Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 83
Йеннифэр посмотрела ей в глаза, и Цири скуксилась под ее взглядом.
— Мудрость гласит, — медленно проговорила чародейка, — что утро вечера мудренее. Но в твоем случае, Неожиданность, ночь может принести лишь очередной кошмар. Ты снова проснешься от крика и боли, вся в поту, снова будешь бояться, бояться того, что видела, бояться того, чего не сумеешь припомнить. И в эту ночь сон уже не вернется. Будет ужас. До самого рассвета. До утра.
Девочка задрожала, опустила голову.
— Поверь мне, Неожиданность. — Голос Йеннифэр чуточку изменился.
Рука чародейки была теплой. Черный бархат так и манил прикоснуться к нему. Аромат сирени и крыжовника приятно щекотал ноздри. Объятие успокаивало и заставляло расслабиться, смягчало возбуждение, приглушало злобу и бунт.
— Ты поддашься испытаниям, Неожиданность.
— Поддамся, — ответила Цири, понимая, что отвечать не было нужды. Потому что это вовсе не было вопросом.
***
— Я уже ничегошеньки не понимаю, — сказала Цири. — То ты говоришь, что у меня есть способности, потому что я вижу эти сны. То собираешься устраивать опыты и проверки… Так как же? Есть у меня способности или нет?
— На этот вопрос ответят испытания.
— Испытания, испытания, — скривилась Цири. — Нет у меня никаких способностей, говорю тебе. Если б были, я, надо думать, знала бы? Разве не так? Но… А если, ну совсем случайно, такие способности есть, то что?
— Существует две возможности, — равнодушно проговорила чародейка, раскрывая окно. — Их потребуется либо погасить, либо научить тебя управлять ими. Если ты обладаешь способностями и захочешь научиться, я попробую дать тебе немного элементарных знаний о магии.
— Что значит «элементарных»?
— Основных.
Они были одни в большой, расположенной рядом с библиотекой комнате, которую Нэннеке выделила чародейке в боковом нежилом крыле здания. Цири знала, что эту комнату обычно занимают гости. Знала, что Геральт, навещая храм, всякий раз жил именно здесь.
— Ты захочешь меня учить? — Цири присела на кровати, провела рукой по бархатному покрывалу. — Забрать отсюда, да? Никуда я с тобой не поеду!
— Значит, уеду одна, — холодно сказала Йеннифэр, развязывая ремни вьюков. — И ручаюсь, скучать не буду. Я ведь говорила, учить тебя стану только в том случае, если ты сама того захочешь. И могу делать это здесь, на месте.
— И долго ты собираешься меня… учить?
— Покуда будешь хотеть. — Чародейка наклонилась, раскрыла шкафчик, вытащила оттуда старую кожаную сумку, ремень, два отороченных мехом ботинка и глиняную, в ивовой оплетке, бутыль. Цири услышала, как она чертыхается под нос, одновременно усмехаясь, увидела, как снова убирает находки в шкафчик, и догадалась, кому они принадлежали. Кто их там оставил.
— Что значит — покуда буду хотеть? — спросила Цири. — Если мне наскучит или не понравится твоя наука…
— Тогда покончим с учебой. Достаточно, чтобы ты сказала. Или показала.
— Показала? Как?
— Если мы решимся на обучение, я потребую от тебя абсолютного послушания. Повторяю: абсолютного. Поэтому, если тебе учеба опостылеет, достаточно будет проявить непослушание. Тогда обучение незамедлительно прекратится. Ясно?
Цири кивнула, глянула на чародейку зеленым глазом.
— Во-вторых, — продолжала Йеннифэр, распаковывая баулы, — я потребую абсолютной искренности. Ты не должна от меня ничего скрывать. Ничего. Если же почувствуешь, что с тебя довольно, достаточно солгать, притвориться или замкнуться в себе. Если я о чем-то спрошу, а ты не ответишь искренне, это также будет означать немедленное окончание учебы. Ты меня поняла?
— Да, — проворчала Цири. — Но эта… искренность… Она… обязательна для обеих? Я смогу… задавать вопросы тебе?
Йеннифэр глянула на нее, и ее губы сложились в странную гримасу.
— Конечно, — немного помолчав, ответила она. — Само собой разумеется. На этом будет основываться учеба и опека. Искренность обязательна для обеих. Можешь спрашивать в любой момент. Я отвечу. Честно.
— На любой вопрос?
— На любой.
— С этой минуты?
— С этой минуты.
— Что… между тобой и Геральтом, госпожа Йеннифэр?
Цири чуть не потеряла сознание от собственной наглости, похолодела от тишины, наступившей после ее вопроса.
— Грусть, — ответила чародейка серьезно. — Тоска. Обида. Сожаление. Надежда. И страх. Да, похоже, я ничего не упустила. Ну теперь уж можно приступать к испытаниям, маленькая зеленоглазая змейка. Проверим, годишься ли ты. Хотя после твоего вопроса я очень бы удивилась, если б оказалось, что нет. Пошли, утенок.
— Почему ты меня так называешь? — нахохлилась Цири.
Йеннифэр усмехнулась уголками губ.
— Есть такая сказочка. О гадком утенке. Я обещала тебе быть откровенной.
***
Цири выпрямилась, возбужденная, нетерпеливо завертелась на стуле, жестком и натирающем попку после многих часов сидения.
— Ничего из этого не получится! — проворчала она, вытирая о стол испачканные угольком пальцы. — Ну ничего же… ничего у меня не выходит! Не гожусь я в волшебницы! Я знала с самого начала, но ты не хотела меня слушать. Вообще не обращала внимания!
Йеннифэр подняла брови.
— Не хотела слушать, говоришь? Интересно. Обычно я обращаю внимание на каждое произнесенное в моем присутствии слово и запоминаю его. Условие одно — в этом слове должна быть хоть крупица смысла.
— Все ехидничаешь. — Цири скрипнула зубами. — А я просто хотела сказать… Ну, об этих способностях. Понимаешь, там, в Каэр Морхене, в горах… Я не умела делать ни одного ведьмачьего Знака. Ни единого!
— Знаю.
— Знаешь?
— Знаю. Но это ни о чем не говорит.
— То есть? Но… Но это еще не все!
— Ну, ну…
— Я не гожусь. Ты что, не понимаешь? Я… слишком молодая.
— Я была моложе, когда начинала.
— Но, наверно, не была…
— О чем это ты, девочка? Перестань заикаться! Хотя бы одну полную фразу сказать можешь? Прошу тебя. Очень.
— Потому что… — Цири опустила голову, покраснела. — Потому что Иоля, Мирра, Эурнэйд и Катье, когда мы обедали, смеялись надо мной и сказали, что чары ко мне не пристают и я не научусь никакой магии, потому что… потому что… я девица, то есть… это значит…
— Представь себе, я знаю, что это значит… — прервала ее чародейка. — Возможно, ты снова подумаешь, что я, как ты выразилась, ехидничаю, но я с сожалением отмечаю: ты плетешь чепуху. Продолжим испытания.
— Я — девица! — задиристо повторила Цири. — Зачем мне твои испытания? Девицы не могут… ну… волшебничать… волшебствовать…
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 83
