Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 88
— Не могу сказать этого с полной уверенностью. Возможно, серьезно больна. Я не знаю, как должен выглядеть колокольчик в случае смерти владельца.
— Почему же вы оставили его на кладбище?
— В следующий раз буду чаще оглядываться по сторонам, — проворчал он и пояснил: — Потому что прошёл месяц, и я пришёл к выводу, что мисс Лежер… уже не вернётся. — Я сглотнула, поняв, что он на самом деле имел в виду. — Но уничтожить его, не зная этого наверняка, я не мог.
— Хорошо, — продолжила я. — Теперь ваша чрезмерная реакция на серьги. Вы знаете, что они не мои. Откуда они у Матильды?
— Откуда они у вас? — ответил он вопросом на вопрос.
— Я их нашла недалеко от вашей двери. В луже крови.
— Что вы несёте?
— Именно, — подтвердила я, внимательно вглядываясь в его лицо и пытаясь понять, не притворяется ли он. — По всему первому этажу, на котором, напомню, располагается ваша комната, разлита, разбрызгана и размазана кровь.
— Что? — его глаза округлились в неподдельном изумлении. Но прежнее скептическое выражение быстро вернулось. — Это невозможно, здесь каждый день убирают, — сдержанно заметил он.
— Это не сама кровь, а её следы, — пояснила я. — Память впиталась в стены — её не смоешь.
— Вы уверены? Вы не могли ошибиться, приняв за неё что-то другое?
— Уверена, — отрезала я. — Так что с серьгами?
Он пожал плечами.
— Спросите об этом не у меня.
Произнося это, он изогнул губы в неприятной улыбке. Я минутку подумала и поняла, к чему он клонит.
— Я устала от ваших намеков на графа. Почему вы приписываете мне эту недостойную связь?
Недоверчивый взгляд на его лице сменился смущённым.
— Опираюсь на большой опыт и наблюдения за вашими предшественницами.
— Меня вы знаете всего неделю. А Матильда, я уверена, не подала бы и малейшего повода к подобным обвинениям!
Он никак не прокомментировал мою гневную реплику. Только кинул задумчивый взгляд и, к моему удивлению, пробормотал:
— Извините, если ошибся.
— Если ошиблись? — я аж подскочила. — Или вы думали, что ни одна девушка не устоит перед мужчиной, способным принимать облик её идеала красоты? — Я бросила торжествующий взгляд на его изумлённое лицо. — И, видимо, не предполагали, что может хотя бы догадаться об этой прелестной способности графа! Так, значит, в этом его искра? Скажите, как он это делает, как обходит запрет?
Лицо мистера Фарроуча окаменело, как будто на эмоции опустилась шторка.
— Не понимаю, о чём вы, — сухо бросил он.
— Прекрасно понимаете. Но настолько преданы ему, что даже под пытками не сдадите хозяина. Чем он это заслужил? Или в вашем договоре просто есть соответствующий пункт?
— Прекратите, — прошептал он.
— Ах да, я чуть не забыла про вашу метку, — не унималась я. — Точнее, про её отсутствие. Что это значит? Граф снял её в качестве поощрения, за выслугу лет? Или за то, что старательно храните его маленькие секреты?
— Замолчите! — крикнул он, и я тут же пожалела о своей несдержанности, потому что его глаза закатились и он дернулся в новом припадке.
Я вскочила со своего места и склонилась к нему.
— Что я могу сделать? — воскликнула я, искренне раскаиваясь. — Я могу как-то помочь?
— Вы… нет, — задыхаясь, произнёс он, когда немного отпустило. — Только… хуже, когда вы… рядом, — он по капле выдавливал из себя слова. Лоб снова заблестел от пота. — Но… сообщите графу, когда вернётся. Он… знает, что делать…
— Я это сделаю! Я непременно ему скажу, сразу как только он…
Но мистер Фарроуч уже откинулся на подушку и не слышал меня.
— … вернётся, — тихонько докончила я.
А потом отошла от кровати и осмотрелась. Стараясь не задевать особо мерзкие экспонаты, я обыскала его комнату. Периодически я оглядывалась на кровать, чтобы проверить, не пришёл ли он в себя. Но его глаза были закрыты, а грудь неровно поднималась и опускалась. Похоже, он спал.
Я тщательно проверила рабочий стол (вчерашний кинжал мирно лежал в ящике), полки над ним и комод. Но больше ничего подозрительного или имеющего хотя бы отдаленное касательство к моему вопросу не нашла. На всякий случай простучала стены, днища ящиков, поискала расшатанные половицы, даже поворошила каминными щипцами золу — ничего.
Оставался только книжный стеллаж. Я задумчиво провела пальцем по кожаным корешкам и открыла пару книг наугад. Потом вернула их на место и сосредоточила усилия на тех экземплярах, в наличии которых обвиняла его вчера. Часть из них была на латыни, другая — на неизвестном мне языке. Эти книги, обернутые в жесткую темную кожу с серебряными застежками, представляли собой некую странную смесь учебника по биологии, средневекового сборника заклинаний и поваренной книги — так дотошно там выписывались какие-то рецепты с указанием мер веса, количества и даже длины ингредиентов. Страницы пестрели незнакомыми словами, символами и значками, в которых я мало что поняла. Зато прекрасно уразумела назначение иллюстраций, показывающих в разрезе органы и внутренности как животных, так и людей. Последнее особенно меня шокировало. Авторы этих книг явно шли на преступление. Ведь единственный способ так подробно узнать внутреннее строение человека — сделать вскрытие. Я слышала о жутких случаях, когда преступники разрывали свежие могилы, похищали мертвецов и продавали в анатомические театры. Сложив всё увиденное, я пришла к выводу, что держу в руках пособие по некромантии. Неужели именно по этой причине мистер Фарроуч ходил на кладбище, к могиле Дороти Гросс?
Я побыстрее захлопнула книгу и вернула её на место. По правде сказать, мне хотелось вымыть руки, как будто на пальцах остался незримый след, мрачный отпечаток. Хоть я и не могла их прочесть, но чувствовала, что от этих фолиантов исходит что-то темное, неправильное, противное природе. Я оглянулась на мистера Фарроуча. В свете нашего вынужденного общения, моё мнение о нём не то чтобы изменилось, но теперь я была озадачена. Если ещё вчера я видела в нём поклонника темных искусств, злодея и убийцу, то сегодняшний разговор показал его человеком пусть и колючим, но по-своему честным. И только эти отвратительные книги и препарированные зверьки не вязались с новым впечатлением. Я тут же спохватилась, вспомнив другие неясности в его поведении. Нет, я не совершу ошибку излишней доверчивости. Возможно, именно этого он от меня и ждёт. Тем не менее я неожиданно порадовалась тому, что не успела обратиться в полицию: в ближайшее время, пока мистер Фарроуч в таком состоянии, мне самой ничто не угрожает, и я могу попытаться узнать во время беседы то, что он точно не рассказал бы стражам правопорядка. Пользоваться его нездоровьем, конечно, некрасиво, но мне сейчас было не до щепетильности.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 88
