Впечатление от стихов было бы куда сильней, если бы выпитого пива оказалось больше. Однако на сей раз праздника не устраивали — весть о гибели Лорда Тьмы оказалась чересчур огромной для скромной сельской общины. Такая новость скорей подавляла, чем радовала, крестьяне, пожалуй, и не верили всерьез… веселья не вышло. Ильма тоже грустила, несмотря на похвалы ее красоте. Она сравнивала себя с Элиной — когда беглянку отмыли, она оказалась красивенькой, как куколка…
Наутро Ленлин тщательно упаковал лютню, оделся, пригладил волосы и явился к Элине. Она сидела на постели и держала в руках аккуратно сложенный халат Алхоя. На одежду она не глядела, уставилась в потолок, хотя вряд ли девушку могли заинтересовать пыльные стропила.
— Я уезжаю, — сказал Ленлин. — Отправлюсь сперва в Раамперль, потом на запад в Бойге, в Коноху, в Виноградную Землю. По дороге буду петь о подвигах героя, который победил волка-оборотня, истребил разбойников, покончил с Лордом Тьмы… Очень жаль, что я не могу сделать для Корди больше — только петь о нем. Но Круг узнает о его подвигах!
Элина оторвала взгляд от потолочных балок, Парень замолк, заглянул в лицо девушке и потупился. Она глядела будто сквозь блондина, как если бы его не было в комнате. Ленлину показалось, что Элина его не слышит.
— В конце концов, я поэт… и… и это мой долг…
— Подожди, я сейчас соберусь, — попросила девушка. — Вот это, красное, увяжу как следует. Если он появится в Круге, то, должно быть, к западу отсюда. Я буду искать.
Местные провожали до околицы. Элина ехала верхом, одетая как крестьянка. Ленлин шагал рядом, держа лошадку под уздцы, они не оборачивались. Перед ними лежала дорога, очень долгая дорога, а позади — сюжеты песен Ленлина. К чему оглядываться?
Когда путники превратились в точки, ползущие по серой нитке дороги между золотистых полей, люди стали расходиться. Остались лишь Ильма и ее приятель, тощий племянник Мартоса.
— Вот и все, — заявил парнишка. — Съехал твой красавчик. И вовсе ты ему не нужна, понятно? Явилась эта тощая, и он глаз с нее не сводит… Вот я бы… Ох!..
Ильма, не оборачиваясь, ткнула ухажера круглым локтем в живот. Парень схватился за ушибленное место и, сгибаясь, захрипел, судорожно кривя рот.
— Он пригожий и песни складывает, и еще он возвышенный, — отрезала девушка. — Такие, как я, простые девы, ему не подходят, не судьба нам!
Потом глянула сверху вниз и заключила:
— Вот урожай свезем в амбары, можешь сватов засылать. Но если станешь жену обижать — У-У-У!
И погрозила пухлым кулаком.
Перед Ильмой лежала не дорога, а простая жизнь, иногда солнечная, а иногда и пасмурная — с метелями и ливнями… Но и в ее прошлом был сюжет песни возвышенного Ленлина. Иногда Ильма будет оглядываться и мечтать… мечтать…
Феттах Повелитель Зверей прислушался — похоже, схватка затягивается. Люди, вторгшиеся в его владения, дрались упорней, чем рассчитывал Лорд Тьмы. И еще — псы. Феттах ненавидел эту породу. Возможно, ненавидел именно потому, что собаки слишком уж походили на образец, намеченный Лордом. Феттах придумал образ существа, которое могло бы сменить человека в Круге. Существа честного, искреннего… мудрого, но без присущей человеку гнили. Существа более достойного, чем человек.
Феттаху хотелось повелевать лесом и зверьем, как сеньоры повелевают землями и вассалами, чтобы твари подчинялись без раболепства и страха, из искреннего желания служить. Он старательно воспитывал лесных животных, не дрессировал, а воспитывал. Он изменял их, изменялся сам — научился понимать бессловесных подданных… он добился многого, ему завидовали охотники и укротители диких зверей, но Феттаху хотелось иного. Он так старался — а в итоге не сумел создать ничего подобного обычным псам. Он ненавидел псов.
Между прочим, Феттах отыскал древние магические книги, где имелось описание оборотней, потом, благодаря злу, исходящему от Повелителя Тьмы, сумел вывести человековолка… его создания внушали ужас Кругу, но Феттах был по-прежнему недоволен. Оборотни — вовсе не то, к чему он стремился. В них слишком много человеческого, они легко озлобляются, они завидуют людям, ненавидят и боятся людей, а все-таки тянутся к этому мерзкому народу. Со временем зов становится непреодолимым — и оборотни бегут на север, к центральным областям Круга, чтобы жить среди людей во зле и зависти и неустанно доказывать людям собственное превосходство. Иначе не могут…
Щенки-оборотни чудесны, чистые добродушные жизнерадостные создания, но они повзрослеют, сделаются угрюмыми, злобными, будут тяготиться двойственностью собственной породы… и в конце концов сбегут в Круг… когда человеческая доля в них начнет преобладать.
Взрослый оборотень — карикатура на сильного человека, преувеличенный Человек, а Феттах хотел получить Зверя. Мало того, оборотни — самцы, и для воспроизводства им нужны человеческие женщины. Но это выяснилось теперь, когда Повелитель Зверей вывел несколько поколений оборотней и изучил все стадии взросления. Поначалу казалось — вот-вот удастся… Ну, еще разок, еще один помет…
К тому же, будучи Лордом Тьмы, Феттах был вынужден служить старому змею, которого также именовали Повелителем — но не Зверей, а Тьмы. Служба отнимала время и силы… Феттах злился, когда приходилось отвлекаться, бросать ученые занятия ради службы владыке.
Позже, когда его пригласили принять участие в заговоре против Повелителя, Лорд согласился. Феттах рассудил, что после победы никто не станет докучать ему и мешать ставить эксперименты. Казалось, он уже на пороге успеха, стоит лишь уделить чуть больше времени опытам — и удастся вывести породы зверей, наделенных разумом не человеческим, но человеческому не уступающим.
Бунт против Повелителя оказался успешен, они, Семеро, заточили владыку под Серым Камнем. Правда, половиной зла пришлось пожертвовать, чтобы обеспечить надежность темницы поверженного змея… но достичь цели Феттаху так и не удалось.
Недостаток силы или что другое было причиной, но Лорд не сумел создать идеального Зверя.
В глубине души Феттах уже осознал, что эксперименты и впредь будут обречены на провал, но продолжал начатое… Пробовал снова и снова — просто потому, что не мог иначе. Он начал так давно, что теперь разучился жить иными целями. Он не умел отказываться и отступать.
А еще он возненавидел собратьев, которые втянули его в заговор против Повелителя Тьмы, сделали бунтовщиком. Другие Лорды добились всего, о чем мечтали, — они пожинали плоды, они наслаждались властью, они разрушали и погибали… Феттах мечтал о созидании!
