– Много их было? – поинтересовался Борланд.
– Тридцать два. – Заффа оставался не–возмутимым, даже признаваясь в том, что занимался некогда столь жутким ремес–лом. – А потом все закончилось.
– Почему?
– Мой тридцать третий «клиент» был не–виновен, – промолвил Заффа. – Я знал это наверняка. Вот тогда и усомнился в том, что все делаю правильно.
– Постой, а как ты смог это узнать?
– Родственники того парня каким-то об–разом прознали, кто скрывается под маской палача. И пришли ко мне домой – я в ту пору уже мог позволить себе снимать отдельную комнату. Когда они явились, я подумал: «Все, вот и конец мой настал». Но эти люди понимали, что я – всего лишь исполнитель чужой воли, и убить меня – столь же беспо–лезная затея, как сжечь топор, которым я орудовал на эшафоте. Они рассказали мне о заговоре против человека, которого я дол–жен был казнить через несколько дней. Как оказалось, его подставили сами судейские чиновники – одному из них он перешел дорогу в любовных делах. Брату приговоренного удалось выкрасть письмо, в котором тот негодяй убеждал судью вынести самый суровый приговор за убийство, которого несчастный, конечно, не совершал. Ссылался на дальнее родство, сулил крупный куш. Именно это и заставило меня разочароваться в на–шем правосудии.
– Что-то я не пойму: ты-то зачем им пона–добился? – недоуменно произнес придвор–ный маг. – Не мог же ты просто сделать вид, что отрубаешь ему голову.
– А вот представь себе, мог, – улыбнулся Заффа. – Не забывай, что я имел за плечами почти три курса Академии магии. О, то была великолепная иллюзия! Кочан капусты, что упал в корзину вместо отрубленной головы, сохранял ее облик до самых похорон. А дох–лый осел, которого зарыли вместо оставше–гося в живых человека, ничем не отличался от настоящего человеческого тела. Парень сбежал из города вместе со своей невестой. Я здорово рисковал тогда: ведь если бы мой обман раскрылся, я по полной бы огреб и от короля, и от Дорнблатта. Я тогда применил заклинание не самого высокого уровня, иначе ректор сразу бы почувствовал.
– Этот Дорнблатт, судя по твоим расска–зам о нем, просто зверь какой-то.
– Да нет, он совсем не злой. Мессир рек–тор добр, мудр, честен и справедлив. У него есть только один «пунктик», – покрутил Заффа пальцем у виска, – зато какой! Это в не–которых случаях перечеркивает все его достоинства. Дорнблатт зациклен на соблюде–нии правил. Его не сильно беспокоит суть проблемы, когда одно из них нарушается. Так и со мной было. – Торговец пожал пле–чами. – Это жизнь.
– Слушай, а как он может следить за со–блюдением запрета? – спросил Борланд. – И что сможет сделать, если ты ослушае–шься? До Эльнадора-то – ого-го!
– Но ведь Дорнблатт – архимаг, – улыбнулся Заффа.– В своем подвале я установил защиту, но в любом другом мес–те он меня засечет. От этого никуда не деть–ся. Что же до того, каким может быть наказание – так я даже думать об этом боюсь.
– Никуда не деться… Как, кстати, и от того, чем мы намерева–емся заняться вечером, – с некоторым сожа–лением произнес Борланд. – Думаешь, за–клинаний, которые я успел выучить, и впрямь хватит для победы?
– Более чем. К тому же у тебя есть серьез–ное преимущество. Ты подключен к неисся–каемому источнику Силы, а чернокнижни–кам требуется регулярная подпитка от чьих-то страданий. И где, спрашивается, во–зьмут они ее, прячась на заброшенном столе–тия назад погосте древних? И потом, не забывай, что я тоже туда пойду. Не дрейфь, Борланд, мы справимся.
– Нет. – Индалинэ отошел от окна и по–вернулся лицом к магам из Дома храните–лей. – Я не стану помогать вам в этом.
– Но… Но почему? – Лой, казалось, даже потеряла ненадолго дар речи. – Ваш отец сказал, что мы можем на вас рассчитывать. В конце концов, ведь именно придворный маг герцога убил нашего Учителя. Эрлангус был другом Эрталиона, да и вы, я думаю, хорошо к нему от–носились.
– Нельзя сказать наверняка, убийца ли он, – возразил эльф. – Это первое. Второе – я не имею морального права причинять ка–кой бы то ни было вред этому человеку.
– Почему?! – Недоумение в глазах и го–лосе человеческой женщины превосходило все мыслимые пределы.
Она смотрела на Итрандила так, будто он сказал, что не умеет пить воду или дышать.
– Придворный маг Кедрик, – Ин–далинэ сделал акцент на этих словах, – недавно спас жизнь стоящему перед вами эльфу. Как вы думаете, сможет ли теперь этот эльф поднять на него руку?
– Согласны, вам лучше не вмешиваться, – сказал Даргор, поставив точку в назревав–шей ссоре. – Но, по крайней мере, местона–хождение его вы можете нам назвать?
– В этом не было бы особой скверны,– сказал, поразмыслив, эльф. – Но я все равно не знаю, где он, к сожалению. Или к счастью. Почему бы вам не отправиться в замок гер–цога?
– Мы не хотим рисковать, – сказал Даргор.– Вдруг Фирен тоже в этом замешан? Я знаю часть названия гостиницы, где живет маг…
Индалииэ, усмехнувшись, прижал к губам тонкий палец.
– Какой тогда с меня спрос? – тихо про–молвил эльф. – Поговорите с хозяином «Лепрекона». Думаю, он должен знать, как назы–ваются заведения его конкурентов. И вот еще, что. Я бы порекомендовал вам воздержа–ться от необоснованной агрессии.
– Пойдем, Лой. – Даргор взял под руку свою напарницу.– Кажется, в этом мире у нас вообще нет союзников.
Индалинэ хотел на прощание сказать что-нибудь язвительное, но сдержался. Каж–дый был прав, но по-своему. Не стоило уг–лублять наметившийся разрыв.
Когда в гостиницу пришли хранители, Индалинэ уже проснулся и ждал их. Маги рассказали ему о последних событиях в Кандаре, после чего принялись расспрашивать о том, что удалось разузнать ему. Поскольку разузнать не удалось ничего, рассказ Инда–линэ был совсем недолгим. Но, как оказа–лось, и с этим он попал в самую точку, поско–льку хранители вели за тем, кого считали убийцей Эрлангуса, магическое наблюдение и узнали один из описанных эльфом эпизодов. Выходило, что человек, за которым они охотились, – не кто иной, как биланский при–дворный маг Кедрик! Итрандилу этот вол–шебник с замашками портового громилы был не слишком-то симпатичен, но чего-че–го, а подлости эльф за Кедриком не заметил. Это во-первых. А во-вторых – маг ведь дей–ствительно спас его от мучительной смерти на проклятом алтаре чернокнижников. Ко–декс чести абсолютно любой расы, включая даже диковатых орков, запрещал причинять зло тому, кто не позволил злу случиться с то–бой.
«Глупо считать, что мир окрашен только в черный и белый цвета, – подумал Индали–нэ. – Палитра жизни состоит из множества оттенков и полутонов. Да–леко не всегда те, кто, в принципе, стремится к одной цели, могут идти рука об руку».
