Карана боялась возвращаться в Готрим. Она чувствовала, что с каждым шагом их путешествия приближается к Рульку. И каждую ночь ее сны становились все более отчетливыми и реальными.
Через четыре дня, когда они поднимались по тропе в Туллин, снег повалил стеной, что было необычно для этого времени года.
— Интересно, что нас там ждет? — спросил Лиан, грея руки в подмышках. — Как они пережили войну?
Карана была погружена в свои тревожные мысли и не ответила. Они завернули за горный уступ и увидели деревушку, приютившуюся в маленькой долине. Трубы гостиницы весело дымили.
— Мне нравится Туллин. Я так мечтал вернуться сюда. Будем молиться, чтобы погода нас не подвела, мы можем позволить себе остановиться в гостинице только на одну ночь.
— Надеюсь, Шанд уже здесь, — сказала Карана.
Они двинулись к дому. Карана с трудом приоткрыла тяжелую дверь и заглянула в большой зал, где горел камин. Там сидело несколько местных жителей. За стойкой стояла робкая темноглазая девушка — дочь хозяина.
Карана прошла через зал к камину, кивнув посетителям. Хотя она бывала здесь много раз и хорошо знала владельца гостиницы и его семью, недавние события сделали ее очень неуверенной в себе, и она едва могла найти силы говорить с людьми. Карана долго сидела у огня, грея руки, затем сделала глубокий вдох и повернулась. Собрав все свое мужество, она направилась к стойке и поздоровалась.
Лиан, не входя в гостиницу, направился прямо к дровяному сараю, откуда доносился стук топора. Он надеялся встретить там Шанда, но, завернув за угол, увидел лишь хозяина гостиницы. Торген поднял глаза, на мгновение нахмурился, а потом заулыбался.
— Лиан из Чантхеда! — воскликнул он, потирая покрасневший нос. — Ты гостил у нас год назад, еще до войны. Мы видели, как ты поднимался по дороге. — Положив топор, он пожал Лиану руку.
Лиану польстило, что его не забыли, хотя наверняка о нем здесь часто слышали, к тому же запоминать посетителей — обязанность хозяина гостиницы.
— В прошлый раз ты уезжал от нас в большой спешке, — сказал Торген.
— Тех денег, что я оставил, было достаточно?
Хозяин рассмеялся:
— Гринт в гринт, если правильно помню. Но я не об этом. Надеюсь, теперь твои дела, не так плохи, как прошлой зимой.
Хозяева гостиниц всегда искренне желают благополучия своим клиентам.
— Все более менее, — ответил Лиан. — Значит, война обошла Туллин стороной?
Торген уже поднял топор, но снова опустил его на снег.
— Не совсем. Сражений здесь, правда, не было, но зато заходили солдаты Иггура, а прошлой весной вернулись твои «друзья» — вельмы. Правда, теперь они называют себя по-другому. Солдаты прожили у нас несколько дней. Вельмы тоже тут ничего не нашли, да и что им искать в Туллине? С каждым годом у нас становилось все меньше и меньше посетителей, но с тех пор, как началась война, просто отбою не было от беженцев, которые направлялись из Баннадора на восток. Никогда еще не видел столько путников на дорогах. В прошлом году люди ночевали даже в конюшнях. Мы получили хорошие барыши, но я бы предпочел, чтобы все было как обычно: средний доход и никакой войны.
— Я надеялся повидаться с Шандом.
— Он ушел в середине зимы, в самом начале войны. Присылал нам весточки из Туркада и откуда-то с севера, не помню, как называется это место. Сообщил, что может пробыть в отъезде целый год. Но это Шанд. Мы хорошо его знаем, поэтому не беспокоимся. Хотя я скучаю. — Взвалив на плечо тяжеленное бревно, Торген стал подниматься по тропинке.
Лиан некоторое время стоял в раздумье. Затем набрал столько поленьев, что едва мог унести, и медленно пошел за Торгеном. Лиан сложил дрова у печки на кухне и поспешил вниз вслед за хозяином.
— У меня есть более свежие новости о Шанде. Если вам интересно. Мы расстались с ним в конце лета во Флуде.
— Во Флуде? Это, должно быть, где-то на другом конце света.
Для жителей Туллина даже Чантхед был другим концом света.
— Это близко, всего около трехсот лиг отсюда, портовый городок на острове Фаранда.
Торген побледнел, словно Лиан говорил о темной стороне луны.
— Но ты-то выбрался оттуда живым, значит, вероятно, это и не так страшно, как говорится в Преданиях. Расскажешь нам свою историю после обеда? Всем будет интересно узнать, что затевает старина Шанд. Если твоя история будет интересной, может, я не возьму с тебя платы за ночлег. Кстати, что-то я хотел у тебя спросить. Ах да! В прошлый раз ты разыскивал потерявшуюся в горах женщину.
Пауза была такой долгой, что Лиану казалось, будто он слышит, как скрипят в его мозгу шестеренки.
— Я нашел ее, — произнес он наконец. — Но чтобы рассказать обо всем, не хватит и месяца.
Лиан обрадовался. Про Шанда можно было рассказать множество историй, не выдав ничьих секретов. Он выступит с лучшим Преданием, какое когда-либо слышали в Туллине. К тому же это было выходом из положения, иначе им придется оставить здесь все свои деньги.
Пока они перетаскивали дрова, Лиан поинтересовался:
— Как давно Шанд живет здесь?
— Сколько себя помню. Он работал еще при моем деде, когда я был совсем мальчишкой.
— Но откуда он сюда перебрался? — Хозяин гостиницы загадочно улыбнулся.
— Не думаю, что Шанд обрадуется, если я буду болтать о его делах, — сказал он, поднимая топор.
Лиан набрал еще одну охапку дров и пошел на кухню. Зима наступила здесь на месяц раньше, чем в прошлом году. Даже в Чантхеде несколько раз выпадал снег, но здесь уже все замело, и дорога, ведущая с гор на запад в Хетчет, стала непроходимой. Этим путем не пользовались уже несколько недель.
— Шанда здесь нет, — сообщил он Каране, складывая дрова около очага.
— Я знаю. — Она сидела одна за столом, глядя на огонь в камине. Остальные посетители, увидев, что она не расположена вести беседы, вернулись к своей выпивке.
— Ты расстроена?
— Я чувствовала, что его здесь не будет, — произнесла она безо всякого выражения. Карана умолкла, и Лиан отправился с их вещами наверх.
Карана совсем не думала о Шанде, хотя и расстроилась, услышав, что его нет в Туллине. После встречи с нищим у нее стали сдавать нервы, она становилась все более замкнутой. Тайна, открытая ими в библиотеке, тоже сильно ее тревожила. К тому же с этими местами у нее было связано множество самых разных воспоминаний: их первая встреча с Лианом и, с другой стороны, жуткий кошмар — бегство от вельмов.
Но это было тогда. Теперь все складывалось по-иному. И не только потому, что они находились недалеко от Шазмака и гаршардов, была еще одна причина, которую она не могла ясно сформулировать, предчувствие, ставшее за последнее время еще сильнее. Она снова ощущала страх, охвативший ее в Ночной Стране. С этим паническим ужасом, заставившим ее бросить Лиана, она не могла совладать. Каране казалось, что она снова начинает терять над собой контроль.
