Золотая сеть облепила пышную грудь, а набедренная повязка — ягодицы, которым позавидовала бы Ким Кардашьян. Последней на груди вспыхнула подвеска. И богиня открыла глаза.
Её золотые струящиеся волосы плыли по воздуху, как по воде. Тело источало сияние, разгонявшее тьму.
Она изящно потянулась, выгибаясь.
— Ох, ну наконец-то! — мелодичный голос богини прогудел над развалинами. — Как долго меня не было. Где моя сестра? И кто, позвольте спросить, разрушил мой Храм?!
Глаза богини потемнели.
С неба сорвалась молния. Потом ещё одна. Ударила рядом с ней в землю.
Я вздрогнула.
Кажется, эта богиня Любви скорее сама тут всё уничтожит до конца. Любовь — это сила такая, временами разрушительная. Если её не направить в нужное русло.
— Мы случайно! — пискнула Нанайя.
Я схватила её и зажала ей клюв.
— Не привлекай внимания! — прошипела я. Но было уже поздно.
Богиня повернула своё идеальное лицо, которое как раз возвышалось над крышами домов, в нашу сторону. Нахмурила точёные золотые брови.
Мне стало страшно, как будто родители вернулись домой раньше времени и увидели бардак, а теперь готовят ремень.
Помощь пришла с неожиданной стороны.
— ТЫ! ВЕРНЁШЬСЯ! СО МНО-ОЙ! — взревел каменный гигант, который всё это время стоял и по-идиотски пучил глаза, пялясь на Инанну. Думаю, с тыла вид открывался не менее красочный, чем с фронта. Богиня была хороша, как ни верти. Было от чего Нергалу двинуться кукушкой в своих грустных холостяцких подземельях.
— И не подумаю! — отмахнулась Инанна. — У меня здесь дел невпроворот! Без меня малыши набедокурили. Возвращайся обратно в свой дымный склеп, и трещины за собой прибери! Мне ещё на этом фундаменте новый Храм строить. Надо только что-нибудь повеселее выбрать, от тёмных цветов тошнит уже… да, думаю, розовый кварц подойдёт!
Она направила друг к другу кончики напряжённых пальцев, и в вихре меж её ладоней стал формироваться розовый светящийся куб с прожилками.
— НЕТ! — взревел Нергал, и стукнул молотом об землю.
Ещё кусок площади обрушился вниз, в кипящую лаву.
— Послушай, ты меня изрядно утомил! Да, нам с тобой было хорошо… но жить под землёй вечно мне не интересно. Что я там буду делать? Здесь мои дракончики, я как раз собиралась новый цвет выводить. Они без меня сами не размножатся толком.
— НЕТ!! — повторил Нергал, и его глаза вспыхнули ярче. — ТОГДА Я УНИЧТОЖУ ВЕСЬ ЭТОТ МИР! ЧТОБЫ ТЕБЕ НЕКУДА БЫЛО ВОЗВРАЩАТЬСЯ!
Он поднял кувалду над головой.
Дело запахло жареным.
— Стойте!
Я обернулась.
Мой дракон встал во весь рост на крыше.
— Погодите! — повторил он уже куда спокойней, когда Нергал от неожиданности опустил молот. — Есть ещё один выход.
— Не вмешивайся, малыш! — отмахнулась Богиня. — Этот эгоист вечно так. Никак не может смириться с тем, что у женщины тоже есть желания.
Я вздохнула тихонько.
Что у богини, что у драконши, что у продавщицы на кассе — у женщин везде одни и те же проблемы.
Стоп.
Я вдруг ощутила привычный зуд. Инстинкт свахи всё ещё был при мне! Ведь я снова сваха? Или нет?
С одной стороны, амулет при мне. С другой, контракт со мной расторгнут…
Как оказалось, у гениальных людей мысли и правда сходятся. Потому что Даниель схватил меня за руку и заставил встать тоже.
