Тот помотал головой:
- Нет, не знала. Я был всегда недоволен, когда она просила меня о чем-нибудь. Почему я постоянно жаловался? Мне стоило хоть раз сделать то, что она просит, и не хамить ей. О Боже, я так хочу, чтобы она вернулась! Прости меня, мама!
Глаза Сьюзан наполнились слезами. Она слушала его и вспоминала собственную боль, когда узнала о смерти матери. Это был самый ужасный момент в ее жизни.
И до сих пор он остается таковым. Как и Джек сейчас, она не могла думать ни о чем, кроме того, что многое хотела бы изменить, многое сказать. Но не успела.
Сью молча наблюдала, как Рейвин опустился на пол рядом с Джеком. Так они и сидели, опираясь о стену, плечом к плечу. Доктор отошла, чтобы не мешать им.
Рейвин устало вздохнул:
- Знаешь, чего мне больше всего не хватает, когда я думаю о матери? Каждый вечер она вязала у камина и по привычке напевала сама себе.
Джек, нахмурившись, взглянул на него:
- Она не могла вязать. Твоя мать была оборотнем.
- Да, знаю. Странное увлечение, но ей нравилось это. Она могла связать что угодно, но ее перчатки я любил больше всего. Когда я надевал их, чувствовал, что она рядом. Ощущал ее запах. Не знаю почему, но они всегда терялись. Тогда мама вязала новую перчатку в пару к оставшейся, целовала ее, надевала мне на руку и говорила: «Мой бедный маленький котенок должен лучше смотреть за своими перчатками, иначе в следующий раз я спущу с него три шкуры». Я смеялся и уходил, а потом терял их снова.
- Моя мама любила читать, - прошептал Джек. - Когда я был ребенком, то записал ее в один из книжных клубов, в которых сначала получаешь кучу бесплатных книг, а потом оказывается, что ты должен заплатить за их пересылку. Она выглядела такой счастливой, я же почувствовал себя полнейшим дураком, когда сестра Бренна рассказала, что матери пришлось потратиться на них. Поэтому, чтобы вернуть ей деньги, я нанялся к Эрике: два месяца таскал из школы домой ее учебники.
Рейвин ужаснулся:
- И ты выжил?
Удивительно, но Джек даже попытался улыбнуться:
- Скажем так, я отработал каждый свой цент и даже больше.
Тяжело вздохнув, он посмотрел на Рейвина:
- Боль когда-нибудь утихнет?
Рейв уставился в пол - ничего кроме неприкрытого страдания не было в его мрачном взгляде:
- Не то чтобы. Тебе всегда будет не хватать матери. Ты можешь увидеть что-то, что напомнит тебе о ней, захочешь рассказать, а потом поймешь, что ее больше нет рядом. И в который раз почувствуешь, что потерял ее.
Еще одна слеза скатилась по щеке Джека.
- Ты совсем не помогаешь мне, Рейвин.
- Я знаю, дружище.
Рейв повернулся и открыто встретился с ним взглядом:
- Но ты, в конце концов, смиришься, и это главное. И даже сможешь снова улыбаться, вспоминая о ней.
Джек вытер слезы и прерывисто вздохнул:
- Спасибо, что поговорил со мной.
- Не вопрос. Нет ничего хуже, чем оставаться наедине со своим горем. Захочешь поговорить, знаешь, где меня найти.
- В подвале.
Рейвин кивнул.
- С тобой все будет в порядке?
- Ага. Всем занимаются Тед и Джессика. Мне только надо будет встретить Бренну, которая приедет через пару часов.
Прежде чем подняться, он похлопал Джека по руке, а потом увидел, что Сьюзан все еще здесь, наблюдает за ними. Покраснев, Рейв прошел мимо нее обратно к лестнице.
Сьюзан оставалась неподвижной еще мгновенье, полностью ошеломленная той нежностью, которую ощущала к нему. Это чувство росло, и она осознала, как легко было влюбиться в Рейвина. На самом деле маленькая частичка ее уже была влюблена. Большинство людей, так равнодушно отброшенных в сторону, обычно не имели сострадания вообще.
И тогда Сью поняла: вот почему он был так терпелив с Эрикой. Она могла довести его до сумасшествия, но для него была почти что семьей.
Вероятно поэтому Рейвин терпел рядом с собой и ее, незнакомку. Он знал, как сильно ранила Сьюзан потеря Джимми и Энджи.
Пребывая в необычно плаксивом настроении, она спустилась вслед за Рейвином в подвал, где он уже перечитывал записи Джимми. Рейв стоял, повернувшись к ней спиной, свет падал на его волосы. Сьюзан закрыла глаза, вдохнула его теплый запах. Ощущая потребность быть рядом с ним, она пересекла комнату, прижалась к его спине и обняла за талию.
Рейвин затрепетал всем телом, ощущая прошедшую сквозь него волну безграничной нежности. Эмоции взвихрились в нем. Гнев и ненависть из-за смерти Белль. Боль и сострадание к Джеку. И что-то еще, чего он даже не начал осознавать, - к Сьюзан.
Рейв развернулся в ее руках и поймал губы девушки своими. Он удерживал ее лицо в ладонях и исследовал каждый дюйм ее роскошного рта. Вкус меда и рая.
У Сьюзан кружилась голова, она почти срывала рубашку со спины Рейвина. Непонятно почему, но он был нужен ей. Здесь. И сейчас.
Рейв изумленно смотрел на то, как она пыталась стащить рубашку с его рук. Он ухмыльнулся:
- Ну если ты так торопишься…
Их одежда исчезла.
Сьюзан смеялась, хотя дрожала от холода, пока Рейвин не привлек ее к себе и не прижал к стене. Голова кружилась от ощущения жаркого тела рядом, она закинула ноги ему на талию и приникла губами к шее, посасывая колючую кожу и не обращая внимания на заложенный нос.
Рейвин прижался щекой к щеке Сьюзан, наслаждаясь тем, насколько мягким и теплым было ее тело. Ему нравилось ощущать ноги Сью, обхватившие его талию, маленькие волоски, щекочущие живот, грудь, прижимающуюся к его груди. Это было самое сладостное чувство, которое он знал.
Не в силах противостоять желанию, Рейв глубоко вонзился в нее. Сьюзан вскрикнула, впиваясь ногтями ему в плечи. Он прислонился лбом к стене - и тут она начала чихать. Сью прильнула к нему, показывая, как ей хорошо.
А потом чихнула снова.
Рейв застонал, осознавая, что его волосы оказались у нее на лице.
- Вот дерьмо. - Он отстранился и увидел, как она сморщила нос. - С тобой все в порядке?
Сьюзан чихнула в ответ.
Разозлившись, мечтая о том, как побреет все тело, Рейв высвободился из ее объятий и отступил, освобождая пространство, чтобы она могла прийти в себя.
