Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 92
Парнишка так ожесточенно скреб свою шевелюру, что выдрал у себя из головы клок волос.
«Не хватало полысеть», — подумал он и как бы невзначай спросил:
— А подсказки никакой нет?
— Чай, не маленький, чужим умом жить. Давай свою отгадку.
— Сват Наум и кум Игнат, — неожиданно ляпнул Санька и сам испугался.
В ответ грянул дружный хохот:
— Ну ты даешь! Точно Санька-богатырь. Вообще-то точнее будет кум Наум и сват Игнат, но имена угадал правильно. Что прикажешь?
Желаний у Саньки было всего два. Первое: переодеться, иначе так и придется всем постоянно доказывать, что он не вражеский лазутчик. А второе — побыстрее попасть во дворец к царю Берендею.
— Это мы запросто, — обрадовались невидимки. — Но прежде ты поесть должен. Не принято у нас гостя голодным отпускать.
Тотчас старая скатерть с остатками еды завязалась узлом и исчезла, а на столе появились тарелка дымящихся щей, пара запеченных перепелов с картошкой и горшочек топленого молока рядом с пышным теплым пирогом. Отдельно лежали большой сверток одежды и веревочный клубок.
Через полчаса Санька, подкрепившись, развернул одежду и даже крякнул от досады.
— Ребята, вы чего мне подсунули? Это же полный богатырский комплект: шлем, кольчуга, щит и меч. Не хватает лишь копья да верного вороного коня. Неужели вы думаете, что я в таком виде смогу незаметно до Берендея добраться?
— Такты все-таки как-никак богатырь, — нерешительно попытался возразить Наум. — Но твое слово — закон.
Доспехи исчезли, а на столе появились простая застиранная рубаха, латаные штаны и пара стоптанных лаптей. Сверху лежал тонкий платок.
Санька двумя пальчиками поднял рубаху:
— Ну, молодцы, ну, конспираторы. Хорошо еще грязью для достоверности не перемазали. А платок зачем? В девицу превращаться?
Слева прозвучал сдавленный смешок:
— Где ты видел девицу в штанах? А платочек тебе понадобится, когда до города доберешься. Перед тем как войти во дворец, найди укромное местечко, и его себе на голову накинь. Там увидишь, что произойдет.
Богатырь переоделся, вышел на крыльцо и бросил клубок на землю.
— Вы со мной? — спросил он у невидимок.
— Пока не можем. Нам Яга наказала избушку сторожить.
— Ну, раз приказано, так ждите. Но я так думаю, лучше бы вам отправиться на поиски Яги — мало ли что. — И Санька зашагал за клубком.
* * *
Долго ли, коротко ли, но вот показались знакомые стены, У Саньки чаще забилось сердце, и в душе затеплилась маленькая надежда: может, насочиняли все про Василису, а она сейчас выбежит ему навстречу, протянет руки, засмеется и бросится на грудь.
Но все гладко происходит только в мечтах, а в жизни вечно вылезают всякие заморочки. Хотя солнце и стояло высоко в небе, ворота оказались на запоре. Возле них стояла телега, груженная сеном. Понурая лошаденка равнодушно рассматривала что-то на земле, а из сена раздавался храп спящего возницы.
Санька постучал. Тишина. Он снова постучал — уже сильнее. Никакого ответа. Тогда он принялся барабанить что было сил, затем развернулся и принялся колотить по створке ногой.
Наконец в бойнице появилось недовольное лицо стражника:
— Кого тут черти носят? — Увидев оборванного паренька, он скривился: — Ты, обглодыш, будешь шуметь — уши надеру.
Это наглое заявление возмутило Саньку до глубины души. Получалось, что его и тут, в городе, совершенно не помнят и ни во что не ставят. Вроде и времени прошло не так много, а уже напрочь забыли.
— Я богатырь Санька.
Стражник сначала удивленно хмыкнул, затем хрюкнул, а потом принялся громко хохотать и в конце концов повалился на пол. Наконец успокоился, вытер рукавом слезы и, отдышавшись, укоризненно произнес.
— Молод еще, а врать-то уже горазд. Говорят, — он понизил голос, — его сам Кащей Бессмертный в свою свиту зачислил. Потому как геройская личность. Можно сказать, в одиночку целый Серый Орден уничтожил. Они наше царство захватить хотели, а Санька-богатырь не дал. Этих самых захватчиков, как тараканов, видимо-невидимо налетело. Богатырь Санька вышел им навстречу; как махнет мечом направо — улица, махнет налево — переулочек. Всыпал по первое число.
Слушая этот рассказ, Санька непроизвольно расправил грудь и приосанился. Все-таки приятно. Молодец Баюн, постарался. На все царство прославил. Но тогда тем более странно, что его не узнают. Раз в бою видели, так обязаны и помнить. Неужели он так сильно переменился?
— А ты никак в битве участвовал? — перебил он ударившегося в воспоминания вояку.
— Не так чтобы рядом, но почти; в то время я служил пешим ратником в той сотне, что на подмогу шла. Мы, считай, на полдня всего-то и не успели.
— Получается, ты того Саньку и в глаза не видел?
— Ты полегче, а не то точно по лбу схлопочешь. Не видел. Конечно, здороваться не здоровался, врать не буду, но рядышком стоял. Вот как до тебя, даже ближе. Он еще с Василисой…
— Ну и каков он?
— Каков, каков. Я его вообще-то со спины видал, но скажу тебе — герой. Одним словом, богатырь. Плечи — во. Широченные такие плечи. Сам он — во, таких, как ты, пяток нужно сложить. Грудь колесом. Глаза голубые-голубые и волосы русые. Свой, коренной русак. Борода небольшая, колечками…
— Постой, постой, какая борода? Ты же его со спины видал?
— Люди сказывали. А ты не перебивай. Меч у него был в три пуда. А голосина — не твоя писклявка. Как крикнет — лошади замертво падали. Тебе, недомерку, этого не понять. Это видеть надобно. И чего это я тебе все рассказываю, время зря теряю? Короче, надоел ты мне, вали отсюда, а то стрелой угощу.
— А почему ворота закрыты? Мне в город нужно.
— Всем нужно. Но из дворца пришел приказ: запереть все входы и выходы, чтоб ни одна вражья душа внутрь не проникла. Какая душа вражья, а какая нет — неизвестно. Раньше хоть столб волшебный стоял: стоило нечисти рядом появиться, он звенел. А теперь нет ничего, срыли столбик. Наше начальство, опасаясь царского гнева, решило подстраховаться и на всякий случай приказало в город вообще никого пускать. И хватит болтать, ты смотри, я уже и лук достаю.
Трудно сказать, чем бы закончилось это препирательство, но тут к воротам подскакала группа всадников. Санька моментально узнал дружинников, с которыми он совсем недавно так поспешно расстался. Он быстренько отвернулся, стараясь сделаться как можно меньше, незаметнее, а затем нырнул под телегу и там замер.
Но всадникам было не до него.
— Живо открывай, толстяку помощь нужна! — закричали они часовому.
Действительно, Митюха почти лежал в седле, привалившись к холке коня.
Ворота натужно заскрипели.
— Кто это его? — участливо поинтересовался часовой.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 92