— О светлая Богиня! Мой народ издревле поклонялся вам и вашей мудрости. Разве не вы прислали нам драконьих свах, чтобы они решали проблемы в любви? Почему бы вам самой не прибегнуть к ее помощи? Раз такая ситуация сложная.
Та-а-к.
Меня, кажется, хотят кинуть на амбразуры.
Нанайя увеличилась в размере до телёнка и поддакнула:
— Всё так, госпожа! У нас нынче самая талантливая сваха за несколько веков! Ваша сестра сделала единственное доброе дело. Если вы с Его темнейшеством лордом Нергалом не можете сами решить проблему, почему бы вам не позвать… посредника?
— ПОЧЕМУ Я ДОЛЖЕН СЛУШАТЬ КАКОЕ-ТО ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ НИЧТОЖЕСТВО? — взревел Нергал.
Богиня немедленно обернулась к нему, и свет её глаз прожёг две дыры в камне так, что тот стал дымиться. Какое полезное умение!
— Ты… называешь мою помощницу… ничтожеством?! Прислужницу Богини Инанны? — вкрадчиво переспросила она.
Бог немедленно сник.
Свет золотых глаз остановился на мне. Стало жарковато.
— Иди сюда, как там тебя…
— Ольга! — уверенно сказала я. Больше ни моё имя, ни моё тело, ни моё прошлое не заставят меня стыдиться. Я — та, кто есть. Со всеми моими радостями и горестями, удачами и разочарованиями. Именно они сделали меня собой. Именно они влюбили в меня моего дракона. Не юная внешность — сколько вокруг него было смазливых дракониц? А моя суть. К которой, как на огонь одинокого костра, потянулась его, такая же одинокая, душа.
— Оль-га… — задумчиво проговорила Богиня. Она склонила голову. Летящие волосы вспорхнули выше. — Не помню, когда назначала тебя свахой.
— Долгая история, — уклонилась я. — Спросите свою младшую сестрёнку.
Глаза Богини сверкнули.
— О, с неё я ещё спрошу! Можешь быть уверена. Маленькую нахалку слишком избаловал наш папочка. Сам укатил дальше миры создавать, а я, видите ли, присматривать должна. А что я сделаю, если она ни о чём, кроме парней, думать не хочет? Я думала, ей как раз работа свахи придётся по вкусу. Но малолетняя дурочка и тут нашла повод обидеться.
Малолетняя — это сколько тысячелетий, интересно?
Я решила, что не хочу знать.
И вообще. Подозрительно знакомые имена! Инанна, Нергал, Эрешкигаль… вроде я уже слышала такое где-то. В нашей земной мифологии. В детстве попадалось, в какой-то энциклопедии с картинками. Шумерские мифы, вроде бы?
Я всегда знала, что мифы — это не сказки.
Это всего лишь осколки древнего знания, которое передавали из уст в уста задолго до изобретения письменности. Хранили в самом надёжном хранилище, которое переживает крушение храмов, сожжение библиотек, уничтожение глиняных табличек… в человеческой памяти, памяти поколений. Из уст в уста, от бабушки — к внукам. У ночного костра, у лучины, под пальмой, в юрте, на печи, в детском садике перед сном…
Мы рассказываем детям то, что узнали когда-то сами.
Поём колыбельные с мелодиями, которым столько веков, что кружится голова.
Протягиваем тоненькую нить в прошлое.
Богиня всё это время меня внимательно рассматривала. Наконец, увидела что-то в моих глазах, что ей понравилось.
Улыбнулась.
— Нет, ты не такая пустоголовая, как моя сестра. Ты мне нравишься! Можешь оставаться свахой. А сейчас мы проверим, какова ты в деле. Попробуй решить проблему, с которой даже я, богиня, не справилась! Как мне успокоить этого полоумного? Он отчего-то решил, что я должна стать его женой.
С каких пор меня из драконьей свахи повысили
