Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 132
Получилось на удивление удачно. Охранник без писка или громыхания просто присел, словно ему стало плохо, и скрылся из поля зрения. Но ни стрелять, ни кричать не стал, а может, и не успел. Его товарищ у ворот тем временем перестал присматриваться к окнам монастыря, поднялся со стула, сделал первый шаг и, пожимая плечами, проговорил что-то в сторону башенки. Похоже, собрался-таки то ли крикнуть, то ли лично пройтись и осмотреться. Но так и замер, недоумевая, куда это подельник спрятался.
Следующий импульс достал и его. Правда, этот бандит умудрился упасть назад настолько громко и неловко, что стул под ним треснул, разлетаясь на куски. Да еще и голова со всего маху угодила затылком по чугунной окантовке громадных ворот. Но три бегущих к башенке воина не обращали на него ни малейшего внимания. Разве что чуть позже, присмотревшись к неестественной позе, поняли, что бандит при падении свернул себе шею.
Уже топая по деревянной лестнице, приотстав от своих товарищей, Дмитрий прохрипел:
– Сразу приподнимите охранника над кладкой. Пусть хоть его верхнюю часть увидят.
Потому что знал, как расположены наружные стрелки. Их обоих отчетливо видел этот самый охранник. Наверное, для более уверенного общения жестами.
А сам, лишь только уперся руками в дощатый настил, стал выглядывать из-под локтя прикрывающего его бесчувственного тела:
– Так, кажется, успели… Оба голубка на месте. Бон, дайка мне свою дальнобойную игрушку!
Более всех обвешанный оружием король сунул в руку друга длинноствольный пистолет для стрельбы именно по таким мишеням и на подобной дистанции. Потому как если снайпер находился всего лишь в тридцати метрах, среди густых кустиков, то автоматчик на всех пятидесяти, непосредственно в кювете дороги.
Понятно, что снайпера пришлось устранять первым. Три пули, одна за другой, ушли в лежащее на удобном коврике тело. Потом еще две, пущенные для страховки, показали полную неспособность к боевым действиям одиннадцатого бандита. А вот двенадцатый, самый последний враг, что-то почувствовал. А может, и услышал. Потому как пули из дальнобойного пистолета вылетали все-таки с некоторым стуком.
Автоматчик откатился назад и быстро сменил позицию, наблюдая теперь не за дорогой после поворота, а непосредственно за монастырем. Но ведь вроде как все оставалось в норме: коллега на башенке присутствовал, облокотившийся локтями на парапет, щелочка ворот оставалась все так же чуть приоткрыта, а лесные птахи вроде как и не прекращали надолго своего пения. Только вот ушлый противник не мог видеть, каких трудов стоит двум мужчинам держать тело и бесчувственную голову бесчувственного манекена прямо, а их третьему напарнику тщательно прицеливаться через маленькую дырочку между локтем парализованного охранника и его ребрами.
Верхняя часть головы врага, возвышающаяся над густой травой, Торговцу была видна отлично, поэтому он не стал дожидаться действий со стороны автоматчика. Начал стрелять с максимальной скоростью. Послав в желаемом направлении все оставшиеся пятнадцать пуль. Если не в голову, то уж сквозь траву хоть одна пуля да попала.
Перезаряжая новый магазин, скомандовал:
– Бон, беги к нему, мы тебя сверху прикроем.
После чего вместе с Аристархом приподнялись над краем кирпичного ограждения и приготовились к стрельбе. Место у бандита оказалось слишком уж невыгодное для обороны с этой стороны: ни в стороны сбежать – открытая дорога и простреливаемый участок склона до леса, ни голову поднять как следует. Да и мертв, скорей всего.
Нет, как оказалось, был только сильно ранен: одна из пуль сорвала ему верхнюю часть скальпа. Забежавший со стороны Бонзай произвел несколько выстрелов, хотя за секунду до этого и рванула короткая автоматная очередь из четырех-пяти выстрелов.
Сердца у прикрывающих огнем товарищей замерли от нехорошего предчувствия.
– Бон!
– Да все нормально, – послышалось прерывистое дыхание короля. – Хотя мне повезло: ему телефон в руке помешал. Не успел свою «стрелялку» как следует ухватить.
– Начал с кем-то разговор? – забеспокоился Торговец, еще не завершив облегченного вздоха и наблюдая, как полупрозрачная фигура нагнулась за кусты.
– Да нет, не успел, – обрадовал Бонзай, распрямляясь и рассматривая экран мобильного телефона. – Только в меню вошел.
– Ладно, волоки телефон как есть сюда, а ту падаль швырни в кустики пока. Мало ли кто подъедет из обывателей. – Поглядывая вокруг и прикрывая друга, обратился к придворному шафику: – Аристарх, отходи в холл и развяжи настоятеля. Сразу ему скажи, что ты со мной, с Дмитрием Светозаровым.
Когда король оказался возле ворот, Торговец и сам спустился, помогая закрыть их наглухо тяжеленным брусом.
– На всякий случай… – А перехватив телефон, стал с бормотанием присматриваться к приготовленному номеру: – Четыре семерочки на конце… кто же ты такой будешь? А? Кто еще тут у нас?.. Да, Бон, будь другом, захвати того, что в башенке. Может, и он какими секретами поделится. Так, а что здесь в записной книжке?
Уже войдя в холл, он выключил мимикрию своего костюма и снял полностью закрывающее лицо забрало вместе с капюшоном. Аристарх, тоже в нормальном виде, но с несколько растерянным лицом, стоял над парализованным телом верзилы. Тогда как стоящий возле столика с кувшином настоятель мокрым полотенцем вытирал свое окровавленное лицо. Да еще и рот интенсивно водой прополаскивал. Рассмотрев чудесные превращения костюма и появление знакомого лица, монах сплюнул прямо в окно и в удивлении ёкнул:
– Ай да Дмитрий! Вы тут прямо как космонавты расхаживаете! И не думал, что подобные чудеса лицезреть к старости придется.
– Кто бы жаловался на старость, отец Клод! Как самочувствие?
– Терпимо. А как вся остальная братия?
– В подвале. Кстати, поспешим к ним, там один тяжелораненый.
– Гранатой ему досталось, – сразу закручинился настоятель. – Бедняге не выжить.
– Ну, это мы еще посмотрим. Аристарх, со мной. Бон, присмотри тут за этими и обыщи. Парализованных в первую очередь. И особенно с этим верзилой поосторожнее: бугай настоящий.
– А че с трупом осторожничать? – Придворный шафик откинул с тела водителя кусок какой-то занавески, открывая жуткую, рваную рану на шее и поглядывая на монаха с мрачной иронией.
– Кто это его так?
Брови Дмитрия сошлись домиком, после чего отец Клод как-то нервно задергался, пару раз непонятно мекнул, но все-таки разразился возмущенной речью. Причем в кровь разбитые губы ему при этом не сильно-то и мешали.
– Что мне еще оставалось делать?! Он меня, связанного, как футбольный мяч пинал! Если бы я развязался, голыми бы руками эту скотину порвал! А так смотрю, он падать начал, словно в обморок… Меня тоже вроде как волна какая накрыла, но бешенство так хлещет, что, когда об его лицо ударился, совсем соображать перестал. Только и хлестала по нервам одна мысль: как бы этому гаду половчее сонную артерию перегрызть…
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 132
