Василий Осипов - Последняя война

Всю исполинскую Цепь Миров терзали страшные судороги. Планеты сходили со своих орбит и сгорали в кострах солнц. Людей охватывало небывалое безумие и они устраивали начинали убивать друг друга. Магия сошла с ума. Сбывались самые темные и мрачные пророчества. Демоны захватили сразу сотню миров. В муках рождался новый лорд, лорд Равновесия. И имя ему было – Эквитас! Впитав в себя всю всю боль и скорбь смертных и бесммертных, всю силу Айры и Черного Феникса новый лорд отправился к барьеру Хаоса, где Лон и Ург вели свое извечное противостояние. С появление третье силы битва замерла, Цепь Миров прекратила расширятся, установилось хрупкое равновесие.

Из состояния прострации меня вывел стон Раймона. Я бросился к нему и помог встать.

– Проклятье! Я первый раз изменил жене. – Вымолвил он и уставился в одну точку.

Так он и стоял у затухающей воронки портала, величайший преступник и величайший герой Цепи Миров. Осталось до конца исполнить свой долг и, наконец, обрести покой. Колодец хаоса – сквозной портал от сотворенного первым мира до последнего. Путь великих богов – Лона и сынов его. Любой другой неизбежно теряет память, если вообще выживает. Империя уничтожена. Императорские регалии сгорели от переполнившей их силы. Раймон Дважды Феникс отрекся от трона за себя и своих потомков. Его жена – убита, а дети скорей всего мертвы – шансы уцелеть, при взрыве целой планеты, куда они были пормещены, крайне малы. Раймону больше незачем жить. Но он для меня по-прежнему Император, и мой долг спасти его. Это, оказалось, очень просто подойти к застывшему в странном оцепенении господину и толкнуть его в воронку портала. Жизнь закончена, долг исполнен. Вечный сон, покой, небытие. Ведь Deus ex Machina – attero и я никогда не увижу сверкающий фрактал Абсолюта. Да и не верил я во всю эту религиозную муть. Заглушить магореактор оказалось проще простого. Прежде чем погасло сознание, вдруг вспомнились две строчки из старинной баллады:

Глаза имперского кадавра класса «Феникс» потухли, и еще одним мертвым объектом стало больше. Все так же стояли стелы с выбитыми на них именами павших героев. Все также ветер заносил их жирным черным пеплом сожженного мира.

 Стихотворение любезно предоставлено замечательной поэтессой Delia.