— Хорошо, а у тебя?
— У меня тоже.
Оба замолчали, понимая, что разговор выходит совершенно дурацкий, а времени мало и тогда парень набрался храбрости:
— Я, когда первый раз увидел тебя, всё время хотел встретиться и попросил об этом отца, для него это не проблема, но твой жених первый предложил помочь…
— Уже не жених, — девушка пристально смотрела ему в глаза.
— Я рад этому…не в том смысле, что у вас всё расстроилось, а что ты теперь свободна…то есть у тебя никого нет, — Артём стал запутываться в словах как в паутине.
— Можно, я потрогаю твоё лицо? — спросила вдруг Анита.
— Конечно, — он вплотную придвинулся к прутьям.
Девушка осторожно провела пальцами по чешуйкам на лбу и щеке:
— Удивительно, какие они мягкие и тёплые, а я думала, что будут как камень.
— Мне отец как‑то говорил, что такое доступно только для своих.
— Значит я тоже своя, — она скорчила рожицу — и скоро стану демоном, р — р-р — р.
Они рассмеялись, чем вызвали выкрики со стороны девчонок, бросивших игру и наблюдающих за разговором подруги с невидимым собеседником — широкое платье закрывало весь обзор:
— Анита, хватит болтать.
— Она не болтает, а беседует.
— Точно, ведёт светский разговор.
— А с кем?
— С неизвестным молодым человеком.
— Он наверное предлагает руку и сердце — это так романтично.
— А Андрес где?
— Он следит, чтобы новому жениху никто не мешал.
Девушки дружно захихикали и продолжили словесный обстрел.
— Какие смешливые девчонки, — заметил Артём.
— О, это они пока не видели, с кем я разговариваю, — она коварно улыбнулась. — Визгу было бы на всю школу.
— Смотри, сюда идёт твоя подруга.
— Стой там, я скоро вернусь, — приказной тон Аниты заставил Мирану остановиться с вытаращенными глазами.
— Держи, — он протянул чёрный пакет. — Мой подарок.
— А что там? — глаза девушки загорелись любопытством.
— Открой и увидишь.
Анита торопливо сунула руку внутрь и достала шар на подставочке.
— Нужно просто потрясти, — Артём бережно обхватил её кисть с игрушкой и легонько тряхнул.
Девушка заворожено смотрела на метель, поднявшуюся вокруг маленького симпатичного домика в окружении деревьев.
— Боги, какое чудо, — она с трудом оторвала взгляд от подарка.
— Я старался подобрать что‑нибудь интересное, — парень любовался её лицом и с грустью понял — вот и пришло то, о чём говорил отец.
— Спасибо. Я поставлю его у кровати и буду вспоминать нашу встречу. Жаль, но мне уже надо идти.
Она легонько поцеловала его губы, вызвав удивлённый вскрик стоящей позади Мираны. Артём накинул капюшон и шагнул назад, наблюдая как 'детская влюблённость' возвращается к подружкам, бережно неся в руках пакет с шаром. Девчонки тут же обступили Аниту, загомонили и, мгновение спустя, все разом замолчали.
Мы с Реналдо видели возвращение сыновей, при этом Артём выглядел довольно удручённо:
— Сергис, а юноша, кажется, серьёзно влюблён?
— Все мы через это проходили.
— Однако не так безнадёжно. Я ему даже сочувствую.
— Я тоже, но можно выкрасть девушку и устроить его счастье, — хотя я и шутил, однако ради Тёмки, мог бы сделать на полном серьёзе.
— Ну что вы, ни в коем случае, сделаете только хуже.
— И не собираюсь, просто мысли вслух. О, смотрите, кто к вам пожаловал…
В гости к Деранго явился храмовник Фирто собственной персоной. В холле он столкнулся с молодыми людьми и бросил подозрительный взгляд на Артёма, скинувшего ненужный плащ, поднялся к нашей маленькой компании на второй этаж и с порога заявил:
— Добрый день, господа. Как я вижу 'армия тьмы' уже у дверей?
— Не только, она уже в доме. Здравствуйте, господин Фирто, — мы поднялись навстречу, приветствуя старика.
— Чувствую, твоя шутка, демонёнок, скоро окажется правдой.
— Ну что вы, храмовник, нас ещё так мало, можно по пальцам пересчитать.
— Людей раньше тоже не было и что? Сейчас, куда не плюнь, то на слугу попадёшь, то на господина. Где, кстати, твоя супруга, почему не приехали?
— Мы проконсультировались с одним очень влиятельным специалистом, и теперь Нарейса живёт в комфортных, для себя и ребёнка, условиях.
— И кто он? — ревниво спросил Фирто.
— Надеюсь, объяснять не потребуется? — я показал глазами вверх.
— Нет, но могли бы и предупредить, — сварливо заметил он. — Тот мальчишка внизу, кто он вам?
— Сын.
— А где первая супруга? — спросил, после недолгого раздумья, видимо прикидывал года Нарейсы.
— Там же, где и вторая, — мой ответ заставил взлететь брови храмовника чуть ли не на верхушку плеши.
— Неправедно живёшь. Впрочем, не моё это дело. Ты учиться собираешься или нет? Последний раз предлагаю.
— В принципе можно, но вам какой в этом интерес?
— Научный, — рявкнул он.
— Ради науки можно и попробовать, — я подмигнул Реналдо. — Когда начнём?
— Прямо сейчас. Чего тянуть? — Фирто снисходительно посмотрел на взволнованного хозяина дома. — Реналдо, у тебя, надеюсь, найдётся четыре бесцветных кристалла? Да не волнуйся так, всё будет в порядке.
Нам выделили пустую угловую комнату на последнем этаже с двумя окнами во двор. Храмовник расставил по углам кристаллы, прочертил рукой между ними невидимую линию, замыкающую контур и от его тела словно дыхнуло прохладной волной.
— Почувствовал выброс энергии? — его глаза поблёскивали любопытством.
— Да, словно свежий ветерок подул.
Он достал свиток с пишущей палочкой и быстро что‑то записал.
— Будешь описывать свои ощущения, договорились?
— Пожалуйста, мне нетрудно.
Храмовник оказался неплохим учителем, но костерил меня за всякую мелочь, по крайней мере мне так казалось. Он показывал самые азы для начинающих, вроде букваря для первоклашек — как правильно концентрировать энергию; как направлять в нужное место, а не во все стороны; как ощущать предметы с закрытыми глазами по их излучению и ещё кучу всего.
— Да пойми ты, дурья башка! — орал он после очередной моей неудачной попытки угадать, а не почувствовать, спрятанную вещь. — Каждый предмет передаёт в пространство информацию о своих свойствах, будь то дерево, металл или камень. Эти данные строго индивидуальны. Я не требую сейчас указать их форму, достаточно почувствовать их материал. Вот тебе золотая монета, каменная и деревянная пуговицы. Пропусти через них свою энергию и верни обратно, почувствуй разницу между исходящим и вернувшимся потоком.
