не был взглядом бабушки, этот взгляд был взглядом сильной и грозной драконницы, приказывающий подчиниться. Это был взгляд, полностью подавляющий волю, более молодой и менее сильной соперницы. Тяжелая страшная аура подчинения чужой воли, накрыла дворец. Слуги падали на землю с криками боли, сжимая головы. Такая же боль стиснула виски Трии. Несколько секунд две женщины боролись друг с другом, и было непонятно, кто из них одержит верх. Страх начал заползать в душу Трии и вдруг мысль о том, как же было страшно и одиноко ее девочке, когда схватили отца, и никого-никого не было рядом, даже просто посоветоваться, даже просто поговорить… и все из-за Дезии. Такая ярость хлынула в душу Трии, а потом огонь не кровь, а самый настоящий огонь потек по ее сосудам. Глаза Трии запылали, зрачок вытянулся, и уже ее аура, приказывающая подчиняться ей, хлынула во все стороны. И Дезия сломалась. Неловко, словно деревянная кукла, она опустилась на колени, признавая чужую силу, чужую волю, чужую власть. А потом обе рухнули на пол без сил.
— Прости, за то, что я устроила тебе эту проверку, — первой попросила прощение Дезия. — Я хотела проверить твои силы, хотела знать, чего стоили твои пафосные слова о том, что ты никого не боишься. Я рада, что все так получилось. Рада, что теперь ты могущественнее меня, рада, что теперь нашим кланом будет управлять более молодая, более сильная…
— Управлять?! — с горестным смехом, перебивая ее, рассмеялась Трия. — Я не могу управлять даже собственной жизнью! Мои ошибки искорежили жизнь и Кейрин, и ее отцу, и лорду Ниссу, и брату мужа Этэру Виру.
— А эти-то здесь причем? — удивилась Дезия.
— А притом, что мой рассказ еще не закончен. — И Трия продолжила. Она показала Дезии письмо, и они вместе читали его, обдумывая каждое слово дочери. Потом Трия рассказала о том, как Кейрин ищут, рассказала, что в первую очередь будут искать рощи дриад в соседних королевствах, и что Ариэн подключит для этого все каналы, и дипломатические, и нелегальные.
— Трия, — перебила ее Дезия. — А ты смотрела на стену в подвале?
— Нет, — покачала головой Трия. — После всего, что случилось, я этот дом возненавидела, ведь фактически все случилось из-за того, что он был нужен нашей семье. Я тут бывала всего несколько раз, ты же помнишь. В подвал я не спускалась, потому что в крови Кейрин драконьей крови меньше половины, а ты сама говорила…
— Сама, сама, — ласково передразнила внучку Дезия. — Мало ли, что говорила? Жизнь она вон как может повернуться. Пошли, посмотрим! — Они легко сбежали по лестнице в подвал, потом Дезия открыла потайную дверь, и они оказались в самом сердце дома, куда не было доступа никому, кроме Дезии. Они зажгли магические светильники и стали пристально разглядывать стену, вливая свои магические силы в проступающие линии. Через пятнадцать минут, символы на стене стали светиться ровным светом. — Вот, вот, — ткнула Дезия пальцем. — Вот твоя дочь! — Трия с волнением посмотрела на огонек. Действительно. Вот она сама, вот от нее идет линия и написано имя Кейрин, а вот от ее имени идет почти незаметная, тоненькая, как волосок дорожка и горит совсем-совсем крошечное пятнышко… без имени.
— Дочка Кейрин. — сухими губами пошептала Трия и погладила огонечек рукой. — Живы, обе живы, — успокоено сказала она.
— Знаешь, что, — задумчиво произнесла Дезия. — А ведь мы с тобой можем помочь поискам Кейрин. Если знать направление, в котором ее искать, то мы можем полетать над этим местом и обязательно почувствуем кровь огненных драконов!
— Ты же ни разу не только не летала, но даже не оборачивалась, — напомнила Трия. — Ты сама мне это говорила.
— А ты думаешь, мне этого не хочется? Но если мы будем в другом королевстве, да еще в каком-нибудь глухом месте, то почему бы не попробовать? — Трия против воли засмеялась. Ее бабушка вселяла надежду и уверенность, что они справятся со всеми трудностями. Но оставался еще самый непонятный, самый страшный вопрос. Что с дочерью Кейрин? Зачем демон забрал ребенка? Что он хочет с ней сделать? Чтобы получить эти ответы, надо было разыскать Кейрин и хорошо ее расспросить. Что демон говорил, как себя вел? Возможно, Кейрин сама догадалась спросить, зачем ребенок демону?
… Если бы они в эту секунду, именно в эту секунду, они увидели Кейрин, то они поразились бы, насколько созвучны были их мысли. В этот момент, Кейрин кругами ходила вокруг небольшой полянки и безостановочно ругала себя:
— Почему я не спросила, зачем ему ребенок? Почему я его об этом не спросила? — шептала и шептала она. Кейрин уже четыре раза пыталась вызвать Заэра, но у нее ничего не получилось. То ли сил не хватало, то ли он, умышленно блокировал ее призыв. Была еще одна версия, но Кейрин не хотелось в нее верить. В тот раз, когда ей удалось вызвать демона, это не была ее заслуга, он пришел, потому что ждал этого призыва и хотел на него явиться. Если принять эту вероятность, то следом появляется мысль, о том, что происшедшее подстроено чужой злой волей и Кейрин, и Нисс, и Этэр, всего лишь пешки в чужой страшной игре.
Часть 3. Глава 10
— Мне Ариэн рассказал все это, потому что знает, чем может для Этэра закончиться потеря его истинной, — устало сказала Трия, когда они с Дезией вернулись в кабинет и снова устроились на диване. — Ты мне рассказывала тогда о Проклятии императорской семьи, но я слушала не слишком внимательно. Теперь я прошу тебя рассказать все еще раз. Рассказать все, что ты помнишь, о чем догадываешься и что предполагаешь… — Трия замолчала, увидев, как внезапно побледнела Дезия. — Что с тобою? — обеспокоенно спросила она. — Ты не хочешь мне этого рассказывать?
— Не в этом дело, — с трудом заставила говорить себя Дезия. — Я тебе не говорила… Я никому не говорила, — уточнила она. — Я нашла личный дневник моей бабушки, то есть матери Киррэта Аргэта моего отца. В этом дневнике безжалостно были вырваны почти все листы, но на одной разорванной странице можно прочитать несколько неполных строк, — сказав это, Дезия как-то неуверенно взглянула на внучку и Трия поняла, что с этим дневником что-то не так.
— Я могу увидеть этот дневник и эту страницу? — осторожно спросила она. Дезия кивнула, но как-то безрадостно и немного даже обреченно. Она медленно подошла к столу и, открыв один из ящиков, достала дневник. Он выглядел жалко. Две корочки и немного изодранных почти под корень страниц.
— Прочти
