бойся нас. Мы пришли помочь тебе. — Если бы Кейрин не была в состоянии, граничащим с нервным срывом, когда все безразлично и жизнь кажется невыносимым бременем, она возможно бы и испугалась, и насторожилась, а так… Кейрин просто смотрела на них, и ждала, что они скажут и сделают дальше. Этот ее пустой взгляд напугал одну из незнакомок, она шагнула вперед и вдруг, схватив Кейрин в охапку, прижала ее к себе:
— Девочка моя, — срывающимся голосом шептала она. — Мне так жаль, что тебе пришлось через все это пройти. Если бы я знала! Я ведь могла помочь, могла! Но я не знала. Но теперь я буду рядом всегда, я помогу, я защищу, я… — Трию (а это была она), прервал испуганный голос Кейрин:
— Вы кто? И как здесь оказались?
— Мы… прилетели, — с небольшой заминкой сказала девушка, что держала Кейрин в объятиях. — Мы искали тебя, и нашли, и мы поможем и тебе, и твоему отцу, и деду. — На поляне повисло молчание, поскольку на первый вопрос ответа так и не прозвучало. И вот та, что обнимала Кейрин, глубоко вздохнула, как перед прыжком в глубину и твердо сказала: — Кейрин, я твоя мама. — Если бы в эту секунду раздался взрыв, то и тогда Кейрин бы меньше поразилась.
— Вы моя мама? — заледеневшими губами прошептала она, поскольку образ мамы, сложившийся из скупых рассказов отца, кардинально отличался от внешнего вида женщины, что стояла перед ней.
— Да, мама, — голос женщины не дрогнул, хотя смятение, отразившееся на лице Кейрин, ее напугало. — Я взяла с твоего отца магическую клятву, — честно и без утайки, стала рассказывать она, поскольку уже убедилась, к чему могли тайны привести, — что он никогда не скажет тебе, кто твоя мама, и никогда не обратится ко мне за помощью, как бы он в ней не нуждался. Дэвир выполнил клятву, — с горечью в голосе сказала она. — В свое оправдание лишь могу сказать, что когда ты родилась, я была всего на пару лет старше тебя, я очень боялась, поскольку собиралась выйти замуж за другого человека, что о тебе и о моем романе с твоим отцом узнают, и у меня будут проблемы. — Кейрин почти не понимала, что ей рассказывают, поэтому она просто смотрела на женщину, никак не реагируя на ее слова, но тут в разговор вмешалась вторая незнакомка.
— Кейрин, требовательно сказала она. — Мы тебе потом расскажем все, что тебе захочется узнать, но сейчас на эти рассказы нет времени. Твоя дочь, которую ты отдала демону — вот что самое главное! Найти и спасти малышку — это важнее всего для нас! — Услышав о дочери, Кейрин, словно проснулась. Ее губы задрожали и слезы потекли из глаз.
— Вы знаете о дочери? Вы знаете о демоне? — прошептала она.
— Мы все знаем и пришли помочь, пришли защитить! — И Кейрин теперь сама прижалась к девушке, что ее обнимала, ища у той хоть какую поддержку и защиту, и Кейрин не ошиблась. Когда и вторая женщина тоже обняла Кейрин, она вдруг почувствовала, что какая-то странная энергия вливается в ее тело, одна огненная волна пробежала по венам, потом вторая, эти волны сжигали страх, сжигали ощущение беспомощности, несли желание жить и бороться до конца, когда еще есть хоть самая крошечная надежда.
— Что со мной? — немного опьянев от влившейся в нее силы, спросила Кейрин.
— Это наша магия, — с улыбкой сказала мама. — Магия огненных драконов.
— Я огненный дракон? — поразилась Кейрин.
— К сожалению, только наполовину. Огненная кровь есть и у твоей дочери.
— Так поэтому у нее была такая странная аура! — догадалась Кейрин. — А почему я не знала, о своей крови? И аура у меня, как у обычного человека, — растеряно добавила она.
— Твой отец создал артефакты, которые могут скрывать драконью сущность, — коротко объяснила Трия. — У тебя такой артефакт вшит в правое бедро. Я сама тебе его туда поместила. Но об этом потом, — решительно прервала сама себя Трия. — У нас мало времени, а мне надо поговорить с твоим отцом и все ему рассказать…
— Вы хотите все рассказать папе? — с ужасом спросила Кейрин. — Но если он узнает, что я из-за него пошла на это, он будет чувствовать себя таким виноватым передо мною, он не сможет…
— Кейрин, твой папа духовно очень сильный человек. Он не впадет ни в истерику, ни в панику. Но рассказать ему все равно придется, нам понадобится его помощь. Мы спасем твою дочь, — страстным голосом поклялась Трия, — даже если мне придется отдать для этого мою жизнь! — и она снова прижала дочь к себе, зная, что то, что она пообещала, она сделает в действительности, если это понадобится. — Кстати, — вспомнив, что они так и не представились, сказала она. — Меня зовут Трия, а это твоя прапрабабушка и ее зовут Дезия.
— Прапрабабушка? — поразилась Кейрин, поскольку женщины выглядели ее сверстницами.
— Мы — драконы, — махнула рукой «старушка», двумя словами объясняя все. Они вместе в темноте добрались до небольшого дома, где жила Кейрин с отцом, дедом и Талеренией.
— Мы подождем здесь, — предложила Трия, — а ты разбуди отца и деда, и попроси их выйти к нам. — Видимо, Кейрин как-то не так будила мужчин и объясняла им причину необходимости выйти на улицу, поскольку и Дэвир, и его отец, выскочили полуодетыми, с оружием в руках, и с решимостью биться до конца, во взгляде. Увидев двух женщин оба замерли, и тут Дэвир узнал Трию.
— Трия… — хриплым голосом прошептал он и его взгляд стал ошарашенным, словно он увидел привидение. Впрочем, сам Дэвир скорее всего, именно так и подумал, поскольку увидеть Трию, после стольких лет разлуки, ночью, в каком-то глухом краю, можно было либо только во сне, либо, в виде миража или привидения. — Трия… — еще раз прошептал он, и замер не шевелясь, и явно не веря тому, что видит.
— Здравствуй, Дэвир, — сказала Трия и сама шагнула к нему. Она внимательно вглядывалась в глаза человека, которого когда-то так любила. Он стал выглядеть старше, интереснее, в его глазах светились и ум, и доброта, и благородство. Он был таким, каким она его помнила. Не удержавшись, она ласково провела рукой ему по щеке, и эта невинная ласка, наконец, привела его в чувство. — Трия?! — третий раз сказал он, и в этот раз интонация Дэвира была совсем другой, в ней засквозили настороженность, беспокойство и даже страх. — Что-то случилось?! — уже зная, что обязательно что-то случилось, иначе Трия здесь бы не появилась, взволнованно спросил он.
— Дэвир, — она снова прикоснулась рукой к его
