Сердце василиска (антология) - Франциска Вудворт

— Чего ж там темный намагичил, что вы все так всполошились?

Лечебный сбор был разлит по глиняным кружкам и водружен на стол. Рядом примостились два блюдца: с вареньем и медом, сладкие сухарики и оторванные от сердца карамельки. На них я смотрела с особой грустью: есть нельзя, иначе талия поплывет. Но и не есть — выше моих сил! Так что пусть лучше слопает залетный василиск. Будет небольшой вклад в его здоровье и общее благое дело.

Отвернулась от источника соблазна и поймала насмешливый взгляд незваного гостя. Вот пусть только попробует прокомментировать увиденное! Но то ли выражение лица у меня сделалось зверское, то ли мужчина попался умный — он ответил на ранее заданный вопрос.

— Много всего. И главное — под носом у стражи и инквизиции! Никто и не заподозрил в приличном гражданине сумасшедшего мага.

— Так это для вас он и его опыты — сумасшествие, — пожала я плечами. — Магия хаоса не превращает магов в чудовищ, а всего лишь меняет восприятие окружающего мира и дарует силу. Стирает условности, понятия морали и законы. Все становится неважным, кроме жажды знаний и новых открытий. Неужели ты, василиск, никогда не нарушал закон из лучших побуждений? По глазам вижу, что было. А откуда ты знаешь, что они лучшие? Это ведь только твое мнение.

— Защищаешь отступника? — нахмурился гость, внимательно меня разглядывая.

Пытался уличить в пособничестве? Или просто ведьмочек никогда не видел? Скорее второе, потому что взгляд был чисто мужским — заинтересованным, скользящим, теплым. Невольно села ровнее, расправляя плечи. Ну а что? Всегда приятно, когда красивый мужчина так откровенно любуется.

— Защитой пусть занимаются адвокаты и борцы за равноправие. Я же объясняю, почему никто ничего не заподозрил. Но да ладно, не мое это дело. Ведьму-то зачем искал?

— Не столько ведьму, сколько крайний дом. Он первый на пути у нежити, так что если полезут, то через тебя. Пустишь на несколько дней на постой?

Вот только василисков дома мне и не хватало! С другой стороны, если жителям Мухоморов угрожает опасность, то чего бы и не пустить? Избушка большая, места всем хватит.

— Так уж и быть, оставайся. Что только не сделаешь ради подопечных.

— Премного благодарен.

— Зовут-то тебя как?

Незваный гость на мгновение задумался.

— Называй меня Рель. А тебя?

— Илария.

— Будем знакомы, ведьмочка.

Глава 2

Конец декабря выдался особенно суровым. Несколько дней, о которых говорил Рель, превратились в две декады и небольшой хвостик. Снежный покров за это время достиг такой высоты, что в пору было рыть тоннели. Собственно, этим мы и занимались. Точнее, я командовала и прикидывала маршрут, а большой и упитанный змей выполнял. Иногда нам приходилось прерываться, потому что неприспособленная к стуже хладнокровная кожа рептилии начинала дубеть и покрывалась корочкой льда. Я счищала ее большим махровым полотенцем от головы до кончика хвоста и растирала чешуйки, чтобы не промерзали. А затем отпаивала работничка ягодными отварами и специальными порошками, чтобы восстановить иммунитет и укрепить здоровье в целом.

В общем, заботилась о хвостатом госте, как могла. Даже связала для его человеческой формы шапку и шарфик и вытребовала у старосты Веселых Мухоморов мужскую дубленку.

А как-то за ужином Рель признался, что не чувствует холода в полуобороте и в полном обороте, но обтирания полотенцем ему очень понравились. В тот момент я даже не знала, ругаться или смеяться. Вот же… змеюка хитрохвостая!

За время пребывания защитника в избушке к деревне приблизилась всего парочка чудовищ. Одного монстра бдительный василиск уничтожил на подходе. А вот со вторым чуть не разминулся, уйдя на охоту с утра пораньше.

Меня же разбудил громкий хлопок и жуткий вой, раздавшийся следом. Видимо, почуяв близость жилья, нежить ускорила ход и врезалась в защитное поле, возведенное бывшей хозяйкой избушки, подпитанное мной и, кажется, василиском. Магический разряд прошил чудовище насквозь. Калечное тело отбросило на несколько шагов, и плешивая шерсть задымилась. Но нежить не сдавалась. Припадая на передние лапы, она стала медленно обходить защиту по кругу, ища брешь.

Люлий, не теряя времени, метнулся за подмогой. Выбежав из дома, ловко проскочил перед носом у чудовища, отвлекая внимание на себя, и нырнул в один из тоннелей. Хитрость фамильяра почти сработала: существо попыталось преследовать более доступную «еду», но, поскольку силы после разряда еще не восстановились, оно вскоре вернулось для осады и поиска бреши в защите.

Когда я поняла, что подойти к избушке опасный гость не может, наконец-то выдохнула, успокоилась и пошла собирать на стол. В том, что василиск справится с нежитью, когда вернется, даже не сомневалась. В том, что после боя с тварью он сильно проголодается — тоже. Поэтому, когда скрипнула дверь, у меня на столе уже красовались горячая сковорода со шкварчащей яичницей, блюдце с мясной нарезкой, ароматный хлеб, ягодный отвар и тарелка с сырниками.

Я не сразу поняла, что своими разносолами невольно прикормила эту теплолюбивую змеюку. Он все реже выходил на мороз и все чаще просил приготовить вкусненькое, объедая одну несчастную ведьмочку. Но честно компенсировал неудобство веселыми историями, приятным общением и помощью по дому.

Мне неплохо жилось в компании пушистого фамильяра, но стоило признаться — с рукастым мужчиной было удобнее. Как-то незаметно он перетянул на себя часть обязанностей по хозяйству, освобождая время для приготовления зелий и проведения опытов. В такие моменты любопытный змей садился рядом и наблюдал за процессом. А после окончания заваливал вопросами и замечаниями, поражая глубиной своих знаний в сфере алхимии.

Рель мне нравился. Не столько, как мужчина, сколько в качестве товарища. Хотя и мужчиной он был очень даже… Если в первый момент он показался напыщенной букой, то постепенно освоился и раскрылся, демонстрируя отличное чувство юмора, железные принципы и особую уверенность, выдававшую в нем настоящего аристократа. Да-да, признаюсь, я была очарована! А как иначе, если кое-кто прикладывал к этому массу усилий! Пусть и не осознанно.

Дошла я до понимания своих чувств не сразу. Может, вообще не обратила бы внимания, но одно утро изменило все. Релю, как важному и теплолюбивому гостю, я выделила самое лучшее место в избе — на печке. Сама заняла бывшую хозяйскую комнату со смежной стенкой. Обычно я любила поспать до обеда, но в