Не успел Тёмный подумать об этом, как пронзительный вой раздался чуть ли не в пяти метрах от него. Маг отпрянул в сторону, держа наготове боевой посох и чуть не растянулся на камне, в последний миг отведя ногу от торчавшего валуна. В голове стали вертеться подходящие боевые заклятия. Набалдашник посоха загорелся багровым пламенем, озаряя алым светом местность метров на тридцать в стороны. Левая рука меж тем медленно потянулась к сумке. Осторожно вытащив рубин, маг зажал его в кулаке, беззвучно вознося хвалы Владыке Хаосу за некогда щедрый подарок Ордену.
Меж тем ничего не происходило. Лишь ветер завывал вокруг и разбивался о магический щит. Освещённая алым огнём округа оставалась неподвижной.
– Что же за тварь тут скрылась? – прошептал маг, чувствуя, как предательский холодок пробегает по спине.
– Что… что… за… за… тварь??? – пронеслось эхо по округе, отражаясь от граней скал. А затем безумно дикий смех…
В тот миг Инквизитору показалось, что сейчас он окаменеет от ужаса. Нет, конечно, опытный маг не был трусом и повидал множество жутких вещей, но сейчас… Сейчас страх схватил его за грудки и тряс что было сил. Руки безвольно дрожали. Что за проклятье свалилось на его голову?
Чародей огляделся вокруг. Тишина… Ни звука.
Ветер исчез. Все явления природы пропали. Всё вокруг застыло в ожидании…
Инквизитор сделал один шаг, затем другой. Мелкие камушки хрустнули под тяжестью его веса. Магу казалось, что этот треск слышен за километры.
Ни о чём подобном он ранее не слышал. Нет, этот мир, конечно, полон сюрпризов, но ни одна проклятая тварь не может заставить умолкнуть ветер!
И эта гнетущая тишина…
Ни шороха…
Тёмному Инквизитору! Гордости Ордена! Хотелось просто швырнуть все свои немудрёные вещи в сторону, и что было сил пуститься наутёк. Но нельзя. Нельзя пасовать. Нельзя сдаваться! «Бейся до тех пор, пока последняя кровь и прана не истекут из твоих жил», – внушали учителя боевого магического искусства. Что ж… Маг покрепче сжал посох. Буде…
Последних слов маг просто не успел додумать… Слева с диким грохотом разлетелся в щепки острый холм, щедро осыпав Инквизитора крошкой и острыми осколками камня. А затем в уши ворвался безумный хохот…
Мага словно ошпарили раскалённым железом. Больше не размышляя ни о чём, он развернулся и помчался что было сил. Необъяснимый дикий страх овладел им, и гнал, гнал как можно дальше от этого места.
Но незнакомое существо совершенно не собиралось его отпускать. За спиной убегающего Инквизитора рвалась в клочья каменная земля, разбрасываясь осколками. Благо, на чародее были магические щиты и спасали от острых, как бритва, щепок. Но вряд ли они защитят от той мерзости, что преследует его!
Слуга Ордена бежал так, как, наверное, не бегал и при помощи пресловутой магии. Инстинкт выживания полностью ослепил сознание и заставлял работать мышцы на пределе возможностей. Меж тем за спиной неизвестная гадина разрывала в клочья камни и постепенно нагоняла свою жертву, заливаясь леденящим кровь хохотом, словно пьянея от азарта погони.
А вымотанный Инквизитор всё же был человеком. Рано или поздно силы чародея подойдут к концу, и тогда…
Перепрыгивая лежащие на дороге валуны, избегая торчащие из земли острые камни, маг нёсся сломя голову, ни в коем случае не оборачиваясь назад. Легкие грозили разорваться от напряжения, мышцы – лопнуть. Вот-вот он обессилит, и нагоняющая его тварь получит добычу. И, странное дело, Инквизитор внутренним чувством ощущал безумный голод существа. Древний, неутолимый голод… Голод того, кто рождён из жажды и страданий.
Маг стал уставать. Стал спотыкаться и менее резво избегать препятствий. Ему не хватало воздуха. Развязка была близка.
Когда силы уже покидали мага, и неизвестная тварь, почуяв это, издала ликующий визг, маг неожиданно споткнулся и по инерции полетел вперёд. Дальнейшее развивалось в течение нескольких секунд. Разворачиваясь в полете, с засыпанными пылью глазами, маг мысленно потянулся к Ловцу, черпая силу, и в последний миг перед приземлением направил наугад рубин, зажатый в руке, и тихо прошептал:
– Инферно’сетерас!
Камень на какой-то миг засветился ослепительным и чистым, как сама идея Творца, светом, и через какую-то секунду с громом и треском из него рванул огромный поток огня, расширяющийся в стороны с каждым метром, сжигающий и плавящий всё вокруг.
Пламя ревело, как тысяча мамонтов. Стихия обращала в пепел скалы и холмы. И всё было делом каких-то ничтожных мгновений, пока Инквизитор не упал на землю и не ударился головой. Последнее, что он увидел перед потерей сознания, это бешеную пляску языков пламени…
* * *
Острая боль резанула по вискам и заставила очнуться. Даратас застонал. Ему казалось, что какой-то садист всадил ему в голову нож и сейчас с глубоким удовлетворением вращал острие в мозгу. Проклятая боль!
Маг попробовал встать, но от одной попытки грудь сдавило, и стало трудно дышать. В глазах расплывалось, и не было сил оценить обстановку. Источник силы где-то далеко, и до него не так просто дотянуться. Эфирный колпак – так называется этот эффект шоковой волны мощного заклинания. Такое испытывают счастливчики на поле брани, кому повезло не сгореть в пламени Большого Огня.
«Дарли! – вдруг промелькнуло в голове, и Даратас рефлекторно дёрнулся, отчего тело запротестовало сотней болевых импульсов. – Дарли в беде!»
Маг сконцентрировал всю свою волю в кулак и медленно потянулся к источнику силы. Боль в висках усилилась, и стала медленно нарастать, по мере того, как Даратас добирался до тоненькой нити, связующей его сущность с вечным Эфиром.
Ещё чуть-чуть… Совсем немного!
Неудачное движение – и страшный огонь боли накрыл мага… Тот закричал и чуть не выпустил канал, но успел зачерпнуть, сколько мог, силы и, задыхаясь, произнёс:
– Нум’эн’вару – Сетерас!
Лёгкий холодок… Затем резкий жар… Ледяной озноб, и… боль исчезла. В глазах стало ясно, и потоки силы побежали сквозь тело мага.
Даратас в порыве вскочил на ноги и чуть снова не упал от неожиданности. Всё в его жилище было перевёрнуто вверх дном! Все инструменты, утварь, артефакты разбросаны по полу. Магический светильник, зажжённый во время работы, сломался надвое, и отлетевшая в сторону лампа с чистым магическим огнём внутри освещала лишь дальний угол. Пепел кострища покрывал толстым слоем добрую половину помещения. Одним словом, бардак царил в доме великого мага. Впрочем, беспорядок давно стал спутником в его жизни, но он был особенный, «логичный»… Всё же гений должен властвовать над хаосом!
