— Мне нужно поговорить об этом с Кенриком, — тут же повернулся к секретарю принц, в его глазах загорелась тревога.
— И с магистром Альсином, — кивнул тот.
Затем он перевел взгляд на герцога и сказал:
— Мы сообщим вам мнение эллари магов.
— Искренне благодарен, — наклонил голову Айн и встал. — Раз мы решили все основные вопросы и достигли мирного соглашения, о чем сегодня же будет объявлено народу, хотел бы завтра предложить желающим прогулку по столице с почетным эскортом.
— Будем благодарны! — тоже встал Нирен.
— Возможно, вы хотите присоединиться к своим товарищам? — предложил герцог. — Пир еще не закончился, продолжаются выступления менестрелей.
— С удовольствием, — поклонились гости.
Стороны раскланялись, и герольды отвели игмалионцев в пиршественный зал.
Выйдя из кабинета герцога, Нир обессиленно прислонился к стене и едва слышно спросил:
— Как я держался?..
— Неплохо, ваше высочество, — слегка улыбнулся герцог ло’Тойби. — Для первого раза очень даже неплохо.
На лице принца появилось невыразимое облегчение.
* * *
Друзья, вертя головами по сторонам и делясь впечатлениями, не спеша шли по одной из центральных улиц Кериона — в герцогстве, как и в королевстве, столица называлась так же, как и страна. Кроме них шестерых и обязательной свиты принца, состоящей из двух человек, приставленных к нему Мертвым Герцогом, на прогулку никто идти не пожелал. Поскольку взрослые карайны были всего у троих, они пошли пешком, не пожелав возиться с тирсами. Зато котят взяли с собой. Теперь Кысь и Ветер ехали на руках своих двуногих братьев, Пепел, который уже дорос Халегу почти до бедра, гордо вышагивал рядом, задрав оба хвоста, а Зара, как обычно, сидела у виконта на плече, вцепившись коготками в кожаные нашивки. Местные жители подозрительно косились на этот «кошатник на прогулке» и осеняли себя святыми символами Троих. Они явно не понимали, что это перед ними за звери такие. Некоторые, самые смелые, может, и подошли бы спросить, но не решались, увидев почетный эскорт из воинов Звериной гвардии.
— Какой странный город… — задумчиво сказала Эванна. — От него веет чем-то очень древним, он стоит на костях. Вся эта красота вокруг — наносная, непрочная. Дунь ветер, и ее не станет…
— Ты увидела? — встрепенулся Нир.
— Не знаю, — неуверенно покачала головой девушка. — Возможно. Но сама не понимаю что. Мне здесь не нравится.
— Да бросьте вы, денек-то какой хороший! — влез Кенрик. — Город как город, тем более что нам здесь находиться недолго.
Эванна покосилась на него, как на несмышленого малыша, но ничего не сказала, только вздохнула.
— Ты что, забыл вчерашний разговор? — повернулся к другу Нир.
— Не забыл, — помрачнел ронгедормец. — Завтра посмотрим, что там эти уроды наворотили. И прежде всего это надо сделать мне, а не магистру Альсину, он визуал, в заклинаниях истинных магов может и не разобраться.
Вздохнув, он снова начал вертеть головой по сторонам, столица Кериона почему-то сильно заинтересовала юношу. Он ощущал где-то в глубине под городом свернувшиеся в клубки невероятно древние истинные заклятия, но для чего они нужны, понять не смог. Кенрик даже попытался позвать Посоха, чтобы спросить у него, но тот не ответил. А сам он не рискнул сканировать эти древние заклятия, подсознательно ощутив, что это опасно, что попытка сканирования может привести к непредвиденным результатам. Нет, пока не посоветуется с Посохом, лучше не лезть.
Меллира, наоборот, город не заинтересовал, он казался юноше чужим и пустым, несмотря на многолюдство. Кысь усиленно мурчал у него под ухом, и Меллир рассеянно поглаживал его. Зато местная еда юноше очень понравилась, необычная и вкусная, хотя порой с весьма странными специями.
В отличие от остальных, Дарлин ухитрился найти общий язык с одним из сопровождающих друзей воинов Звериной гвардии, выспрашивая у него подробности возникновения и становления этого странного подразделения. Тот сначала отвечал односложно, явно только из вежливости, но постепенно разговорился. Не последнюю роль в этом сыграл Ветер на руках у юноши. Керионец понял, что Дарлин имеет отношение к легендарным невидимкам, и спросил об этом. Юноша не стал скрывать, что недавно начал тренировки в отряде, поскольку запечатлел двухвостого котенка. На вопрос, трудно ли ему приходится, он только закатил глаза. Воин на это добродушно хмыкнул и поведал о том, как в свое время начинал сам. Они сошлись на том, что ни в одном элитном подразделении легко не бывает.
Халег шел в каком-то подобии транса, пропуская реальность сквозь себя, словно поток воды. Город проплывал через него, практически не оставляя следов, но при этом виконт чувствовал, что и почему происходит вокруг, хотя словами свое знание вряд ли смог бы выразить.
Внезапно из толпы, двигающейся по другой стороне улицы, выступила и замерла на месте старуха в ветхом сером балахоне. Она в упор уставилась на Халега с идущим у его ноги Пеплом. Глаза ее расширились, словно от ужаса, она глухо вскрикнула, отшатнулась и выдохнула:
— Прокляты! Прокляты!!!
После чего по-звериному завыла и исчезла в толпе. Ничего не понимающий Халег проводил ее растерянным взглядом.
— Вы это слышали? — повернулся он к друзьям.
— Какая-то сумасшедшая, — отмахнулся Кенрик. — Забудь!
Халег бросил взгляд на сопровождавших их воинов и понял, что для тех это не было пустыми словами. Они неуверенно переглядывались и, хотя лиц из-под шлемов не было видно, казались испуганными.
— А ты что скажешь? — подошел он к Эванне.
— Не сейчас, — едва слышно сказала она.
Остальные, похоже, не обратили на старуху ни малейшего внимания. Зато Халег никак не мог успокоиться. Слово «прокляты» звучало у него в голове снова и снова. Кто проклят? Кого имела в виду эта женщина? Их шестерых или кого-то другого? Если их, то почему? Ответов не было.
Не все отнеслись к случившемуся серьезно, но происшествие испортило друзьям настроение, и они поспешили закончить прогулку раньше намеченного времени.
До самого возвращения в посольство Халег продолжал размышлять об этом. Виконт с детства серьезно относился к проклятиям и пророчествам, как и все на северных пустошах. Вспомнив, что Эванна хотела что-то сказать, Халег отправился к ней в комнату, но девушки там не оказалось. Несколько удивленный этим виконт подошел к Ниру, и тот объяснил, что Эванна ушла пообщаться с кем-то из местных ведающих — отвести глаза охране ей было нетрудно. Тогда немного расстроенный Халег решил поговорить с Пеплом, который на свой манер многое понимал. Но уединиться им удалось только ближе к вечеру, когда все разошлись по своим апартаментам.
