Марина Волкова - Ожерелье вечности

У акушера, глядя на их счастливое воркование, тоже вырвалось:

— Ангелочек!

Люда и Кирилл переглянулись:

— Анжела? Да! Ей подходит. Она — просто чудо, ангел во плоти!

Они вдруг поняли, что именно этот момент — самый значимый и счастливый в их жизни и им захотелось, чтобы он, этот миг, длился вечно…

Как краток миг счастливый, видят боги,

Но ради них и стоит жить,

Когда усталый ты придёшь, с дороги,

Чтоб кружку чая было с кем испить.

Чтобы с охотой думу мог поверить,

Заботы груз хоть в мыслях разделить,

Чтоб сокровенное могли тебе доверить,

А может, просто так с тобой поговорить!..

Галактика Млечный путь, названная так земной расой людей, обитающих где-то на её окраине, не стала концентрировать своё внимание на их копошение с установкой системы "Хран", посчитав, что некоторая самостоятельность людям не повредит. Пусть хранят свой маленький мирок, лишь бы нужная ей, высокая составляющая их чувств не теряла своей интенсивности, и помогала ей расти. Недавних два вторжения чуть было не поставили на грань вымирания земную расу, лишь вмешательство Сеятелей откорректировало ситуацию в правильном направлении. Откуда пришла последняя стрела — комета, какие цели преследовали её пославшие — всё неважно, не имеет теперь значения. Важно то, что Носители, возрождаясь всё вновь и вновь в заданном течении времени, исправно чувствуют, страдают, любят и живут. Важно то, что иногда они вырываются из круга воплощений, презрев блага жизни и страх смерти, собрав разрозненные свои части, становятся Сеятелями — хранителями, поддерживающими стабильность системы.

А Никомаран (Николай, Мария, Анна), как идентифицировала себя единица субстанции, называемой людьми душой, а сверхмозгом — Носителем, наблюдая в этот момент за Кириллом и Людой, довольно усмехнулся. Кирилл, дав жизнь Анжеле, и не подозревает сейчас, что искра Божья, горящая в этом маленьком тельце — тоже осколок его собственной души. Последняя миссия по выдворению Драков была предпринята Никомараном на свой страх и риск, — он не мог позволить подняться ещё одной волне насилия. Он часто потом вспоминал, с удовольствием даже, изумление драконов, обнаруживших себя в пределах видимости собственной планеты. Единственное, что несколько напрягало в нынешнем состоянии, — отсутствие общения, всё — таки он слишком долго был человеком, существом социальным. Но и это было поправимо. Никомаран, глядя вправо-влево по временному ряду, видел, как трансформируется во времени, приобретая все более совершенные формы Носителя, собирался в единое целое его давний друг и Учитель Рамияр, который будет впоследствии носить имя Ракиран (Рамияр, Кирилл, Анжела). Никомаран продвинулся во времени еще немного, предоставив случиться неизбежному, приготовился встречать своего друга Ракирана, предвкушая, как они будут вместе, в этом мире бесконечности и созерцания, смаковать подробности событий земной жизни их воплощений, перебирая их, как жемчужины в драгоценном ожерелье, ожерелье бесконечности. Теперь-то Ракиран, наконец, поймет, почему время на земле всегда течет только из прошлого к будущему, почему прошлое неизменяемо, а настоящее — столь исчезающее малая величина, стремящаяся к бесконечности…

Конец.