Ознакомительная версия. Доступно 52 страниц из 343
— Нет, — проворчал Геральт, всматриваясь в туман. Поэт знал, что зрение и слух ведьмака невероятно чувствительны, но не мог угадать, оценивает ли он сейчас слухом или же зрением. — Не бригада. То, что осталось от бригады. Пятеро или шестеро конных, три лошади без седоков. Стой здесь, Лютик. Я иду туда.
— Gar’ean, — предостерегла зеленоволосая дриада, поднимая лук. — N’te va, Gwynbleidd! Ki’rin!
— Thaess aep, Fauve, — неожиданно резко ответил ведьмак. — M’aespar que va’en ell’ea? Пожалуйста, стреляй. А если нет, то замолчи и не думай меня запугать, потому что меня запугать нельзя. Я должен поговорить с Мильвой Барринг и поговорю, независимо от того, нравится тебе это или нет. Останься, Лютик.
Дриада опустила голову. Лук тоже.
Из тумана проступили девять лошадей, и Лютик увидел, что действительно только на шести из них сидели наездники. Заметил он и фигурки дриад, появившихся из зарослей и направлявшихся навстречу, заметил, что трем наездникам пришлось помогать слезть с лошадей и поддержать, чтобы они могли дойти до спасительных деревьев Брокилона. Другие дриады, словно привидения, промчались по бурелому и береговому откосу и исчезли во мгле, затягивающей Ленточку. С противоположного берега раздался крик, ржание, плеск воды. Поэту почудилось, что он слышит свист стрел. Впрочем, уверен он не был.
— За ними гнались… — проворчал он.
Фаувэ повернулась, держа руку на луке седла.
— Ты петь такая песня, taedh, — проворчала она. — N’te ch’aent a’minne, не о Эттариэль. Любить — нет. Время — нет любить. Теперь время — убивать, да. Такая песня — да!
— Я, — пробормотал он, — не виноват в том, что творится…
Дриада минуту помолчала, глядя в сторону, потом быстро проговорила:
— Я — нет тоже. — И быстро скрылась в чаще.
Ведьмак вернулся примерно через час. Привел двух оседланных лошадей — Пегаса и гнедую кобылу. На чепраке кобылы видны были следы крови.
— Это лошадь эльфов, верно? Тех, что перешли реку?
— Да, — ответил Геральт. Лицо и голос у него были чужие и незнакомые. — Это кобыла эльфов. Однако временно она послужит мне. А представится случай — обменяю на коня, который умеет нести раненого, а если раненый упадет, останется рядом с ним. Кобылу этому явно не научили.
— Уезжаем?
— Уезжаешь ты. — Ведьмак кинул поэту поводья Пегаса. — Ну бывай, Лютик. Дриады проводят тебя версты три вверх по течению, чтобы ты не налетел на солдат из Бругге, которые, вероятно, все еще крутятся на том берегу.
— А ты? Остаешься?
— Нет. Не остаюсь.
— Узнал что-то от «белок»? О Цири, да?
— Бывай, Лютик.
— Геральт… Послушай…
— Что мне слушать? — крикнул ведьмак и вдруг осекся. — Ведь я ее… Я же не могу оставить ее на произвол судьбы. Она совсем одна. Ей нельзя быть одной, Лютик. Ты этого не поймешь. Никто этого не поймет, но я-то знаю. Если она будет одинока, с ней случится то же, что когда-то… Что когда-то случилось со мной… Ты этого не поймешь…
— Я понимаю. И поэтому еду с тобой.
— Да ты спятил! Знаешь, куда я еду?
— Знаю. Геральт, я… Я не сказал тебе всего… Я чувствую свою вину. Я не сделал ничего. Не знал, как следует поступить… Но теперь знаю. Я хочу поехать с тобой. Сопровождать тебя. Я не сказал тебе… о Цири, о слухах, которые кружат. Я встретил знакомых из Ковира, а те, в свою очередь, слышали сообщения послов, которые вернулись из Нильфгаарда… Догадываюсь, что эти слухи могли дойти даже до «белок», и ты уже все узнал от тех эльфов, которые перешли через Ленточку. Но позволь… мне… мне самому рассказать тебе…
Ведьмак долго молчал, безвольно опустив руки, наконец сказал изменившимся голосом:
— Прыгай в седло. Расскажешь по дороге.
***
В то утро во дворце Лок Грим, летней резиденции императора, царило необычное оживление. Тем более необычное, что всякие оживления, возбуждения и волнения были абсолютно не в обычаях нильфгаардской знати, а проявление беспокойства либо любопытства считалось признаком незрелости. Такое поведение нильфгаардскими вельможами почиталось столь предосудительным и недостойным, что выказывать оживление или возбуждение стыдилась даже недозрелая молодежь, от которой, кстати, мало кто ожидал приличного поведения.
Однако в то утро в Лок Гриме молодежи не было. Молодежи нечего было искать в Лок Гриме. Гигантскую тронную залу дворца заполняли серьезные и строгие аристократы, рыцари и дворяне, все как на подбор затянутые в черную придворную одежду, оживляемую лишь белизной брыжей и манжет. Мужчин сопровождали немногочисленные, но столь же серьезные и строгие дамы, которым традиция разрешала освежить чернь одежд минимумом скромной бижутерии. Все прикидывались благопристойными, благовоспитанными, серьезными и строгими. А меж тем были невероятно возбуждены.
— Говорят, она некрасива. Худа и некрасива.
— Но вроде бы королевских кровей.
— От незаконного брака?
— Отнюдь. Легального.
— Стало быть, взойдет на трон?
— Если император пожелает…
— Разрази меня гром, вы только гляньте на Ардаля аэп Даги и князя де Ветта… Ну и физии… Словно уксуса наглотались…
— Тише, граф… Тебя удивляют их мины? Если слухи подтвердятся, Эмгыр даст пощечину древним родам. Унизит их…
— Слухи не подтвердятся. Император не женится на этой найде! Он не может так поступить…
— Эмгыр может все. Следите за словами, барон. Следите за тем, что говорите. Бывали уже такие, кто утверждал, будто Эмгыр не может того, сего. Кончали на эшафоте.
— Говорят, он уже подписал декрет о пожаловании ей земель. Триста гривен ренты, представляете себе?
— И титул принцессы. Кто-нибудь из вас ее уже видел?
— Как только она прибыла, ее тут же отдали в руки графини Лиддерталь, а вокруг дома поставили гвардейцев.
— Ее поручили графине, чтобы та научила девчонку хотя бы началам хороших манер. Говорят, ваша принцесса ведет себя как девка из коровника…
— И что странного? Она с севера, из варварской Цинтры.
— Тем невероятнее слухи о браке Эмгыра. Нет, нет, это абсолютно невозможно. Император, как и планировалось, возьмет в жены младшую дочь де Ветта. Он не женится на узурпаторке!
— А пора бы уж наконец жениться. Ради продолжения династии. Самое время завести маленького великого князя…
— Так пусть женится, только не на этой бродяге!
— Тише, без экзальтации! Ручаюсь, милостивые государи, этому союзу не бывать. Какая цель может быть у такого марьяжа?
— Политика, граф. Мы ведем войну. Такой союз имел бы политическое и стратегическое значение… Династия, из которой происходит принцесса, имеет законные титулы и подтвержденные ленные права на земли в Долине Ярры. Если она станет супругой императора… О, это был бы удачный шаг. Только взгляните на послов короля Эстерада, как они шепчутся…
Ознакомительная версия. Доступно 52 страниц из 343
