Конкретнее, Джутаро решил держать путь на запад — в земли, где правил король Ильсур, почитавшийся самым могущественным и самым мудрым среди эльфийских правителей. Некогда единая империя эльфов разделилась на четыре королевства согласно четырем частям света. Это произошло много веков назад. Поговаривали, что в прежние времена Ильсур принадлежал к особой касте чародеев, которые сообща правили огромной страной, что во много раз превышала четыре теперешних королевства эльфов. Правители древней империи были мудры и справедливы в своих деяниях. Священный мир царил повсеместно. К несчастью, эльфам не удалось избежать злого рока, уничтожившего их цивилизацию. Выжили лишь немногие и те крупицы, что эльфам удалось сохранить, оказались слишком ничтожны, чтобы надеяться вернуть прежнее величие.
Те, кто выжил, упрекали своих правителей, стремящихся уподобиться богам. И за это поплатились даже те, кто никогда не помышлял о подобном. И все же это были всего лишь слухи. Правда умерла вместе с правителями эльфов — единственными, кто мог знать ответы, кто, возможно, и обрушил проклятие на головы невинных. Как бы то ни было, но магический выброс, родившийся в самом сердце великой империи, действительно напоминал кару небесную. Поэтому эльфы разбрелись в поисках нового пристанища. Лишь спустя время, когда те, кому чудом удалось выжить в катастрофе, кто вновь потянулся к свету, знаниям и былому величию, лишь только тогда стали появляться новые королевства эльфов, дав им имена севера, юга, запада и востока.
Ильсур оказался единственным чародеем, кому чудом удалось выжить в этой катастрофе. Большинство эльфов полагали, что именно Ильсур должен принять на себя бремя ответственности за судьбу эльфийского народа и стать первым королем эльфов, но были и противники — те, кто опасался того, что Ильсур проклят и его правление приведет к новой катастрофе. Каждому предоставили право выбора. Тем не менее, Ильсур не раз доказывал, что он достоин доверия тех, кто вверил ему свои жизни и судьбы. Западное королевство, именуемое Королевством Совы, как самой мудрой птицы, процветало. С течением времени появлялись те, кто пророчил, будто Ильсур избран богами и ему суждено вернуть прежнее величие эльфам. Однако немало было и тех, кто называл его безумцем, равно как и всех тех эльфов, кто исполнял волю Ильсура. Домыслы и слухи исчерпали себя, когда Ильсур показал правителям эльфийских народов их нового врага. Разногласия прекратились впервые за долгие годы, и многие прислушались к словам короля, которого все считали безумным.
Королевство Совы крепким щитом оберегало королевства севера, юга и востока от вторжений агрессоров. Нелегкая судьба выпала королю Ильсуру, но его враги знали лишь поражения. Катастрофа, что бурей пронеслась по землям эльфов, отняв их гордость и славу, изменила многих и далеко не в лучшую сторону. Дикие племена, что прежде враждовали с эльфами — те, кого давно считали умершими и погибшими в катастрофе, преобразились, а вернее было бы сказать — обратились в ужасных созданий. Ходили слухи о том, что грани между реальностями нарушились по причине катастрофы, в результате чего из других миров пришли чужаки, принесшие с собой темные артефакты, генерировавшие мощные потоки отрицательной энергии, обращающие любого, кто попадал под их губительное влияние — в безумное и одержимое существо.
К счастью, Ильсур нашел понимание среди гномьих танов. Ильсур дал свободу оркам, сделав их своим самым грозным союзником и непобедим оружием в войне с любым возможным агрессором. Не только орки его королевства сбросили оковы рабства. Правители севера, юга и востока, опасаясь бунтов и волнений, изгнали рабов со своих земель. Ильсур принимал всех, кто готов был защищать Королевство Совы как свой дом.
Так, эльфы короля Ильсура, орки и гномы объединились в желании выжить и выстоять. Новая опасность сплотила безумцев, в то время как мудрецы плели свои интриги — то враждуя со своими ближайшими соседями, то тешась кратковременностью перемирия — хрупкого, словно весенний лед. Людям не терпелось овладеть тайнами и богатствами эльфийских королевств юга, севера и востока, тогда как эльфы стремились расширить сферы своего влияния, позабыв о своем истинном предназначении, предоставив королю-безумцу самому справляться с угрозой, которую, как они верили, он сам и навлек на их мир.
Джутаро знал, что король Ильсур оценит таланты нового наемника, а потому не сомневался в том, что его навыки воина и чародея сослужат ему добрую службу. И уж тем более варвар не сомневался в том, что быстро добьется славы и положения. Джутаро, впрочем, и самому было удивительно, что в нем таились подобные амбиции. Возможно, это была злость и печаль, которую он стремился утолить и заглушить в поисках кровавых приключений. В конце концов, это было желание Эмрам, чтобы его дар послужил миру за пределами ее острова. Джутаро расценил, что служа чьим бы то ни было интересам, не стоило забывать о своих собственных. Оставалось надеяться лишь на то, что представится подходящий случай. Варвар даже вообразить себе не мог, сколь быстро ему представится подобная возможность.
2
Джутаро не спеша брел вдоль Бельгердских пустошей. Он уже преодолел одну из самых величайших пустынь, носивших название Георданской, отделявшей его родные северные края от мира так называемых цивилизованных королевств. Вскоре перед ним предстанут зеленые луга и дремучие леса с чистыми прозрачными озерами, горными ручьями, от холодной воды которых ломит зубы. Каких невиданных существ скрывали в себе земли одного из самых древних народов мира, Джутаро еще предстояло повстречать. Звезды говорили о том, что еще два-три дня пути и он доберется до королевств остроухих, высокомерных и чванливых эльфов.
Однако все это не имело значения для Джутаро. Горы, леса, реки и озера — везде были одинаковыми; впрочем, и люди, будь они простыми смертными, королями ли, солдатами ли, или же бессмертными чародеями и чародейками, — все они тоже были одинаковы! Джутаро хотелось просто увидеть тех, кто, как говаривали, был до них, кто, как и все, познал величие, но был сброшен в самую пропасть, чтобы познать все тяготы лишений. Эльфы считались долгожителями, а потому Джутаро снедало любопытно, — как сильно время меняло того, кто жил сотнями лет, возможно, даже тысячами, становясь вольным и невольным свидетелем того, как меняется мир вокруг. Однако Джутаро не верил, что существовало в этом мире место, где бы ему захотелось провести всю свою жизнь, состариться и оставить этот мир, чтобы вновь встретиться с Орвалом и Зоваром.
Сейчас Джутаро пребывал в своем человеческом облике. Когда он был один, наедине с самим собой, он был человеком. Его второе «я», зверь, было для него возможностью скрыться. Его знания и его сверхъестественная сила позволяли ему не бояться этого мира — чужого мира, полного зла и безразличия, порока и предательства! Очень давно Орвал учил его тому, что зла в мире столько же, сколько и в нем самом. И одно время Джутаро верил в это, но зло пришло к нему само и забрало тех, кого он любил и кто любил его искренне, не пытаясь использовать. Мир поступил слишком жестоко с Джутаро, чтобы варвар не пытался быть с ним злым. Предатели заслуживали того, чтобы на их страдания он взирал с холодным безразличием!
