– Живи, горбатый гад! – прорычал Гро, выходя во двор. – Вставай, дам тебе, дураку, задание.
Гро вышел во внутренний двор, и Мерлон злорадно улыбнулся: трактирщик – тот самый. Но его собеседник…
Кряхтя и ругаясь, существо, называющее себя Нодом, вышло вслед за Гро во двор и уселось рядом с ним на землю. Благодаря обострённому зрению Мерлон отчётливо видел росший на плечах горб, сросшуюся с шеей голову, длинные, словно верёвки, руки, и маленькие скрюченные ножки. Гоншон, тварь древнего мира. Происхождение ему подобных неизвестно до сих пор, однако все маги, начиная с самых школяров, знают о безумной магической силе гоншонов и обходят уродцев за километры. Бывали случаи, когда парочка гоншонов выжигала деревни и рушила укрепления замков, причём играючи, не напрягаясь особенно. Однако главный недостаток этих существ – отсутствие здравого рассудка. Согласно немногим записям наблюдений, гоншоны ведут себя примерно на уровне человеческих детей. Ползают по всему миру, совершенно не заботясь о возможных опасностях, суют нос куда вздумается – от винного погреба до склада алхимика, вновь найденные предметы окружающего мира тщательно изучают, пробуя и на зуб и на силу. Никаких общин, никаких племён – совершенно бесцельное скитание по миру. То, как они поведут себя в той или иной ситуации, предсказать невозможно. Гоншон может пройти в метре от любого постороннего и не обратить на него внимания или без всякой причины ударить молнией за десятки метров. Но такого, чтобы гоншон служил человеку, в памяти не было, какой бы дырявой она ни была. Не прост, ох, не прост трактирщик Гро.
– Отправляйся к западным воротам и затми разум тамошним стражам. По утру Ренессанс подойдёт к стенам – ворота должны быть открыты, – проговорил Гро.
– Да, хозяин, – Мерлону показалось, будто гоншон произнёс последнее слово чуть ли не с обожанием.
– Хорошо. Есть вопросы? – сухо бросил трактирщик.
– Да, хозяин. Нод знать хочет, что за человек сегодня чуть не погубил рена в трактире? Нод почувствовал опасность…
– Опасность? – изумился Гро.
– Нод не умеет ошибаться, – обиженно проговорил гоншон.
– Верю… – тихо сказал трактирщик.
Мерлон нахмурился. Не о нём ли случайно говорят эти двое?
– Что я могу сказать… Знаю я его. Бродяга этот всю свою сознательную жизнь провёл среди людей удачи, людей одного дня. Как мне известно, последние пять лет зарабатывал вольной охотой, правда, товар у него всегда был второсортным, дешёвым… Живёт в долгах, ни десятка золота за душой не имеет. В общем, оборванец, не более…
– И всё, хозяин? – недоверчиво спросил Нод.
– Нет, – резко ответил Гро. – За его спиной тёмное прошлое. А точнее, за его родственниками. Семейка у него натворила в своё время дел, доведших всех старших и их прямых потомков до костра инквизиции. Нет, они не были связаны с Орденом Тьмы. Их секта куда древнее, и преследует совершенно иные цели. Семья Брат’свей, его семья, организовала в Шипстоуне одно из гнёзд. Кто-то предал их, и святые отцы сработали быстро и чисто. Однако этого оставили. Причина мне неизвестна, впрочем, я не интересовался особенно этой историей.
Мерлон чуть не присвистнул от удивления. Ничего себе история. Так-так, а случайно ли проклятая колба попала ему в руки? Прошлого Мерлон не помнил: события такой давности пришлись на беспамятство раннего детства.
– Он опасен, – повторил Нод.
– С чего ты взял?
– Я почувствовал нечто чуждое. И очень близко… Очень близко!
– Что? – изумился Гро, и в тот же миг захлебнулся своей кровью.
Верный нож, брошенный Мерлоном с крыши, рассёк трактирщику горло и послушно вернулся в ладонь. Изумлённый Гро схватился за рану, и, хрипя, повалился на землю, брызгая в разные стороны алой кровью. Нод взвизгнул и проворно вскочил на ноги, скребя длинными руками землю. Мерлон только замахнулся для второго броска, как проклятый гоншон безошибочно развернулся в его сторону и встретился с ним взором. Такого безумного взгляда Мерлон не видел никогда. Маленькие поросячьи глазки пылали ярким синим пламенем, источая пар. В этих ужасных глазах была заточена дикая, страшная боль, которая сейчас вливалась силой в жилы уродливого гоншона.
– Ты! – проревел Нод, направив указательный палец в сторону выпрямившегося на крыше Мерлона.
– Да я, а что? – съехидничал маг, не отводя взора. Он чувствовал, что гоншон прикладывал огромные силы, чтобы загипнотизировать его, но дарованные способности полностью блокировали атаку.
– Ты! Ты убил хозяина! – проревел гоншон.
– Ага, – улыбаясь, бросил Мерлон и рассмеялся. В груди пылал огонь ненависти и желания уничтожений.
– Ах ты… Нет! Ты умрёшь! – воскликнул гоншон, и, сделав еле заметный взмах руки, направил сгусток силы прямо в Мерлона.
Маг не шелохнулся. Направленная в него сила просто исчезла, не долетев нескольких сантиметров.
– Глупец, – усмехнулся он. – Гори огнём, тварь!
Нод не успел взвизгнуть, прежде чем истлел в прах.
Мерлон спокойно спрыгнул с крыши, не переставая улыбаться, и подошёл к корчившемуся на земле Гро. Трактирщик лежал в луже собственной крови, тщетно стараясь зажать рану.
– Пускай со мной и происходит всякая дрянь, но покамест я сохранил рассудок, знамён менять не буду. По крайней мере, до утра, – проговорил Мерлон и рывком всадил кинжал в висок Гро. – И только потому, что мне это нравится.
В ту ночь «Приют Отшельника» сгорел дотла.
* * *
Маленький отряд из трёх эльфов и мага быстрым шагом продвигался в тягучей темноте Мёртвых земель. Освещать огнями путь они не стали, ограничившись магическим зрением, позволявшим отчётливо видеть в непроглядной тьме. Магия чем-то схожая с невидимым для других личным светом, но куда более удобная и практичная. Во всяком случае, в подземном мире, а именно туда они сейчас и направляются, считанные секунды решают всё.
Не прошло и получаса, как отряд добрался до невысокой пологой скалы с чернеющим входом в пещеры. Дошли они без лишних проблем. Всевозможные твари не посмели тронуть давнего хозяина этих выжженных территорий. Не по зубам эта компания здешним существам, хотя они не из разряда примитивных псоглавцев да тропосов. Эти-то ночью забиваются вглубь пещер и молятся одним им известным богам. Мёртвая земля не знает жалости.
Как только эльфы с магом подошли к пещере на расстояние десяти метров, из-за ближайших валунов вынырнуло пять темных фигур. Все, как на подбор, небольшого роста, неширокие в плечах и с длинными торчащими ушами. В руках у незнакомцев медленно покачивались красты, угрожая в любой миг сорваться вихрем смерти. Пятеро молча застыли в нескольких шагах от принца и его охраны.
