Может быть, автор и хотел предупредить: «Люди, да не становитесь же вы такими!» Вышло иначе: «Эта сволочь все равно пожрет нас — настоящих нормальных людей». Но какой смысл — заранее заводить «Красную книгу» для себя и себе подобных?
Дмитрий Володихин
Брайан ГЕРБЕРТ, Кевин АНДЕРСОН ДЮНА: ДОМ АТРЕЙДЕСОВ
Москва: ACT, 2001. - 704 с. Пер. с англ. А.Анваера — (Серая «Золотая библиотека фантастики»). 10 000 экз.
Отношение суровых рецензентов к так называемым приквелам (а равно и сиквелам) не радует разнообразием. Приговор один — хороших приквелов (сиквелов) не бывает, тем более, если они ко всему еще написаны не самим автором, а его «продолжателями». Однако бывают случаи, когда строгое суждение, несмотря на всю его обоснованность, не вполне справедливо, поскольку не учитывает, как положено в беспристрастном суде, всех обстоятельств…
«Дом Атрейдесов» — один из таких случаев. «Дюна», самая знаменитая сага прошлого столетия, породила бесконечное множество подражаний, но, хвала литагентам, избежала участи многих известных произведений, взятых в работу шустрыми ремесленниками после смерти автора. Однако настал и ее час, и теперь читатель поймет, из-за чего насмерть разругались в общем-то родственные дома Атрейдесов и Харконненов, в чем заключалась роковая ошибка генетических программ Бене Гессерит; узнает он о нелегкой юности Лето Атрейдеса, проникнет в зловещую тайну воцарения императора Шаддама и многое, многое другое… Создается забавное впечатление: после того, как мы ознакомились с полем битвы, сосчитали потери и разобрались, кто враг, а кто друг, авторы романа заботливо собрали все уже выстрелившие «ружья» и развесили по стенам, прикрепив бирочки с напоминанием, в каком действии, вернее, в какой книге, стреляло то или иное ружье… Но надо отметить, что при чтении не возникает ощущения того, что сын писателя и его «компаньон» пытались самореализоваться на великом имени. Напротив, авторы изо всех сил старались сохранить дух Фрэнка Герберта. Правда, не всегда это выходило удачно: рыхловатость композиции и избыточность эпитетов свидетельствуют об уровне мастерства, не адекватном «исходнику». Однако бережное отношении к реалиям и атрибутам саги, несомненная верность художественной традиции творчества Фрэнка Герберта в какой-то степени оправдывают проект и не позволяют судить его слишком строго.
А кроме того, раскрыв книгу, вскоре забываешь о всех этих высоких материях и не отрываешься от нее, пока не дойдешь до последней страницы.
Олег Добров
Джульет Э. МАККЕННА ИГРА ВОРОВКИ
Москва: ACT, 2001. — 560 с. Пер. с англ. Ю. Кряклиной — (Серия «Век Дракона: коллекция»). 10 000 экз.
Авантюристка Ливак, этакая достойная наследница Молль Флендерс, и не подозревала, во что вляпалась, когда украла старинную кружку у одного неприятного богача. Жила себе не тужила, промышляла мелким шулерством, а тут на тебе! Кто же знал, что Верховный маг Планир велел собирать антиквариат времен Старой Империи! Вот и пришлось ей накрепко связать свою судьбу с магами и воителями… Позже станет ясно, что за артефактами охотятся и иные силы, причем, весьма зловещего свойства.
«Игра воровки» начинается как типичный плутовской роман, но довольно быстро сюжет наполняется фэнтезийной атрибутикой, и далее события идут по канонам литературы «меча и магии», несколько облагороженные, если можно так сказать, трикстериадой героини. Психологическая достоверность характеров персонажей весьма высока. Комичный образ «заигравшегося» мага Азазира не снижает пафоса произведения. Тем более, что ближе к финалу драматизм ситуации нарастает… Но пересказывать сюжет — значит, испортить читателю удовольствие от книги.
Роман «Игра воровки» — весьма добротное произведение. Написано не без изыска, перевод тоже вполне приличен. Вставки-комментарии не раздражают, напротив, они весьма уместны. Приятно радует глаз некое новшество. Впервые в практике издательства в книге помещены цветные вклейки-иллюстрации… Можно приветствовать столь смелое начинание, но только хотелось бы знать — какое отношение именно к этой книге имеет известный художник А.Дубовик? Вероятно, имело бы смысл поместить его иллюстрации в том с обложкой его работы, либо же дать их в конце романа (а не в середине) с небольшим рассказом о художнике? И еще интересно — издательский ли это каприз или выход на новый уровень оформления?
Олег Добров
Джулия ДЖОНС ПЕЩЕРА ЧЕРНОГО ЛЬДА
Москва: ACT, 2001. 656 с. Пер. с англ. Н.И.Виленской
(Серия «Век Дракона: коллекция»). 10 000 экз.
Как много разговоров о вымирании научной фантастики и о вытеснении ее фэнтези! Но, видимо, и фэнтези, во всяком случае, фэнтези классических форм, тоже пребывает в пенсионном возрасте. Здесь так же трудно вызвать к жизни искру оригинальности, и даже известным мастерам, добывая «живой огонь», приходится с яростью бить извилиной об извилину, словно кремнем о кремень. Но в абсолютном большинстве случаев происходит очередное встряхивание калейдоскопа: набор сюжетных и антуражных деталек, естественно присущих фэнтези, выстраивается в новую конфигурацию, не более того.
К таким романам относится и «Пещера черного льда». Тут есть полная обойма фэнтезийных «стекляшек»: древняя кровь, почти иссякшая в потомках, еще более древнее зло, которому надобно вырваться из ловушки, магия, используемая почти всегда в качестве оружия, мечи, стрелы, боевые молоты в подобающих количествах, портал между мирами, память древних империй, невесть куда сгинувших, и, конечно же, квест. Собственно, путешествий в романе несколько. Они напоминают отдельные ходы и целые комбинации шахматной партии. Наконец, одна из комбинаций становится центральной…
При всем том роман Джулии Джонс — это, что называется, качественная работа. Книгу отличает необыкновенное правдоподобие и продуманность бытописи. Очень хорошо представлены обычаи разных народов, их одежда, способы ведения боевых действий. Очевидны этнографические и культурологические знания автора. Графически четко вычерчена история целых стран. В этом смысле роман представляет собой подарок ролевикам: настоящая, готовая к употреблению игровая среда.
Несколько затруднительно продираться сквозь дебри перевода: «тело Тариссы продолжало сокращаться» (о родах), «пальцы торчали под одеялом…», «шелест пальцев, скользящих по шелку» и т. п. В конце романа очевидна сюжетная недосказанность, видно, будет продолжение… еще один поворот все того же калейдоскопа.
