Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 77
— Энджи… — У Молли перехватило дыхание. Обращалась она к запуганному ребенку, который жил в сердце этой женщины. — Что они с тобой сделали?
Даже в своем безумии Энджи узнала нежность, которая вызвала слезы на глазах Молли. Поняла смысл этих слов и отбросила разбитую бутылку, которая ударилась о дверцы лифта.
— Ну почему я до сих пор не умерла? — Энджи начало трясти, словно она только сейчас осознала, что стоит голая в холодной комнате. — Почему не умерла?
Молли опустила пистолет.
— Позволь мне вывести тебя отсюда.
Энджи с ужасом смотрела на открытую дверь, за которой находилась лестница в подвал.
— Оно идет.
Подойдя к самой двери в таверну, Молли сосредоточила внимание на том же дверном проеме, что и Энджи, вновь подняла пистолет.
Женщина плевать хотела на Касси, ее волновал только собственный страх, но Молли не отступалась:
— Девятилетняя девочка. Ты наверняка ее видела. Единственный ребенок, который здесь оставался.
Энджи Ботин начала уходить в пол, словно стояла на зыбучем песке.
«Инопланетные существа, обогнавшие нас в своем развитии на многие сотни тысячелетий, будут располагать техническими средствами, которые мы воспримем не как результат прикладной науки, а как что-то сверхъестественное, магическое».
Так сказал Нейл, цитируя какого-то писателя, работавшего в жанре научной фантастики, после случившегося в доме Корригана.
В последующие часы Молли увидела убедительные доказательства истинности этого предположения, и не только в исчезновении Энджи Ботин через пол в комнате для разгрузки привезенных в таверну товаров.
Бетон — он и есть бетон. Реальный. Крепкий. Твердый. «Строительный материал, изготовленный из смеси цемента и воды с различными наполнителями».
И однако вот этот слой бетона, армированного металлом, монолитного, используемого при строительстве бомбоубежищ и бункеров, похоже, перестроил миллиарды своих атомов, чтобы пропустить в промежутки между ними атомы женского тела. Пол ведь не стал мягким. Не разошелся, как челюсти акулы, изготовившейся проглотить жертву. Не разошелся и кругами, как делает вода, когда в нее падает камень. Пол отреагировал иначе: принял в себя Энджи Ботин, словно она была призраком, простым призраком, без тумана экзоплазмы, и пропустил ее через себя, обеспечивая плавный спуск из комнаты для разгрузки товаров в подвал.
Энджи не была призраком. Тело ее было таким же материальным, как и у Молли. Она отбросила разбитую бутылку из-под пива «Корона», которая ударилась о дверцы лифта. Ее босые ноги оставили следы на кровавом следе, ведущем к лестнице в подвал. Ее слезы, прокатившись по щекам, срывались с нижней челюсти, оставляя крошечные темные пятнышки на бетоне, более заметные, чем тот след, что оставила она, пройдя сквозь пол.
Энджи не исчезла мгновенно, как исчезает цилиндр с письмом, засосанный в трубку пневмопочты. Ей потребовалось порядка шести секунд, чтобы спуститься с наземного этажа в подвал. Началось все с голых стоп, закончилось последним клоком волос.
Учитывая, какой страх вызывало у Энджи существо с лицами на руках, предполагая, что именно стараниями этого существа она смогла «просочиться» сквозь цемент и другие составляющие бетона, Энджи на удивление вяло отреагировала на свой уход. Она не кричала. Не просила помощи у Бога или уважаемого ею Билли Марека с его ножами.
Лишь проронила: «Ой», без удивления в голосе, словно понимая, что происходит (а вот Молли понять этого никак не могла), и посмотрела на свои ноги, исчезающие в бетоне. Глаза у нее широко раскрылись, но она казалась менее испуганной, чем в любой момент после того, как вошла в комнату для разгрузки.
Когда Молли протянула руку, Энджи потянулась к ней со словами: «Sauvez-moi, sauve-moi!».
Эти самые слова выкрикнула на борту международной космической станции Эмили Лапьер, оказавшись лицом к лицу с незваными гостями. «Спаси меня, спаси меня», — повторила Энджи на французском, голосом Эмили Лапьер, и глаза ее изменились, стали враждебными и насмешливыми.
Она не боялась. Потому что более не была Энджи. Энджи стала бессильным пленником того, что вошло в нее через кровь и теперь использовало ее тело.
Отдернув руку, Молли наблюдала, как обнаженная женщина исчезает… до подбородка, до носа, до лба, словно тонет в армированном бетоне. Исчезла полностью.
Если бы Молли ухватилась за руку Энджи, возможно, и ее утянуло бы следом, она прошла бы сквозь бетон и металлическую арматуру так же легко, как проходят сквозь туман или лунный свет.
Мысль эта на мгновение парализовала ее. Она не решалась сдвинуться с места, боясь, что поверхностное натяжение бетонного пола окажется таким же малым, как и у поверхности пруда.
Потом она вспомнила характерную подробность радиорепортажа о случившемся на космической станции. До того, как Артуро начал кричать, Лапьер сообщила о чем-то, входящем через закрытый люк: «…просто проходит сквозь… материализуется прямо из стальной…»
Риск быть утянутой через пол уравновешивался опасностью появления чего-то жуткого из пола в этой самой комнате для разгрузки товаров.
Полы, стены, двери банковских сейфов не спасали. Ни одна крепость не могла устоять перед таким врагом. Ни одно место на этой новой Земле не могло гарантировать безопасность, спокойствие, даже уединение.
«Реальность — не то, что было раньше».
То был любимый афоризм любителей покурить травку, которые тяготели к либеральным курсам литературы и искусства, когда Молли училась в Калифорнийском университете в Беркли. Именно они отвергали традиционные ценности в литературе, утверждая, что «путь к интеллектуальной свободе лежит через эмоциональную и лингвистическую анархию», что бы это ни значило.
Реальность не была той, какой была раньше. Эта вторая половина дня могла быть не тем, чем было это утро.
Льюис Кэрролл встречает Г.Ф. Лавкрафта.
Пациенты «Бедлама», никем не понятые, неспособные вписаться в окружающую их реальность, могли найти эти новые обстоятельства очень даже соответствующими их представлениям о жизни.
Молли, с другой стороны, казалось, что ее психика находится в более чем опасном положении потерявшего управление поезда, несущегося вниз по горному склону по расхлябанным рельсам.
Если инопланетянин с лицами на руках имел в своем распоряжении технические средства, позволяющие подниматься сквозь пол с той же легкостью, с какой Энджи провалилась в подвал, тогда спуск в подвал в поисках Касси был не опаснее стояния рядом с Нейлом на улице. Осторожность более не была критерием поведения, осмотрительность не приносила пользы. Судьба благоволила храбрым, даже бесшабашным.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 77
