Майкл Муркок - Дуб и овен

– Дагдаг! Пусти меня!

– Дагдаг – наш друг, Корум, – шепнула ему на ухо Медб. – Он спас нашего верховного короля.

Корум повернулся к ней и увидел, с какой тревогой она вглядывается в его единственный глаз.

– Убери меч, – сказала она. – Тут никого нет.

– Разве ты не слышала арфу?

– Я слышала музыку ветра в развалинах замка Оуин. Вот и все, что я слышала.

– И не видела его лица, его насмешливого лица?

– Я видела, как облако закрыло луну, – сказала она. – Вернемся, Корум, к нашему празднику.

Вздохнув, он вложил меч в ножны и покорно пошел за Медб обратно в Каэр Малод.

Так заканчивается сказание о Дубе и Овне.

За море отправились гонцы, неся вести для всех: верховный король вернулся к своему народу. Они плыли на запад, к королю Фиахаду из Туа-на-Мананнан (теперь Корум знал, что земли эти были так названы в честь рода Илбрека), они плыли на север, чтобы донести новость до Туа-на-Тир-нам-Бео. Они поведали ее Туа-на-Ану и королю Даффину из Туа-на-Гвиддно Гаранхир. И где бы гонцы ни встречали племена мабденов, то рассказывали им, что верховный король обитает ныне в Каэр Малоде, что Амергин обдумывает вопрос о войне против Фои Миоре и что он созывает представителей всех родов и племен, дабы обсудить планы последней великой битвы, исход которой и решит, кто будет править землями запада.

В кузницах ревели пылающие горны, и оттуда доносился непрестанный звон металла: под руководством величайшего из кузнецов, Гофанона, там ковали и закаливали топоры и копья.

В домах мабденов царили радость и надежда. Они ждали, что решат Корум Серебряная Рука и Амергин, великий друид, – где состоится битва и когда она начнется.

А остальные слушали Илбрека, который, усевшись на траве, рассказывал легенды, услышанные им от своего отца. Многие считали его величайшим из героев сидов и помнили, как он участвовал в битвах и какие совершал подвиги. Затаив дыхание, они слушали эти повествования (часть из которых знали) и с радостью убеждались, что героизм, который, казалось, существовал только в песнях бардов, был на самом деле.

И только когда они видели Корума, бледного и мрачного, с опущенной головой, словно он прислушивался к какому-то голосу и никак не мог его уловить, они понимали смысл трагедии, заключенный в этих сказаниях о великих людях, погибших на службе своему народу.

В такие моменты люди Каэр Малода были задумчивы, они осознавали величие жертвы, которую ради них принес вадагский принц по имени Корум Серебряная Рука.

Так заканчивается пятая из Книг Корума.

Перевод С. Головой, А. Голова.

Перевод В. Эрлихмана.