– Столица мира, – добавил другой.
Облачко увеличилось, стали видны поднимающиеся к небу стройные башни, пирамида, такая большая, что на вершине убрались два здания, ее сестры поменьше, разбросанные между одноэтажных зданий с плоскими крышами.
Сады вокруг Теночтитлана в самом деле плавали на воде, опираясь на засыпанные землей плоты, по ним ходили люди, копались в зелени, собирали что-то в большие корзины.
На север и юг от города тянулись дамбы, ограниченные рядами вбитых в дно свай, по ним нескончаемым потоком тянулись носильщики, нагруженные тюками и свертками.
На воде было не протолкнуться от лодок и плотов, внутрь города уходили каналы, параллельно им шли улицы, виднелись мосты и тянущаяся куда-то на запад исполинская каменная труба на опорах.
– О боги… – голос Ингьяльда дрогнул. – Как прекрасно. А что это за здоровая штуковина?
– Акведук, чтобы подводить воду, – сказал ближайший гребец. – Тот, кто пьет из озера, живет очень недолго.
От стоящей у самой воды башни отделилась большая лодка, двинулась наперерез, с нее замахали руками.
– Встречают, – вздохнул Арнвид. – Хоть это и выглядит как муравейник, охваченный безумием, без порядка никак не обойтись…
Приплывшие с севера лодки остановились, явившаяся от башни подошла вплотную.
Сидящие в ней воины могли похвастаться высокими шлемами, в руках держали луки и топоры с лезвиями из меди. На хуастеков глядели с нескрываемым презрением, с главой посольства разговаривали надменно.
После недолгих переговоров весла вновь опустились в воду, лодки пошли к одному из каналов.
Около Теночтитлана озеро было не таким чистым, как севернее, ветер нес запах тухлятины, гребцы задевали плавающий мусор – обрывки ткани, стружки, какие-то очистки.
Одна за другой лодки проскользнули в канал, берегами которому служили две широкие улицы. Долетели переговоры людей около домов, Арнвид закашлялся, когда поднимающаяся из-под ног шагающих по берегу носильщиков пыль угодила в горло.
Эриль вертел головой, надеясь увидеть все, от удивления даже забыл о том, что на руках веревки. С трепетом подумал – Теночтитлан настолько велик, что в нем уберутся все обитатели Северных Земель, вздумай они переселиться сюда.
Лодка прошла под мостом, справа открылась квадратная площадь. С севера на нее выходила громадная пирамида, одно из зданий на ее вершине было сине-белым, другое алым.
С востока и запада площадь ограничивали сложенные из камней стены, из-за них поднимались окруженные садами здания, изящные, точно сон. У закрытых ворот стояли воины в ярких одеяниях.
– О… – глаза Гримгельмира были как донышки пивных кружек, в этот момент отпрыск великанов как никогда напоминал удивленного человека.
Ацтеки работали веслами, одни дома сменялись другими, украшенными не менее пышно, но с любого места была видна увенчанная двумя зданиями пирамида, нависающая над городом, точно грозный великан.
– Эй, выходи… – Арнвид ощутил сильный толчок, не сразу понял, что лодки причалили.
Поднялся на ноги, едва не свалился в грязную воду, но его подхватили и попросту вынесли на берег, где в нетерпении переминались хуастеки.
– Нас отведут к чиновнику, что занимается чужеземными посольствами, – сказал Ицкоатль. – Он решит, куда нас поселить и когда мы увидимся с правителем.
Донеслись полные раздражения крики, из проулка высыпали воины с круглыми щитами, обтянутыми шкурами, с султанами орлиных перьев на шлемах, с мечами в руках.
– Сдается мне, что эти парни отведут нас совсем не к чиновнику, – заметил Арнвид, глядя на решительные лица ацтеков.
– Это воины-орлы, – Ицкоатль побледнел, оглянулся, точно надеясь увидеть позади армию соплеменников. – Личная гвардия императора. Но что они делают тут?
Глава посольства выступил вперед, крикнул что-то, подняв руки. Ему ответил могучий ацтек, щит которого сверкал от золотых украшений, а на лице выделялся старый шрам, идущий от глаза ко рту.
Затылок предводителя хуастеков побагровел, точно комариное брюхо после трапезы.
– За ними! – глава посольства махнул рукой. – Нас поселят в старом императорском дворце…
Воины-ацтеки окружали хуастеков со всех сторон, посольство шагало то ли под охраной, то ли под стражей. Встречные обитатели города спешно отступали с дороги.
– Ничего не понимаю… – бурчал Ицкоатль. – Почему так? Чем мы заслужили такое?
– Хватит ныть, – одернул жреца Арнвид. – Расслабься и получай удовольствие.
Ицкоатль поглядел на него, как на сумасшедшего.
Дворец оказался похож на квартал, построенный за отдельной стеной. Воины у ворот проводили хуастеков напряженными взглядами, внутри посольство встретил шорох качающихся листьев и журчание воды.
Среди яркой зелени били фонтаны, крошечные радуги висели над широкими каменными чашами. По ветвям прыгали зеленые, синие и желтые птицы с большими клювами, орали так, что закладывало уши, из травы выглядывали цветы, похожие на драгоценные камни.
– Старый дворец? – хмыкнул Арнвид. – Каков же тогда новый?
Их отвели к просторному двухэтажному строению, стоящему отдельно от прочих, слуги открыли широкие двери, украшенные затейливой резьбой и пластинками бирюзы.
Когда последний из хуастеков прошел внутрь, двери захлопнулись.
– Что ребята, сами в плен угодили? – с издевкой осведомился Ингьяльд.
– Похоже на то, – мрачно ответил глава посольства. – Похоже на то.
Гроза грохотала, сдвигаясь к северу. Молнии полосовали темное небо над горными вершинами, а на юго-востоке небо очищалось, сквозь облачную пелену проглядывала голубизна.
– Хорошо, как в бане побывал, – Нерейд встряхнул головой, с длинных волос полетели брызги.
– Да уж, – Кари снял сапог, перевернул, из него с журчанием потекла вода.
Викинги снимали рубахи, выжимали их, отряхивались, пытаясь стать хотя бы чуточку суше. Проводник с удивлением наблюдал, глаза были выпученные.
– Что встал? – спросил Ивар. – Веди дальше. Или наденешься, что размокнем?
Дорога вела вниз, далеко впереди, между гор, мелькало что-то серебристо-голубое, на западе и далеко на юге поднимались исполинские горные вершины, увенчанные шапками снега.
Над одной поднимался столб дыма, терялся в тучах.
– Попокатепетль, – сказал проводник. – Курящаяся гора.
– Красиво, – заметил Нерейд, вгляделся на запад. – А там что? Еще один город?
– Не просто город. Теотиуакан, место, где человек превращается в бога, – в голосе хуастека прозвучало благоговение. – Его выстроили великаны, еще в эпоху предыдущего Солнца.
– Очень интересно, – пробормотал Ивар.
