запасе какие-то снадобья, твои чары должны помочь тебе. Ал, не закрывай глаза!
Рэйара держала Алорэ за руку. На теле брата хорошо проглядывались раны и ссадины, а синяков, учитывая как мужчину пошвыряло по помещению, было не сосчитать. Несмотря на внешний вид, на деле лекарь отличался крепкостью и выносливостью, ни один из видимых следов битвы не мог привести к смерти. Тем более, что любые свои увечья лекарь легко мог излечить. И все же, мужчина умирал. Запах вереска никуда не делся, продолжая отзываться болью в переносице, но гвоздика и лаванда отступили, и в нос ударил запах крови, страха и смерти. Среди запахов мертвецов-марионеток предателя женщина слишком отчетливо стала ощущать Алорэ. Лучше бы сбивающие ее с толку травы по-прежнему сводили ее с ума.
– Ал, прошу! Потерпи, а я пока позову на помощь! Немного потерпи и попробуй себя излечить. Я скоро… я сейчас… Сейчас приведу кого-нибудь и тебя спасут!
– Меня не спасти. Яд Эйэ, усиленный магией Нэ и Таэля уже проник в мое тело и распространился по нему. Этого не изменить.
– Но помощь…
– Никакой помощи, Рэ. Никто не поможет. Теперь ты одна. Ты совершенно одна! Ты должна была думать раньше! Это все твой выбор, только ты виновата! Только ты сделала это.
Мужчина произнес эти слова с какой-то яростью, совершенно не свойственной умирающим и, тем более, ему самому. Он не сумел излечить себя, зато нашел в себе силы улыбнуться. Глаза лекаря закрылись, он сделал еще один вдох и замер.
Рэйара пробовала привести лекаря в себя. Она пыталась услышать дыхание, принюхивалась, тормошила Алорэ, и ни на минуту не отпускала его руки. Застывшая улыбка мертвеца пугала ее.
Посреди раскуроченного зала постоялого двора, пол которого был залит кровью, перевертыш осталась в одиночестве. Единственная живая, единственная, которая не принимала участия в сражении, единственная упустившая шанс покончить с Эйэ до того, как он убил трех ее братьев. Или принять его сторону и примкнуть к вожаку, чтобы не потерять хотя бы его.
Полукровка вскинула так и не превратившееся в полноценную морду лицо и завыла. Больше всего она боялась снова остаться в одиночестве, среди мертвецов, которые раньше назывались ее стаей. Имея выбор, имея возможность, но так ни на что и не решившись. Или избрав совсем неверный путь. Боль и страх смешались в ее душе и вырвались из ее недр с воем.
Рэйара открыла глаза, из которых текли слезы. Помещение, весь постоялый двор вокруг нее пришел в движение. Поначалу медленно, но понемногу ускоряясь, то, что мог рассмотреть глаз полукровки, завращался. Каждого, кто находился рядом, каждое тело, каждый кусок сломанной мебели, каждый обломок доски, затягивало в воронку, которая постепенно превратилась в одно сплошное пятно. Ладонь лекаря исчезла из рук перевертыша, она более не чувствовала ее. Голова закружилась и полукровка закрыла отяжелевшие глаза.
Глава X
Когда Рэйара обрела способность открыть глаза и посмотреть вокруг, то обнаружила себя стоящей посреди полянки у постоялого двора. Блеклое свечение вокруг нее понемногу исчезало. Скорее всего, женщина смогла бы убедить себя, что оно и вовсе ей почудилось, если бы она не видела того же вокруг трех ее братьев, стоящих рядом с ней.
Рэ сдавлено вскрикнула, помня, во что превратилась ее семья, закрыла руками глаза, потерла их и вновь открыла. На поляне молча, словно погруженные в сон, стояли Фэйэн, Наэм и Алорэ, живые, здоровые, невредимые. На их одеяниях не виднелось ни следа грязи и крови, кроме тех пятен, что имелись после спуска с баржи. Ни одной, даже маленькой, дырки в плащах, ни лишней пылинки, как будто они всего несколькими минутами ранее не сражались с Эйэ.
– Ал, – полукровка двинулась в сторону брата. Она потянулась к нему, хотела взять за руку или обнять, но наткнулась на преграду. Сияние не пускало полукровку к лекарю, оно же не пустило и к остальным.
– Не трогай, – почти у самого уха прозвучал незнакомый голос, – Они скоро проснутся.
Перевертыш в мгновение развернулась и отскочила к спящим свэтам, намереваясь в этот раз защитить их, чего бы ей это ни стоило.
Двое существ, которые более всего напоминали тот же древний народ, к которому принадлежали братья, неподвижно стояли у постоялого двора. Мужчина и женщина, очень похожие друг на друга, высокие и уставшие, в абсолютно одинаковых одеяниях, смотрели на Рэйару.
– Кто вы такие? Что вам нужно? Что с моими братьями? Зачем вы это сделали? Они живы?
– Много вопросов ты задаешь, – мягким голосом произнесла женщина, она сразу же показалась теплой и олицетворяющей уют. Против воли Рэ выпрямилась и почувствовала умиротворение.
– Она напугана. Многое успела пережить и имеет право знать, – мужской голос, звонкий, пронзающий воздух, как и его обладатель, был освежающим и вдохновлял.
– Что все это значит? Отпустите моих братьев! Немедленно! – неуверенно прорычала перевертыш, – Или пожалеете!
– Мы никого из вас не звали, – возразила женщина, – Вы пришли сами, по своей воле переступили порог. Вы пришли в наш дом по поручению вашего главаря, но не по принуждению. Мы давно удалились от мирской жизни, спрятались в небольшом городке, до которого можно добраться лишь через горы и труднопроходимые леса или по реке. Мы скрылись за забором в «Тонущей барже». Попасть к нам случайно больше шансов у рыбохвостов и хвостоногих, чем у свэтов.
– Вы сделали остановку именно здесь. Вы шли потому, что знали, чего искали, – звонко почти что пропел мужчина, – И вы нашли нас. Не случайно, а специально.
– Мы сейчас же уйдем, – обрывки картины в голове никак не складывались в единое целое. Мертвые братья перемешались с живыми, Эйэ – с незнакомцами, а разум не желал помогать и давать хоть какую-то подсказку, – Отпустите моих братьев!
– Вскоре они будут свободны, как и ты. Мы давние друзья Эйэ и всегда поможем его приятелям, – женщина едва улыбнулась. Рэйаре захотелось поверить во все, что она скажет. Полукровка заулыбалась в ответ, не контролируя тело, – Но мы не можем пропустить вас, не зная, чего ожидать. Мы почувствовали в вас тьму, вас отметили отрекшиеся, а они – наши злейшие враги. Мы должны были отправить вас на испытание, благодаря
