— Говорила же, называй меня Имайя, — она прервалась, чтобы хмуро глянуть на него. — И мы, конечно, поговорим, но сначала я должна закончить. Сядь и подожди немного.
Вместо этого Зориан подошел и принялся ей помогать. Так она быстрее закончит, да и произвести чуть лучшее впечатление тоже не помешает. Похоже, своим поступком он застал ее врасплох — но она тут же собралась и продолжила, словно ничего другого и не ожидала.
Закончив, Имайя села за кухонный стол и жестом пригласила его присоединиться.
— Итак… — начала она. — Что так тревожит самого угрюмого из моих постояльцев, что он пришел за советом? Обычно ты старательно избегаешь моего общества, можно подумать, что ты меня ненавидишь.
— Я вовсе не ненавижу вас, мисс К… Имайя, — поправился Зориан. — Просто ни на что не хватает времени. Кириэлле требует постоянного пригляда.
— За ней сложно углядеть, не так ли? — задумчиво заметила Имайя. — Но что столь занятому молодому человеку нужно от меня? Ты ведь не пытаешься меня соблазнить?
— Что?! Нет! — воскликнул Зориан. Во имя всего святого, она же вдвое старше его! — Я не…
Он заткнулся, почувствовав, что она едва сдерживает улыбку.
— Очень смешно, мисс Курошка, — сказал он с каменным лицом, намеренно не называя ее по имени. — Очень, очень смешно…
— На мой взгляд, это и правда было смешно, — ответила Имайя со смешинками в голосе. — Но, вижу, ты плохо переносишь шутки над собой. Так о чем ты хотел поговорить?
— Ну, — начал Зориан, игнорируя ее замечание насчет шуток. — Вообще–то это насчет магии. Я заметил, что у вас довольно много эзотерической литературы.
— Это мое хобби, — ответила Имайя. — Меня всегда интересовала магия, особенно ее редкие формы. Я даже, как и ты, училась в магической академии. Там я и познакомилась с Ильзой — мы были одноклассниками. Но… это было давно.
Зориан кивнул, соглашаясь не углубляться дальше в ее прошлое. Не то чтобы оно его особо интересовало…
— Я так понимаю, вы прочли все эти книги? — спросил он.
— От корки до корки, — подтвердила она.
— Были ли там упоминания эмпатии? Точнее, как определить, не эмпат ли ты?
— Я читала об эмпатии, хоть этой книги сейчас у меня нет, — она заинтересованно посмотрела на него. — А что? Подозреваешь, что можешь быть эмпатом?
— Ну… возможно, — признался он. — В смысле, я не очень–то в это верю, но недавно повстречал настоящего эмпата — и она считает, что у меня тоже есть способности. Вот я и решил проверить — просто на всякий случай.
— Хммм, — протянула Имайя. — А почему ты не веришь, если тебе сказала настоящий эмпат?
— Разве эмпатия не должна быть явно ощутима? Я ничего такого не чувствую. В голову не приходит ни одного признака, показывающего, что я эмпат.
— Ни одного? — переспросила Имайя. — С трудом верится. Признаки эмпатии настолько обыденны, что зачастую встречаются и у обычных людей. Вообще–то многие эксперты и вовсе считают, что в эмпатии нет ничего сверхъестественного — просто некоторые люди наблюдательнее других и интуитивно понимают язык жестов. Так что, возможно, ты просто игнорируешь признаки. Вот скажи, разве тебе никогда не случалось инстинктивно чувствовать настрой даже незнакомых людей?
— Ну, такое случалось, — признал Зориан. — И не один раз. Но в этом нет ничего необычного.
— Как знать, — сказала Имайя. — Как часто у тебя это бывает, и насколько верно ощущение?
— Я… — он заколебался. — Я ощущаю это при каждом разговоре. И, по моим наблюдениям, это чувство редко ошибается. А что? Разве не у всех так?
Имайя окинула его задумчивым взглядом.
— Не то, чтобы у всех. Говоришь, при каждом разговоре? А просто прохожие на улице? Ты… ощущаешь их настроение?
— Э, иногда? — Зориан нервно поерзал на стуле. — Знаете, у некоторых людей очень выразительный характер. Их без труда видно в толпе, даже с некоторого расстояния.
— Любопытно. Ну, а группы людей? Ты можешь оценить их настрой, не заговаривая с ними?
— Эм, нет, — ответил Зориан. — Честно говоря, когда я среди людей, давление вытесняет все прочие чувства. Если нахожусь в толпе достаточно долго, стирается даже ощущение отдельных людей, не то что всех сразу.
— Давление? — удивленно переспросила Имайя.
— Это… личная проблема, — промямлил Зориан. — Каждый раз, когда я нахожусь в большом скоплении людей, я ощущаю странное давление, со временем перерастающее в головную боль.
Он съежился на стуле. Зориан терпеть не мог рассказывать об этой проблеме — большинство тут же решало, что он либо врет, либо нуждается в психиатрическом лечении. Его родители, например, так и не поверили его словам, считая, что он просто не хочет ходить с ними на торжества. Им быстро надоело, и они пригрозили отдать его в психушку, если не прекратит врать — так что он больше не поднимал эту тему.
— Довольно… необычная проблема, — осторожно сказала Имайя. — Скажи, это давление всегда одинаково, или разнится от случая к случаю?
— Разнится, — ответил Зориан. — Чем больше людей, и чем ближе они, тем сильнее давление. Еще оно усиливается, когда толпа…
Он замолчал, наконец сообразив. Боги, как он не понял раньше?
— Да? — поторопила его Имайя. — Когда толпа…?
— …Испытывает сильные эмоции, — уныло закончил Зориан.
Повисло молчание. Зориан встал и принялся мерять комнату шагами.
— Твои эмпатические способности настолько сильны, что ты физически ощущаешь эмоциональный фон толпы, — заметила Имайя после недолгой паузы. — И ты говоришь — нет никаких признаков эмпатии?
— Все не так просто! Откуда я знал, что это за давление? — возразил Зориан, нервно взлохмачивая волосы. — Оно просто… было. Всегда было, постоянно мешалось с самого детства. Вы хоть представляете, сколько я из–за этого натерпелся? Разве эмпатия — это не дар свыше? Я же изо всех сил пытался не обращать на нее внимания, тщетно надеясь, что когда–нибудь это пройдет.
— Ну да, — согласилась Имайя. — Многие считают эмпатию великим благом. Но известно множество случаев, когда дар эмпата был слишком силен или нестабилен — и калечил носителя. По сравнению с некоторыми происшествиями, о которых я читала, ты еще легко отделался. Могло быть хуже.
«Могло быть хуже» — идеальное описание всей его жизни. Ну да ладно, наверняка есть способы как–то подчинить себе эмпатические способности — а времени у него навалом. Наверняка аранеа знают способ — хотя ему вряд ли понравится то, что они попросят взамен.
— Зориан? — помолчав, спросила Имайя. — Наверное, это щекотливая тема, но могу я задать тебе вопрос? Точнее, два вопроса.
— Конечно, — ответил Зориан. В конце концов, она помогла ему (хоть и совсем не так, как он ожидал), так что меньшее, что он мог сделать — удовлетворить ее любопытство.
