Дин Кунц - Единственный выживший

Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 131

Служитель на автостоянке оказался в высшей степени представительным мексиканцем, способным дать сто очков вперед любой латиноамериканской кинозвезде прошлого и настоящего. Особенно хорош был обжигающий, трагически-мрачный взгляд его черных как угли глаз, который он, несомненно, отрабатывал перед зеркалом на случай, если ему вдруг представится возможность блеснуть перед камерой. Как и предупредил голос по телефону, служитель был в курсе; во всяком случае, никакой квитанции за "Мустанг" Джо от него не дождался.

Во внутреннем убранстве ресторана был выдержан тот же индейский стиль. Потолок поддерживали длинные и мощные сосновые стропила; нарочито неровные стены были выкрашены известкой, а пол покрывали все те же красные глиняные плитки. Столы, стулья и другие предметы обстановки тоже следовали юго-западному стилю, но, к счастью, не доводили его до абсурда, являясь вполне цивильными копиями авторских моделей Роберта Скотта «Скотт, Джей Роберт – популярный в США художник-примитивист и мебельный дизайнер, работы которого являются подражанием индейскому декоративному стилю», причем не самыми дешевыми копиями. Разглядывая их, Джо машинально отметил, что художнику-декоратору, расписавшему их примитивными индейскими узорами, хватило вкуса и здравого смысла ограничить свою палитру приглушенными пастельными тонами, характерными для классических мотивов навахо.

Как бы там ни было, на постройку и убранство ресторана, при всей его кажущейся примитивности, ушло, наверное, целое состояние, и Джо остро почувствовал, что плохо вписывается в этот богатый интерьер. В последний раз он брился часов двадцать назад, перед самой поездкой в Колорадо, и лицо его покрывала неопрятная щетина. Синие джинсы волновали его не так сильно, поскольку и модные продюсеры, и большинству современных кинозвезд мужского пола предпочитали молодежный стиль, и Джо было известно, что даже в высшем обществе Лос-Анджелеса джинсы считались вполне приемлемой одеждой, если только речь не шла об официальном приеме высшего ранга. Другое дело – его новая вельветовая куртка, которая сначала намокла, потом высохла прямо на нем и не только потеряла всякую форму, но и покрылась многочисленными неопрятными складками, благодаря чему Джо выглядел не то как бродяга, не то как пьяница, проведший предыдущую ночь на полу.

Но вопреки его опасениям молоденькая старшая официантка – прелестная, как десять кинозвезд Голливуда, вместе взятых, – не обратила на его вид никакого внимания, а если и обратила, то он не показался ей ни отвратательным, ни странным. Стоило Джо назвать свою фамилию, как она отвела его к накрытому на двоих столику у окна.

Вся западная стена ресторана была прозрачной, и неистовое сияние садящегося солнца сдерживали лишь тоненькие жалюзи из тонированного пластика. Вид отсюда открываются очень живописный, и Джо невольно залюбовался изящным изгибом береговой линии, которая ограничивала небольшой залив внизу с севера и с юга; что же касалось океана, то он был прекрасен в любое время суток, а не только на закате. Определенно, строители ресторана знали, что делали.

– Ваша знакомая просила передать, что задержится и чтобы вы начинали ужинать без нее, – объяснила официантка, имея в виду, очевидно, Деми. – Она присоединится к вам несколько позднее.

Такой поворот событий пришелся Джо не по душе. Откровенно говоря, он совсем ему не понравился. Джо не терпелось встретиться с Розой, не терпелось узнать все, что она хотела ему сказать, и расспросить про Нину, и эта непредвиденная задержка встревожила и напугала его.

С другой стороны, Джо не оставалось ничего иного, как играть по навязанным ему правилом.

– Хорошо, спасибо, – поблагодарил он и стал дожидаться официанта, который обслуживал его столик.

Официант тоже оказался красавцем хоть куда. Если бы Том Круз«Круз, Том – актер кино, сыгравший в таких фильмах, как "Человек дождя" и "Рожденный 4 июля". Считается одной из самых ярких звезд Голливуда, взошедшей в 80-х годах среди актеров-мужчин» сделал себе пластическую операцию по улучшению внешности, только тогда он, пожалуй, сравнялся бы по красоте и обаянию с парнем, которому Джо заказал кружку пива. Официанта звали Джин, и его светло-голубые глаза, напоминавшие своим цветом пламя газовой горелки, сверкали так, словно яркие искры были вживлены ему в роговицу хирургическим путем.

В ожидании заказа Джо вышел в туалетную комнату, чтобы взглянуть на себя в зеркало, и даже сморщился от отвращения. Покрасневшие глаза и щетина, густо покрывавшая щеки Джо, делали его похожим на одного из преступных братьев Бигл из комикса о приключениях Скруджа Макдака. Предвидя тщетность своих усилий, он все же умылся холодной водой, причесался и тщательно разгладил куртку руками, но даже после этого Джо выглядел так, что его нужно было сажать не возле окна, а где-нибудь в темном уголке возле мусоропровода.

Вернувшись за столик и потягивая холодное, только что со льда, пиво, Джо коротал время, разглядывая остальных посетителей. В некоторых из них он узнал голливудских знаменитостей, что, учитывая класс ресторана, было вовсе не удивительно. Например, всего в трех столиках от него сидел популярный актер, исполнявший в боевиках роли героев. Щетина на его щеках была еще гуще и длинней, чем у Джо, а волосы находились в беспорядке и торчали во все стороны, как у беспокойного мальчишки-сорванца, который только что проснулся. Одет он был в потертые черные джинсы и светлую свободную рубашку с плиссированной грудью.

Еще ближе, но с другой стороны сидел другой актер – лауреат премии "Оскар", – известный, помимо того, своим пристрастием к героину. Его одежда выглядела еще более эксцентрично, словно он выбирал ее в темном чулане в минуты навеянного наркотиком синтетического блаженства. Черные кожаные мокасины на босу ногу, брюки для гольфа из зеленой шотландки, спортивная куртка некрупную коричневую клетку и бледно-голубая хлопчатобумажная рубашка выглядели достаточно безвкусно, но их вызывающий диссонанс с успехом затмевали налитые кровью глаза и воспаленные, ярко-красные веки.

Поняв, что на этом фоне его куртка может показаться верхом приличия, Джо слегка расслабился и решил отдать должное обеду, который появился перед ним точно по мановению волшебной палочки. Густой суп из желтой кукурузы и суп-пюре из черной фасоли были налиты в одну тарелку таким образом, что почти не смешивались и образовывали нечто вроде китайских символов Инь и Янь. Копченая лососина покоилась на ложе густой сальсы, которая – наверное, в виде исключения – состояла не только из красного перца, но и из сока манго. И суп, и рыба оказались очень вкусными и нежными.

Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 131