Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 125
Он взял мешок, затем остановился в нерешительности. К нему подошел Ктхосис.
— Не думаю, что царь будет возражать, если ты заберешь голову брата, — сказал он.
— Ты так думаешь?
— Уверен в этом.
— Он заплатил большую цену за несколько не вовремя сказанных слов, — вздохнул. мужчина.
— Так и есть.
Ктхосис вышел из зала и направился во внутренний двор. Многие из лидеров собрались вместе и тихо разговаривали. Ктхосис прошел мимо них на открытую площадку у горной тропы, ведущей к воротам крепости. Слуги, выстроившись в ряд, вносили в ворота корзины с едой, приготовленной для праздника. Евнух лениво наблюдал за ними, но внезапно у египтянина проснулся интерес. В ворота вошел великан с овцой на плечах. Ктхосис быстро подошел к нему, полагая, что он обознался. Когда египтянин подошел ближе, его сердце забилось быстрее. Теперь у этого человека выросла борода, но не узнать эти прекрасные глаза было невозможно. Это был царевич Ахмос.
Что в этом удивительного? Второй сын в роду Великого фараона стал слугой в крепости Дардании. Великан увидел его и улыбнулся.
— Похоже, ты хорошо о себе позаботился, евнух, — сказал он. При этих словах Ктхосис опустил голову и поклонился.
— В этом нет необходимости, — сказал Ахмос. — Как ты видишь, я больше не внук фараона. За мою голову, как и за твою, назначена цена.
— Сожалею, господин. Вы были добры ко мне.
— Не нужно сожалеть. Я доволен. Ты здесь служишь?
— Нет, господин. Я купец. Я делаю и продаю одежду. Для меня будет честью сшить для вас тунику.
— Ты можешь прекратить называть меня господином — Ктхосис, не правда ли?
— Да, господин. О… простите.
Ахмос засмеялся.
— Меня здесь знают как Гершома.
— Как странно, — сказал Ктхосис. — Давным-давно я слышал это слово. Так мои люди называют иностранцев.
— Вот почему я его выбрал. Ты принадлежал к одному из удаленных народов?
— Да… когда-то. До того как отец продал меня во дворец.
— Любопытный народ, — заметил Гершом. — Но я не могу стоять здесь и разговаривать с тобой, мне нужно вернуться к работе — Он похлопал Ктхосиса по плечу. — Рамзес был в ярости, когда узнал, что я освободил тебя. Это стоило мне две сотни талантов серебра и лучшего боевого скакуна.
— Я буду всегда вам благодарен, господин. Если вам что-нибудь понадобится…
— Не давай обещаний, мой друг. Те, кто будет мне помогать, жестоко за это заплатят.
— В любом случае. Если вам что-нибудь понадобится, вам нужно только попросить. Все, что у меня есть, к вашим услугам.
Геликаон покинул собрание и прошел по дворцу. Старый полководец Павзаний попытался остановить его, но он покачал головой и отмахнулся от него. Поднявшись по старым ступенькам на укрепления, Геликаон посмотрел на небо и глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Его сердце начало биться ровнее. Заметив, что за ним наблюдает часовой, Счастливчик вошел внутрь и вернулся в свою старые покои и детскую комнату. На полу лежала пыль, на балконной двери висела паутина. Смахнув ее, он вышел на балкон. Там все еще стоял старый расшатанный стул, потрескавшийся и выцветший на солнце. Присев, Геликаон провел пальцами по изображенной на задней спинке стула лошади.
Это был трон, на котором он сидел в детстве, когда воображал себя царем мира. В его мире все люди были счастливы, и не было войн. В те дни он никогда не мечтал о сражениях и славе. Отойдя от стула, Геликаон лег на холодный камень, положив голову на низкие перила балкона. Закрыв глаза, он снова увидела отрубленную голову на столе. Она соединилась с головой Зидантоса. Счастливчик почти слышал Вола: «Ты считаешь, этот человек из зала заслужил такую смерть, чтобы ты мог настоять на своем? Разве ты не мог убедить их словами, силой разума? Рядом с тобой всегда смерть?» Геликаон посмотрел на стул, представив мальчика, который там сидел. «Порой, — сказал он ему, — такие поступки необходимы. Я однажды видел, как Одиссей разрезал грудь моряка, чтобы вытащить наконечник стрелы, который в ней застрял. Порой нужно совершать зло, чтобы освободиться». «Не обманывай себя, — сказал ему голос Вола. Не оправдывай свои плохие поступки, пытаясь найти в них что-то хорошее. Да, теперь эти люди пойдут за тобой. Да, в царстве прекратятся беспорядки. Да, ты — царь. Твой отец гордился бы тобой!»
Геликаон разозлился еще сильней. «Это не Вол разговаривает с тобой, — сказал он себе. Это твоя собственная слабость. Этого человека предупредили, но он не послушался. Приговорив его к смерти, он достиг большего за одну леденящую душу минуту, чем с помощью целого потока слов. И это правда!» «Правда — это шлюха в разных одеждах, — отозвался голос Одиссея у него в голове. Мне кажется, она оправдает любой поступок мужчины, не имеет значения, насколько он будет ужасен».
Вдали послышался раскат грома, задул холодный ветер. Геликаон встал, бросил последний взгляд на дом своего детства и спустился в нижние комнаты, где заботились о раненных моряках. Он остановился и поговорил с каждым из них, затем пошел дальше в поисках Атталуса. Счастливчик нашел его в боковом саду с перевязанными ранами на груди и в боку. Сидя в одиночестве в тени цветущего дерева, Атталус строгал кусок дерева. Геликаон подошел к нему.
— Хирург говорит, что тебе повезло, мой друг. Нож прошел всего в миллиметре от твоего сердца.
Атталус кивнул.
— Счастливый день для тебя, — сказал он.
— Всегда хорошо, когда настоящие друзья рядом. Мне было странно видеть тебя там. Ониакус говорит, что ты решил покинуть команду.
— Меня это тоже удивило, — заметил Атталус. Геликаон сел рядом с ним. Мужчина продолжал строгать.
— Если ты захочешь уехать в Трою, когда поправишься, я прикажу дать тебе хорошую лошадь и кошелек с золотом. Но буду рад, если ты решишь остаться в Дардании на зиму.
Атталус отложил свой нож, согнув плечи.
— Ты ничего мне не должен.
— Я обязан любому человеку, который решил сражаться рядом со мной — в особенности, если он больше не член моего экипажа.
— Я просто вмешался, и все. У меня были свои причины быть там, — Атталус сидел молча какое-то время. Затем он посмотрел на Геликаона. — Ты знаешь, это еще не конец.
— Да, я знаю это. Чтобы убить меня, наняли Карпофоруса. Говорят, он — лучший убийца в Зеленом море. Именно он убил моего отца. Здесь в этой самой крепости.
— Ониакус рассказал мне, что никто не знает, кто убил Анхиса.
Геликаон сел напротив Атталуса.
— Я сам недавно узнал. — Он оглядел сад. — Это удивительное, спокойное место. Я обычно играл здесь ребенком.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 125
