Ворота одним рывком распахнулись во всю ширину и так же охотно захлопнулись. Да кто из нас Магистр практической магии в конце-то концов?!
Я усилила нажим. Велька тоже не сдавалась. Ворота приближались с угрожающей скоростью, клацая створками, как дракон пастью. Смолка обреченно прижала ушки и, похоже, зажмурилась, не сбавляя хода, ибо сзади снова нарастал не менее многообещающий вопль.
Последний, отчаянный всплеск силы – и створки сомкнулись на самом кончике конского хвоста, оставив себе на память клок волос. Вопль оборвался глухим ударом, ворота прогнулись и спружинили обратно. Стало слышно, как захлебываются лаем собаки. В хатках один за другим вспыхивали огоньки.
Кобыла арбалетным болтом влетела в лесок, напролом прошуршала по кустам и, только оставив позади саженей триста чащобы, перешла на рысь, а затем и на шаг. Над головой, в просветах между кронами деревьев и клоками туч, мерцали звезды. Мокро хрупали сучья под копытами, в глубине леса уныло переухивались совы. Осыпающиеся с веток капли стучали по куртке и холодили неприкрытую макушку. Капюшон казался чем-то далеким и недоступным.
Я обессилено привалилась к лошадиной шее и закрыла глаза.
* * *
– Не было тута таких, господин хороший. – Мужик нервно облизнул губы. – Уже две недели никто этой дорогой не проезжал, ага!
– Брэшэ, – безжалостно прокомментировала девушка, казалось бы целиком поглощенная заплетением длинной русой косы.
– И изба небось сама собой сгорела? – Второй разбойник кивнул на еще дымящийся сруб посреди деревеньки.
В соседних домах слышалась приглушенная возня но, кроме трясущегося от страха местного пьянчуги, ни кто к путникам выйти не отважился. Да и того, скоре всего, просто-напросто вытолкали на заклание.
– Ага. – Пьянчужка как завороженный таращился на светловолосого главаря шайки. Выбор был невелик, зато впечатляющ: рассеянно поигрывающий ножом тролль, неприкрыто ухмыляющийся вампир и хмурая пятнистая девушка, вооруженная не хуже иного наемника. – Вьюшку на ночь неплотно прикрыли, уголек и выпал…
– И прямо в солому, – с фальшивым сочувствием поддакнул вампир.
– Ага… для завтревой растопки. Тута оно и заполыхало…
– Какое несчастье, – с каменным лицом посочувствовала девушка.
– Нет, – спокойно сказал светловолосый, тоже в упор глядя на мужика, но разговаривая словно сам с собой. – Через Заячий Гай мы не поедем, и не упрашивайте. Там овраг на овраге и наверняка обжитые какой-нибудь плотоядной пакостью. Да и крюк по восточной дороге нам тоже ни к чему…
Злосчастный «собеседник» почувствовал, а остальные услышали, как клацают у него зубы. Темноволосый продолжал задумчиво изучать останки избы. Вокруг прогоревшего насквозь сруба не было даже ободка пожухлой травы, а на соседних крышах – ни единой черной точки от искр, как будто пепелище откуда-то принесли и плюхнули посреди нетронутого огородика. Гасить его тоже не пытались. Скорее всего, не успели даже глазом моргнуть, как магическое пламя поглотило все, что могло гореть.
– И что же нам, бедным, остается? – задумчиво продолжал незнакомец, негромко похлопывая себя ладонью по бедру. Выходило буднично и оттого невыразимо жутко. Черный жеребец под ним стоял как вкопанный, недобро посверкивая змеиными глазами. – Самая удобная и короткая тропка через клеверную лощину, по которой мы бы и поехали, кабы не ваш дружеский совет. Которым я, мерзкий выродок, паскудное исчадие тьмы, чтоб мне провалиться, пожалуй, пренебрегу…
– П-п-простите… – только и сумел выдавить мужик, чувствуя, что душа вот-вот сама вылетит из онемевшего тела, не дождавшись логического окончания «беседы».
– За что? – Светловолосый недоуменно изогнул бровь. – Вы же мне ничего подобного не сказали. Бывайте здоровы, добрый человек! И спасибо за помощь.
В воздухе сверкнула серебряная монета, шлепнувшись в пыль. Черный жеребец всхрапнул и круто развернулся на задних ногах. Всадник даже не шелохнулся, как будто составлял с ним единое целое. Золотистая кобыла беззвучно, с кошачьей грацией повторила полуоборот, подчиняясь едва заметному движению седока. Остальные по-простому прикрикнули на лошадей, дергая за поводья.
– Н-н-не за что, – искренне проблеял мужик и, чуть всадники скрылись за холмом, сел прямо на дорогу, тупо таращась на блестящий кругляшок с чеканным королевским профилем.
Такого стоящего повода напиться ему уже давно не подворачивалось. Пожалуй, на целый месяц хватит, и не ему одному…
* * *
– Орсана, погоди. Ты не туда свернула.
Девушка осадила проскочившего развилку жеребца и сдала назад. Еще раз глянула на указатель, потом, удивленно – на вампира:
– Но ты же сказал…
Лён отрицательно покачал головой, делая друзьям знак подъехать поближе.
– Он знает, что мы за ним гонимся. Иначе не стал бы так демонстративно запугивать селян, чтобы те с прямо-таки выписанным на лицах враньем указали нам неправильное направление. Да еще эта изба. Любой дурак догадается, что дело нечисто, тут даже телепатом быть не надо. На это он и рассчитывал. А еще – что ни один нормальный человек и так не сунется в овражистое урочище.
– И угораздило же меня связаться с ненормальными вампирами, – вздохнула Орсана, вслед за друзьями разворачивая коня к Заячьему Гаю. – Но зачем им понадобились такие хлопоты? Неужели нельзя было просто проехать мимо деревни лесками?
– «Просто» не получилось. Под одним из них пала лошадь, и они отобрали верхового коня у здешнего старосты, а когда тот попытался протестовать, сожгли его избу. – Лён покосился на сизую нитку дымка, струящегося словно бы из макушки холма, и, помедлив, неохотно добавил: – Вместе с ним и его женой.
Девушка зябко передернула плечами. Вампир продолжал:
– А поскольку такое не скроешь, негодяи решили извлечь из ситуации дополнительную выгоду – направить нас по ложному следу… или устроить засаду. Толковых дорог здесь две – прямая и объездная. Видимо, обе им перекрыть не удалось, и они хотели быть уверены, что мы выберем первую.
– Но почему бы нам тогда не выбрать вторую? – жалобно поинтересовалась Орсана, когда Венок споткнулся на первой колдобине, чуть не оставив лязгнувшую зубами девушку без языка.
– Потому что она втрое длиннее, хоть и безопаснее, а мы торопимся. Впрочем, – Повелитель Догевы окинул винечанку, а за ней и остальных испытующим взглядом, – разве я кого-то заставляю с собой ехать?
– Но и прогнать не можешь! – дерзко парировала сотница.
Ролар и Вал только заухмылялись – мол, даже не надейся, голубчик, никуда ты от нас не денешься. Возразить, как и в предыдущие сто тридцать два раза, было нечего. Настояв на соблюдении старинного обычая, Лён сам поймал себя в ловушку, и теперь ему осталось лишь досадливо подогнать жеребца каблуками.
