, на камнях у источника, соединяющего измерения, он указал на древние рисунки. Корабли. Люди. Гигантский змей. И не та ли это крылатая статуя из легенды о Какобане? Да... и эти другие знаки, если он правильно помнил обучение, означали имена. Язык древних, ставший их собственным.
— Наши люди были здесь, — сказал он, опускаясь на колени. — Эти рисунки древнее. Древнее всего, что мы находили, возможно.
— Более древние на внутренних островах могли быть уничтожены, когда люди осваивали землю.
— Одно из объяснений. Посмотри, Вати. Пожалуйста, посмотри.
К её чести, она посмотрела. Она посмотрела. Она протянула руку, словно желая коснуться камня, но остановилась, задержав пальцы в дюйме.
— Это имя, — прошептала она, — говорит «Второй».
— Второй что?
—...на Рассвете.
Знак? Совпадение?
— Мы действительно пришли из той тьмы. Иначе где наше начало? Каждый остров исследован.
Она задумалась над этим. Она была умной женщиной — безусловно, умнее его. Иногда он задавался вопросом, не говорит ли она так много потому, что у неё так много интересных мыслей, что им в конце концов приходится выплёскиваться наружу.
На её плече Сак тихонько чирикнула и прижалась к ней. И Закат понял: Сак выбрала не утешать Вати вместо него — Сак прощалась с Вати.
— Ты сказала раньше, что я могу идти, — напомнил он. — Ты кивнула. Потому что веришь, да?
— Я согласна, — сказала она, — что мы, вероятно, пришли из этой тьмы. Это совпадает с легендами, а исследования — наше наследие.
— И значит...
— Значит, ты должен быть прав. Эта тьма — ещё один способ путешествовать между мирами. Тот, который наши предки, пользуясь лишь каменными орудиями, сумели освоить. — Она вздохнула. — Но отпустить тебя одного и ждать... это слишком много, Закат. У нас есть сроки — и моему руководству брошен вызов.
— Тяни время.
— Как?
— Делай то, что у тебя получается лучше всего, Вати.
— Говорить? — спросила она с улыбкой.
— Убеждать людей, — поправил он. — Ты взяла упрямого, глупого траппера и затащила его в современную эпоху. Уж с сенаторами и вершителями судеб ты как-нибудь справишься.
— Ты не глупый, Закат.
— Но упрямый? — спросил он.
— Легендарно. Как никто другой, кого я встречала. — Она помедлила. — Но не знаю, смогу ли я и дальше тянуть время с Верхними.
— Ещё немного, Вати. Пять лет ты с ними танцевала и побеждала. Они так и не нашли оправдания, чтобы завоевать нас. Пять лет ты их водила за нос, и я знаю, как они раздражены.
Это была правда. План Вати сработал. У народа Заката уже могли бы быть летательные машины, но только если бы они воспользовались технологией, которой не понимали. Вместо этого они развивались со скоростью, которую могли осмыслить, и строили инфраструктуру, чтобы это поддерживать. Всё равно невероятно быстро, подозревал он, но недостаточно для Верхних, которыми Вати через множество переговоров искусно манипулировала.
План Заката и Вати, начатый на берегу Патжи пять лет назад, сработал. Их народ всё ещё был свободен. Пока что.
— Они пробуют другие тактики, — сказала она. — Ты заметил — Верхние делают нас зависимыми от своих источников энергии и лекарств, вместо того чтобы обманом заставить нас развиваться слишком быстро. И какие бы договоры и законы у них ни были... их можно нарушить. Как любой закон.
— Ты справишься с ними, — сказал он. — Ещё немного. Пожалуйста. Я принесу тебе доказательство. Не просто доказательство, что тьму можно пересечь, а доказательство, что это поможет. Доказательство, что наши предки сделали это и что этот странный океан поможет нам бросить вызов могущественным существам, которые на нас давят.
Она снова
