- За кого ты меня принимаешь? За дверью стража. Я не хочу, чтобы меня осудили за убийство и вздёрнули на виселице.
- Тебе скорее отрубят голову, - рассудительно возразила я.
- Это в корне меняет дело.
Рука Кентона метнулась к моему горлу, хотя глаза по-прежнему оставались закрытыми.
- Я знаю, что ты всё равно этого не сделаешь, - заявила я, даже не пытаясь увернуться. - Потому что ты тоже меня любишь.
- С чего ты взяла?
- Зачем бы иначе ты стал сидеть здесь со мной под стражей?
- Интересно, когда бы меня ещё пригласили переночевать в графском замке, со всем возможным комфортом, на мягкой постели?
- Учитывая, что ты даже не снимаешь одежду и держишь меч на расстоянии вытянутой руки, очень убедительно.
- Скорее всего это излишняя мера предосторожности, - серьёзнее сказал Кентон. - Но мы по-прежнему в логове Рейвена, хоть сам он и под замком. Так что перестраховаться не повредит.
- Скажи, как тебе это удалось? Уговорить короля приехать в Торнсайд?
- Это не моя заслуга.
- А чья же?
- Говорящей.
- А как ты думаешь, - задумчиво проговорила я, - они дадут мне интервью? Король и Говорящая?
От такого вопроса Кентон даже открыл глаза.
- Абигайль, нет! - умоляюще воскликнул он. - Даже думать об этом забудь! Обратишься к королю с такой просьбой, и он самолично отправит тебя на эшафот.
Я вздохнула. Сказать по правде, интервью я упомянула просто так, чтобы разрядить обстановку. Приоритеты меняются под давлением обстоятельств. Сейчас из разговора с королём мне надо было вынести одно - право на собственную жизнь.
- Ладно, не буду...пока. А знаешь, в тюрьме мне очень пригодились твои уроки карточной игры.
- Что, ты сыграла с какой-то очень богатой дамой и стала миллионершей?
Я нахмурилась, встретив его взгляд.
- Не смотри на меня так, - заявила я.
- Как?
- Как будто собираешься на мне жениться в случае, если я действительно выиграла такие деньги.
- Почему? - изумился Кентон. - Не забывай: моё имущество конфисковано Рейвеном. Теперь надо как-то выкручиваться. Не идти же работать, честное слово! Женитьба на богатой женщине - прекрасный выход из положения. Так ты обыграла миллионершу?
- Нет.
- Жаль.
- Зато мне удалось раздеть донага почти всех заключённых мужского пола.
- Что?!
- Нет, ничего. Тебе послышалось. Но я ни с кем не играла на поцелуй, честное слово!
- Это утешает. Где ты вообще умудрилась играть с мужчинами, пока находилась в тюрьме?
- В мужской камере. Что ты на меня так смотришь? Я не виновата, это Рейвен меня туда засадил.
Я тут же пожалела, что об этом упомянула: даже при слабом освещении было видно, что Кентон переменился в лице.
- Он за это ответит, - процедил он сквозь зубы.
- Ему есть за что ответить и без этого, - поспешила сказать я. - К тому же из его затеи ничего не вышло. Как оказалось, у меня хорошие связи даже в тюрьме. Да и вообще... Там, где графы - убийцы и насильники, заключённые оказываются вполне приличными людьми. Кентон... - Я села повыше и устремила на него беспокойный взгляд. - Мне страшно. Кто я для короля по сравнению с Рейвеном? Его слово всё равно будет весить в тысячу раз больше моего. А обвинение в покушении на убийство графа - это очень серьёзно.
Кентон накрыл своей рукой мою ладонь.
- Не бойся. Рауль, насколько я успел его узнать, - очень адекватный человек и разберётся во всём досконально. Если бы он доверял Рейвену, то не поехал бы сюда. А кроме того, я здесь и не дам тебя в обиду. Даже королю.
- Хорошо сказано, - произнёс насмешливый голос. - Уверена, королю бы понравилось. Но на всякий случай мы не станем этого ему передавать.
Говорящая вошла в комнату совершенно бесшумно и теперь стояла возле двери. Рядом с ней расположился огромный пёс бело-коричневого окраса.
- Не хватайтесь за меч, Кентон, - добавила фаворитка, от внимания которой не укрылось быстрое движение руки дворянина. - Ваша скорость уже сыграла свою роль. Теперь вы можете расслабиться. Мне нужно поговорить с вашей девушкой наедине.
- Моё присутствие так уж сильно помешает? - спросил Кентон, не слишком довольный таким раскладом, но в то же время предпочитающий не идти откровенно наперекор Говорящей.
- Может помешать. Не тревожьтесь: я её не съем. И Чак тоже. - Говорящая положила руку на голову пса. Тот вполне добродушно вильнул хвостом. - Он, конечно, очень голоден, но обещал держать себя в руках. Кентон, вопрос безопасности вас может не беспокоить. Зубы у этого зверя не менее смертоносны, чем клинок, зато реакция значительно быстрее вашей. А вы пока можете со спокойной совестью подождать снаружи.
- Разве меня отсюда выпустят? - попытался выкрутиться Кентон.
- А вас никто здесь силой не держит, - хмыкнула Говорящая. - Вы вольны идти туда, куда вам вздумается.
- В таком случае я могу навестить Рейвена? - с невинным видом осведомился Кентон, уже понявший, что уходить придётся, и потому готовый говорить чуть менее серьёзно.
- А вам что, мало одной сломанной руки в Торнсайде? - усмехнулась фаворитка. - Вы хотите сломать ещё одну?
- Нет, я хочу сломать ещё штук пять, - отозвался Кентон. - Но, к сожалению, у Рейвена только две.
- Боже, и такой кровожадный человек ехал с нами в одной карете?! - притворно ужаснулась Говорящая.
- Я ничуть не кровожаден: ломать кости можно совершенно бескровно, - нашёлся Кентон.
- Ты ехал в одной карете с королём? - изумлённо воскликнула я.
- Представь себе: да, - отозвалась Говорящая. - И, может быть, ты не в курсе, но перед этим он скакал целые сутки без остановки, чтобы успеть тебя спасти.
- Непременно обсудим эту животрепещущую тему во всех мельчайших деталях, но нельзя ли сделать это как-нибудь в другой раз? - едко отозвался Кентон.
- Господин Алисдейр, вы ещё здесь? - нахмурилась Говорящая. - Вам же сказали, что вы будете мешать. Вот видите: вы уже начали. Там, где разговаривают две женщины, мужчина - третий лишний.
Нежелание Кентона уходить на этом этапе только усилилось, но он вынужденно вышел за дверь и прикрыл её с той стороны.
- Ну, - сказала Говорящая, подходя поближе и усаживаясь в кресло (я к тому моменту сидела на кровати), - а теперь рассказывай.
- Что именно? - нахмурилась я.
- Всё, что сочтёшь нужным. С самого начала и во всех подробностях. На суде у тебя на это времени не будет. А сейчас... ночь длинная.
Я слабо улыбнулась. Вот ведь как иногда поворачивается жизнь. В течение многих лет брала у всех интервью, и вот, теперь интервью берут у меня.
