Гавриил пытался сдержать натянутость своей улыбки, у него это получалось плохо, и сейчас казалось, что на его щеки напал лицевой паралич.
— Ну… раз мы плавно перешли к теме турнира… У кого-то есть какие-то новости или вопросы по другим темам? — он медленно прошелся глазами по каждому члену совещания, все молчали. — Тогда переключимся на «Мирантирский эпос». Алекс! Очередной раз выражаю свою безграничную благодарность за выделение денежного приза из твоего собственного кошелька…
— Чего только не сделаешь на благо Мирантира.
— … вчера я окончательно получил всю сумму, и, как и планировал, перевел полтора миллиона на особый счет для победителя и еще полтора миллиона на другой счет, для кого-то из вас. Сегодня утром утряслись все проволочки с юристами, и вот что я могу сказать. Как только станет известен победитель, в ту же секунду деньги поступят на счет нашего чемпиона.
— Браво! — выкрикнул Зазикин и зааплподировал.
Поддержал его только Антон, да и тот, увидев, как никто даже не шелохнулся, быстро утих. За ним успокоился и главный сценарист.
— И теперь мы плавно переходим к участникам!
— Николай Васильевич и Антон. Уже послезавтра жеребьевка, а вы еще не определились со своими третьими чемпионами.
— Дак отэто… — как-то начал я виновато, но быстро собрался и уверенно выпалил: — Я все. Буквально полчаса назад определился с чемпионом. Минимальный порог в двадцать пять общих единиц базовых характеристик он преодолел.
— Отлично! Мне нравится! Осталось только мне его проверить. Антон?
— Ну, я, это…
— Если позволите, — властно перебил Алекс блеющего Антона. — Я бы хотел предоставить одного из моих чемпионов ему. Я как раз не могу определиться кого окончательно утвердить из своих, а тут тогда и выбирать не придется. Мы с Антоном уже все обсудили, он не против.
Гавриил перевел взгляд на молодого инвестора.
— Да, он не против… Ну… то есть… да, я не против.
— Хорошо. Этот вопрос решили, и вашего еще одного чемпиона я тоже проверю. Отлично. Ваши все чемпионы доукомплектованы. Тогда у меня для вас хорошая новость. Даже две. Первая: с даты объявления о проведении Мирантирского эпоса количество активных игроков увеличилось в два с половиной раза, а количество новых игроков вплотную приблизилось к тем же цифрам, которые мы имели на запуске нашей игры, — прозвучали одобрительные возгласы, от которых Гавриил прям засиял. — Вторая новость: Мерсоньез, это главный игрок в Республике на Пиратской территории, если вдруг кто-то не осведомлен, любезно пригласил нас на финальный этап отбора в его владениях.
— Когда? — как-то с тоской спросила Иззи.
— Сейчас, — радостно ответил Гавриил и поднялся из-за стола.
— Чоб меня осел копытом промеж глаз отоварил, — едва слышно прокомментировал я перспективу будущей встречи.
Реал. Часть 6
Окончание игрового сеанса со стороны всегда для меня выглядело как пробуждение после очень бурного и реалистичного кошмара. Сначала у обездвиженного тела в кресле и в шлеме начинали дергаться пальцы на руках, затем проходили легкие импульсы по всему телу, а уже после этого громкий вдох.
Вот и сейчас произошло все то же самое. Громкий вдох, тело ожило, частое и нервное дыхание. Денис пару раз повертел головой в шлеме, а затем взял его руками и снял со своей макушки.
— Который час? — сразу спросил он, часто моргая.
— Без пятнадцати пять.
— Мама скоро будет здесь.
— Я знаю.
— Пойдемте.
Я подошел к мальчику и помог ему подняться со стула. Карточкой провел по небольшому электронному экранчику, и дверь подсобки открылась. Вот уже полтора месяца Денис заходит в Мирантир не у этой мрачной и курящей бабки на коляске, а здесь — в школе. Пришлось, конечно, заплатить уборщикам за использование подсобки, но лучше так, чем каждый раз тратить время на дорогу к бабке и назад. Что до нее, то нам с мальчиком удалось ее убедить в том, что после окончания турнира мы вернем все оборудование ей и она в любой момент сможет попасть в Мирантир к деду. А пока все, что нужно для комфортной игры, мы перевезли из прокуренного дома в селе сюда.
