Чистильщик - Шнайдер Эйке

— А вы? — спросил Альмод, но было видно, что ему совершенно все равно.

— В Белокамень, — сказал Эрик.

Торговый город, там наверняка найдется купец, в охране которого как раз не хватало парочки одаренных. Он тоже еще не слишком понимал, что дальше. Они живы — и пока этого довольно.

— Хорошее место.

Эрик кивнул, хотя Альмод и не мог этого видеть. Подумав, решил, что все же стоит сказать.

— Знаешь, в той истории, с Озерным… Почему в гибели города обвинили тебя, если о смерти командира тут же узнает бдящий пророк?

Альмод вскинулся, ошарашенно глядя на него.

— Едва ли твари добрались до города за те четверть часа, что шли два следующих отряда, — продолжал Эрик. — Они поняли, что не справятся и отступили, ведь так? Но почему не предупредил — ты? И почему кнут достался тебе, а не им?

Альмод грязно выругался, спрятав лицо в ладони.

— Девять лет. Девять, так их и разэтак, лет… Почему ты догадался сразу же, а я — нет?

— Если бы меня убеждали в том, что смерть стольких людей на моей совести, чтобы накрепко привязать к ордену, я бы тоже не догадался.

Альмод всхлипнул, не отрывая рук от лица.

— Я мог бы снова сбежать… и пусть бы вешали, все лучше, чем…

Эрик не стал говорить, что он не проходил бы так долго, если бы на самом деле не хотел жить. Не сейчас. Да и сам Альмод наверняка это знает.

— Тира была бы… Я бы ее никогда не встретил, но она была бы жива.

— Фроди сгнил бы на каторге, — тихо сказала Ингрид.

Альмод поднял голову, криво усмехнулся.

— Может быть. Не знаю. Сейчас я ничего не знаю.

Он снял с шеи алую бусину на кожаном шнурке, положил перед Эриком.

— Понадоблюсь — найдешь. Если буду жив.

Эрик смотрел на закрывшуюся за его спиной дверь, пока Ингрид не накрыла его руку своей. Встряхнулся.

— В Белокамень? Или поищем какой-нибудь захудалый замок в приграничье, где можно было бы осесть на несколько лет?

— В Белокамень, — она потерлась щекой о его ладонь. — А там видно будет.

Конец