наш последний шанс получить преимущество в этой войне. Если армия императора сможет захватить Патеру, а мы сохраним контроль над Гастой, дела наши будут не так уж и плохи.
Присутствующие согласно закивали. Казалось, даже генерал Ли не был против этого плана. Вероятно, его радовала возможность оказаться поближе к своим. Вперед, однако, выступил Веньян:
– Правильное решение, триумвир, и вам нужно поторопиться. Если верить имеющейся у нас информации, культисты сдали гуддарам Патеру и армия последних теперь тоже движется к Лираму. Преимущество будет за тем, кто окажется быстрее.
Кастор Пинарий кивнул, похоже, для него это не было новостью.
– Однако, – продолжил Веньян, – нам следует учитывать слухи из Виджы. Гасте не выстоять, если виджайцы атакуют ее в полную силу. Сейчас под Гастой два легиона, и их будет недостаточно, чтобы отбить нападение. Если Гаста падет, это подставит под удар Кадуций, поскольку император уже выдвинулся к Патере, желая воспользоваться удобным моментом и занять город, пока армия гуддаров его покинула. Я бы рекомендовал отправить генерала Ли к Гасте для усиления местного контингента.
На лице генерала Ли отразилось явное недовольство.
– Может быть, хватит нам раскидывать силы по десятку направлений? – сказал он.
– Не забывайте, генерал, что решение сейчас принимает триумвир Кастор, – отступил Веньян, оставляя военачальников сверлить друг друга глазами.
На несколько мгновений повисла напряженная тишина.
– С точки зрения всей кампании дагэ Веньян прав, – проговорил наконец Кастор. – Победа куется не здесь и сейчас, но во всем Семиградье. Генерал Ли, есть ли у вас конкретные возражения?
Генерал нахмурился еще сильнее, на щеках заиграли желваки. На какое-то мгновение Цзиньлуну показалось, что он хочет что-то сказать, но тот только покачал головой.
– Хорошо, – продолжил Кастор. – Стало быть, решено. Трех легионов, даже потрепанных, нам должно вполне хватить под Лирамом. Мы ошиблись, выбрав Фаль целью, но кто мог подумать, что цтеки так быстро захватят город и будут столь успешны в столкновении с нашими основными силами? Во всяком случае, нам удалось сохранить часть армии и руки у нас пока еще развязаны для активных действий. Будем надеяться, что в этот раз Магна и Моди окажутся на нашей стороне.
***
Выбрали Гасту. Город Копья. Хорошо. Ближе к Кадуцию. К тому месту, где следует быть. Судьба ведет к цели. Страж должен быть у Башни. Даже если ее больше нет. Так заведено. Так предначертано. А значит, так и будет.
Радостно закрутилась на месте. Рыжий хвост замелькал языком пламени. Тявкнула. Негромко, но чтобы услышал Возлюбленный. Повернулся. Посмотрел в глаза. Улыбнулся. Чувствует то же, что и она. Знает свою Судьбу.
Как же хочет обнять его. Прильнуть кожей, а не шкурой. Обвить руками и не отпускать, пока не получит все, о чем так давно мечтает.
***
Третий день лил дождь. Дороги размокли, и солдаты понуро брели вперед, с трудом передвигая ногами. Мрачная Завеса опустилась на землю густым туманом, а Гао и Сяо висели над головой размытыми пятнами, очертания которых едва можно было различить. Вымокшая насквозь одежда потяжелела и не давала согреться. Привыкший к странствиям Цзиньлун не обращал на это внимания, но остальным приходилось несладко. Они шли в верховья реки Ферум и скоро должны были достигнуть ее левого притока – Купрума, перейти его вброд и свернуть в сторону Гасты.
Гней Пинарий каким-то чудом уговорил Кастора отправить его вместе с кайанцами, и теперь трибун и десяток легионеров, которых он взял вместе с собой, ночевали с новобранцами Цзиньлуна. Дэмин с Сяомин тоже все время были рядом, отчего Лули периодически устраивала сцены ревности даже там, где мечник не давал никакого повода. Присоединился к компании и Веньян, конфликт которого с генералом Ли стал только сильнее после того, как они разделились с Кастором Пинарием. Вся эта разношерстная компания тем не менее отлично проводила время по вечерам, прячась от дождя в офицерской палатке Цзиньлуна.
До вечера, однако, было еще далеко, и они продолжали идти вперед. Где-то по левую руку показалась либерская деревня. Авангард войска давно уже оставил ее за спиной и теперь там орудовали отряды, собиравшие реквизицию. Чем ближе они подходили, тем несчастнее становилось лицо Сяомин и напряженнее – Дэмина. Оба они очень болезненно воспринимали любую несправедливость, а уж этот армейский обычай и подавно.
– Нас учили, что самое ценное – народ и его проблемы, – сказал Дэмин. – И что же? Нужды армии оказались важнее…
– Война несправедлива, – согласился Веньян. – Но сейчас мы боремся за будущее каждого жителя Империи. Как говорят испокон веков, либо жезл победит щит, либо щит одолеет жезл. Третьего не дано.
– И история простит нам эти зверства? – Дэмин не готов был уступать.
– Только если в итоге мы выиграем войну. – Веньян пожал плечами. – Как известно, победитель становится императором, и лишь проигравший слывет разбойником…
– Какие ужасные вещи вы говорите, – вмешалась Сяомин.
– Возможно, – кивнул Веньян, – но именно так обычно и бывает. Я не знаю исключений, чтобы сомневаться в этом. Хотим ли мы, я, генерал Ли или благородный Кастор Пинарий, всех этих ужасов? Нет. Но есть ли у нас выбор?
– Выбор есть всегда, – пробурчал Дэмин.
– И какой же у нас выбор? Оставить солдат голодными, потерять Гасту, Кадуций, а затем, когда Завеса уменьшится, погибнуть за Стеной под палящим светом Гао? Не только нам с вами и солдатам, но детям, женам, старикам… Я не хотел бы такой судьбы народу Кайана.
– И все равно это воровство! – Сяомин поджала губы.
– Воровство, но не убийство. Взвесив все за и против, выбирай меньшее бремя…
Цзиньлун уже понял, что спор этот мог продолжаться еще долго. Ему стало скучно, и он ускорился, чтобы взглянуть на деревню поближе. Его внимание привлекли солдаты, которые тащили не тюки с зерном и сеном, а какого-то человека в странной одежде. Оказавшись еще ближе, он понял, что это альмаут. Ему вспомнилась встреча с воинами Пустыни под стенами Скутума, и он решил разузнать, куда его тащат.
– Эй, родимые, куда вы его? – спросил мечник, поравнявшись с солдатами.
Те хотели было огрызнуться, но, поняв, что перед ними офицер, недовольно ответили:
– Странный он какой-то, похож на дезертира, хотим показать кому следует.
– Ну так вот он я, как раз тот, кто вам нужен, мне и показывайте, – усмехнулся Цзиньлун, ничуть не растерявшись.
Солдаты подозрительно смерили его
