дремавшего хранителя. Старичок выпрямился и деловито переложил свитки на столе, будто и не думал спать, а лишь прикрыл глаза во время философских размышлений о бренности всего сущего.
— Как здоровье его величества? — прокаркал хранитель хриплым со сна голосом. — Поправилось?
— К сожалению, нет, вот подписанное королевским целителем заключение о смерти. — Выслушав поток ахов-вздохов, Мар нетерпеливо сказал: — Мне нужен венец для коронации. Где расписаться за изъятие и печать поставить?
— Сейчас-сейчас, — забубнил хранитель, послушно вытаскивая необходимые журналы и бумаги.
Хм-ммм, менее суток назад он более ревниво отреагировал на требование выдать раритет из сокровищницы. Старик относился к доверенным ему ценностям так, словно сотворил их собственными руками, а в другие руки передавал с таким видом, словно у него сердце из груди забирают. Унося в кармане золотой шарик-артефакт, Мар до самого порога ощущал спиной обеспокоенный, раздражённый взгляд хранителя и чувствовал себя бессовестным вором, до последней нитки обобравшим беззащитного старика.
Хранитель и двигался теперь активнее, не кряхтя от боли в суставах, а посматривал на него без подозрения и ревнивого предубеждения... Странно, что он не поинтересовался, с чего вдруг замглавы службы имперской безопасности пришёл один, без сопровождения помпезной делегации Совета и родственников коронующегося...
— Тут распишитесь. — На широченный стол плюхнулись гроссбух и гербовый бланк. Их сдвинули к нему очень знакомым размашистым жестом...
— Глава?!! — беззвучно ахнул Мар, и начальство грозно свело брови, ещё больше лишая грим убедительности: магическая личина неестественно искажалась при несвойственной прототипу мимике. Настоящий хранитель багровел, пыхтел и злобно зыркал, как обиженный дракон, а не смотрел оскорблённым орлом.
— Ответственность за целостность древнего венца ложится теперь на вас, — голосом хранителя изрёк глава, всем видом давая понять, что понимает всю степень опасности, но не намерен бежать и прятаться в укрытие.
Между тем опасность была нешуточная: любого человека могут подтолкнуть к убийству такие мотивы как месть, заметание следов преступления и желание сохранить собственную жизнь ценой чужой. Мар предпочёл бы сражение один на один, но менять что-либо поздно: за ними подглядывают, иначе он чрезвычайно плохо сотворил ловушку!
С чувством стукнув печатью, он подошёл к пьедесталу с венцом власти. Стариннейший артефакт рода Карузерсов сверкал чистейшим золотом, огнём рубинов и радугой бриллиантов, переливался заклинаниями древней магии крови. Внутренне собравшись и приготовившись к атаке, Мар коснулся защитного купола зачарованным ключом. Сложная вязь охранок спала, он протянул руки к венцу... и мигом бросился на пол, пропуская над головой смертельное заклинание. Глава тоже среагировал мгновенно и метнулся к открывшейся двери подземного хода, не давая ей захлопнуться обратно.
— Осторожней, она не сбежит, не уничтожив венец! — выкрикнул предупреждение Мар, лихо перевернувшись на полу и подкатившись к порогу узкого коридора, ведущего меж стен.
— Ненавижу имперцев! — взвыла доведённая до отчаяния королева, пробивая щит Мара боевыми артефактами. — Вы сломали жизнь мне, но не позволю погубить моего сына!
— Выбиваем её в подземный ход! — крикнул главе Мар. — Гвардейцев она вывела из строя: согласно магическим сигналкам, они живы, но без сознания.
— Хорошо. Некоторые беседы лучше вести в приватном режиме, — так спокойно ответил глава, словно сидел в своём кабинете, а не оборонялся от яростно атакующего гения артефакторики, рвущейся мимо него к заветной цели.
Глава 25. Ошибка в оценке противника
В бою сильной стороной любого мага-артефактора являются амулеты, зачастую самого неожиданного действия. Учёные-артефакторы крайне редко самолично выходят на поле битвы, но уж если собрались, то оснащаются весьма продуманно и затейливо, позаботившись и о защите от широко используемых боевиками заклинаний. Королева успешно оборонялась от двух противников сразу, гася веер их магических атак заранее подготовленными нейтрализаторами. В её облике не осталось ровным счётом ничего от тщательно сформированного облика несчастной плачущей простушки.
Слабыми сторонами артефакторов являются незнание тактики и стратегии вооруженных противостояний и отсутствие физической закалки. Артефакторы хороши в короткой схватке, но если противник не обнаруживает склонности к безропотной сдаче, маги этого профиля быстро выдыхаются и совершают всё больше и больше ошибок в использовании своих могучих артефактов.
Совершив обходной манёвр под прикрытием лавины фаерболов главы, Мар бросил под ноги королевы не парализующее заклинание, играюче отбивавшееся её амулетами, а бытовое заклинание заморозки. Влажный пол подземелья превратился в ледовый каток, и королева заскользила по нему вниз, в глубь прохода, потеряв равновесие. Обрушив часть стены сокровищницы, Мар перекрыл ей путь к венцу и порадовался, что пожилое начальство, силы которого уже не были рассчитаны на яростный бой с применением убийственных артефактов, осталось по ту сторону завала. Магические дуэли — дело молодых.
Врезавшись спиной в каменную стену, королева оценила непроходимость завала и перевела на него взор, который доводилось видеть у загнанных в угол матёрых бандитов.
— Остановитесь, ваше величество, вы же не маньяк, чтобы убивать просто из любви к убийству, когда ваш план уже провалился, — вздохнул Мар.
— Вы ничего не знаете о моих планах!
— Это вам так кажется. Вашу судьбу решила не имперская безопасность, а ваши муж и отец, вина прежнего главы СИБа в том, что он не вмешался в некрасивую историю вашего брака. Политические союзы должны совершаться обдуманно, без малейшего обмана вступающих в них сторон и с их полного на то согласия — династические браки не исключение. Когда после свадьбы вы поняли, что носите под сердцем ребёнка своего бывшего жениха, а не новоявленного супруга, то должны были сразу явиться к нам, а не решать проблему самостоятельно преступным путём.
Отшатнувшись, королева с ужасом уставилась на него, прижав к груди стиснутые в кулаки руки. Она машинально отрицательно затрясла головой, потом застыла на миг и зашлась холодным зловещим хохотом:
— Вы подозреваете, что Эзар не сын Карила, однако намереваетесь вынудить его пройти церемонию коронации — зная, что магия крови заживо сожжёт бастарда?! И после этого вы будете убеждать меня, что я совершила ошибку, не обратившись к вам?!! Звери, твари! Я не дам моему ребёнку погибнуть, и его родной отец тоже не даст!
Только годы тренировок и боевых столкновений помогли Мару своевременно убраться с линии огня: смертельные заклинания королева сплетала ловко и быстро, как кухарка кренделя. Он нырнул в ответвление бокового прохода — и его осыпало каменной крошкой от врезавшегося в угол магического шара, наполненного разрушительной магией стихий огня и ветра. Сражение из прямого столкновения лоб в лоб перешло в смертельную пляску в запутанных переходах потайных ходов, и Мар благословил свою отличную память, в недрах которой отчётливо отпечаталась старая карта.
— Вижу, вы недаром четверть века рыскали здесь, ваше величество, — знаете катакомбы как свои пять