Мы вышли из-за угла, но Денис быстро впихнул меня назад в коридор. Я непонимающе взглянул на него, а глаза школьника округлились, став как монетки.
— Дядя Вадим здесь.
— Что? — тупо спросил я очевидное, еще не до конца понимая, что происходит.
— Вместо мамы прилетел дядя Вадим.
— Гавриил…
— Что нам теперь делать? Он же вас знает.
Я нервно клацнул пару раз катетер на виске, и мысли как будто ускорились.
— За мной!
Я рванул к лестнице наверх, надеясь, что Денис не отстает. С отдышкой я вылетел на крышу, на парковку, и подбежал к своему флаинмобу.
— А нельзя, чтоб он со мной не разговаривал? Скажешь, что я уже ушел, — нервно уточнил я, разблокировав дверь транспорта.
— Послезавтра начало турнира! Нам же надо как-то убедить маму и дядю Вадима, что я должен еще остаться в школе после уроков на пару недель.
— Это да, это да, — пробормотал я, копошась в бардачке.
— Хотя, даже хорошо, что пришел дядя Вадим, его легче будет убедить планом А.
Я замер. Мои руки тряслись.
— Легче?! Есть ма-а-а-аленькая проблемка. Он знает, как я выгляжу и кто я такой.
— Ну у вас же усы.
— Этого мало, — я продолжил рыться в бардачке, — Вот!
Я передал небольшую пластиковую штуку, похожую на приспособление для чистки картошки, морковки и других овощей. Денис непонимающе взял бритву в руки.
— Давай! На лысо! — скомандовал я, наклоняясь вперед, чтоб мальчику удобнее было меня брить.
— Что?
— Брей!
— Э-э-э…
— Быстро! Мы теряем время. Там сбоку кнопка. Брей меня налысо.
Школьник нажал на небольшую кнопочку и продолговатая полоска на бритве засветилась голубым. Он провел этой штукой мне по голове, под ноги упали патлы.
Пока Денис производил стрижку под ноль, я пару раз нажал на катетер.
— Готово!
Из окна двери на меня смотрел гладковыбритый усач. Хорошо. Но еще недостаточно. Еще пара штрихов. Я отряхнул с себя остатки волос и закинул бритву назад в бардачок. Затем достал оттуда бумажный пакет с алкоголем.
— Ну, дед, я тебе это еще припомню, — сказал я на выдохе и приложился к горлышку бутылки.
Глоток, нажал на катетер, глоток, нажал на катетер. Седьмой глоток, нажал на катетер. Пустая бутылка полетела на заднее сидение, а мое тело вновь сгорбилось над бардачком. Пластырь! Протянул упаковку Денису. Тот ошарашено продолжал глядеть на все происходящее.
Так, а сейчас самое тяжелое. Я еще пять раз быстро нажал на кнопку катетера, а затем резко выдернул его из своего виска. Головная боль. Тошнота. Как будто в висок вогнали гвоздь.
— Быстро! Залепи отверстие пластырем.
— Хорошо.
Я даже глаза закрыл от боли. Надо еще немного потерпеть, скоро… Неожиданно боль ушла, и я как будто окунулся в желе. Все стало вязким, неторопливым и спокойным. Смесь в моей крови начала действовать.
— Готово! — отрапортовал Денис.
Медленно разлепившиеся веки открыли передо мной парковку-крышу школы и нервного мальчика. Но мне было как-то так пофиг.
— Дай мне это…
Я спокойно взял у школьника еще один пластырь из упаковки и посмотрел в стекло. Для пущей верности наклеил еще пару полосок пластыря себе на щеку и одну на подбородок. Ну! Маскировка завершена. Челкастый дохлик превратился в лысого и усатого заморыша с пластырями по всему лицу.
— Веди! — уверенно сказал я, схватившись за плечо Дениса.
Ну мы и пошли. И успели пройти ровно до входа на лестницу, где нам встретился пузатый директор школы в костюме троечка.
— О! Валент… Погоди-те, а вы кто? Селезнев, кто этот мужчина?
— Да вы что! Это же Валентин Петрович!
