Алексей Пехов - Под знаком мантикоры

Шута не было слышно весь день, и это показалось капитану странным. Обычно все было как раз наоборот «Василиск» пошел проверить столь подозрительную тишину.

Дверь в комнату оказалась открыта, шут восседал на кровати, сложив ноги по пешхански, и грыз кончик гусиного пера. Рядом находились чернильница и исписанный лист бумаги.

Сезар Сильва был бледен, но конечно же не так, как в день ранения. Его выколотый глаз закрывала темная повязка, а золотая серьга в левом ухе и выпрошенный у Рийны красный платок корсаров придавали королевскому дураку и вовсе пиратский вид. Де Армунг, несмотря на серьезную рану, не переставал дурачиться. Он даже сбрил бороду и подстриг пепельные усы на морской манер.

Шут оторвался от созерцания написанного:

– Ба! Меня пришел навестить мой лучший дружок! Все в порядке, я здоров и не собираюсь умирать. Кстати! Я слышал, что с утра кто-то приходил. Не удовлетворишь мое любопытство?

– Де Вольга прислал пятерых гвардейцев.

– Его Светлость опасается за наше здоровье?

– В городе все еще неспокойно. Так что я не возражаю против лишних шпаг.

– Мудрое решение, – хмыкнул шут и, обмакнув перо в чернила, поправил на бумаге одну из закорючек. – Правда, каждый из этих бравых ребят жрет и пьет за троих. Надеюсь, мои порции вина не уменьшатся? Что слышно?

– Пока еще ничего. До истечения ультиматума два дня.

– Помню. Не дурак. – Над последними словами Сезар Сильва тихонько хихикнул. – Жду не дождусь, когда смогу сесть в седло и отправиться к дружку королю. А то без моего присмотра Его Величество плохому научат.

– Как будто ты его уже не научил.

– То я, а то кто-то другой! – фыркнул шут. – Хочешь, я прочитаю тебе мою новую поэму?

– Нет, спасибо.

Фернан не был самоубийцей. От вирш де Армунга могла сдохнуть лошадь, что уж говорить о человеке? В день королевский дурак создавал как минимум две поэмы, потом находил благодарного слушателя, читал и выбрасывал свои нетленные творения в мусорную корзину.

– Неблагодарный! – вздохнул гость. – Слушай, не знаешь рифму к слову «кабан»?

– «Баран».

– А что, – хихикнул «великий поэт», – очень даже ничего. В тебе есть задатки драматурга, факт! Вот послушай Поэма! Посвящается моему лучшему дружочку де Каэло! Ныне – покойнику.

Де Армунг уставился на Фернана. Тот, понимая, что уже не вырваться, кисло кивнул.

Шут со вкусом начал было читать: 

– Маркиз, если бы ты додумался читать эту поэму де Каэло, тот бы и без дуэли умер в мучениях, – сказал Фернан. Шут заржал.

– Ты просто ничего не понимаешь в поэзии! Хотя… твоя идея имеет право на существование. Надо взять на вооружение.

– Сеньор, – вошла Лючита, – к вам посетители.

– Кто? – бросил Фернан. Он никого не ждал.

– Моряки. От сеньоры.

– Проведи их в кабинет. Маркиз, позвольте откланяться.

– Сбегаешь? А рифму к слову «медведь» не знаешь?

– «Реветь», – бросил сеньор де Суоза и выскочил из комнаты, иначе гость опять бы начал читать поэтические ужасы.

В кабинете капитана ждали двое матросов с «Лунного крокодила». Одного из них Фернан знал. Если он не ошибался, то этот кряжистый, лысый детина с огромными бакенбардами и красным носом был боцманом на корсарском фрегате.

– Сеньор, доброго вам утречка, – неловко поклонился детина. Было видно, что кланяться моряк умеет гораздо хуже, чем дуть в свисток и махать абордажной саблей. – Капитан еще не знает, что мы к вам пришли. Мы на «Крока» не успели зайти. В увольнении были, и сразу к вам. Нашли мы его.

– Кого? – не понял Фернан.

– Ну как – кого? Капитан нам говорила, что ищете вы одну штукенцию, ну мы ее сегодня и увидели. «Коралловый риф» ваш. Как заказывали, – подал голос ранее молчавший рыжий моряк. – Он еще вас интересует?

Солнце припекало, и спасение от его горячих лучей было только в тени. Лениво переругивались дуреющие от жары грузчики. В порту пахло морем, дегтем и рыбой. Волны лениво бились о сваи пирса и откатывались прочь.

– А мы вас так, сеньор! – крякнул боцман и с усердием потряс стакан, в котором находились игральные кости. Выпали две четверки.

Настала очередь Фернана делать бросок. Четверка и двойка. Боцман радостно хохотнул и сгреб монетки в свою кучку. Сеньор де Суоза тихонько ругнулся себе под нос. Проклятье! Он опять проиграл! За прошедший час «василиск» умудрился просадить множество мелких медяков и два ригеса. А выиграл в два раза меньше. Вне всякого сомнения, противник ему попался ловкий. Но уличить его в шулерстве Фернан не смог. Точнее, не захотел. Игра в кости хоть как-то скрашивала ожидание, а проигранная сумма была слишком смешной, чтобы из-за нее спорить. Да что там говорить! Сеньор де Суоза готов был проиграть с десяток этудо, если подобная жертва требуется для удачного завершения дела.

Наконец Фернану надоело бросать костяшки, и он улегся на нагретые солнцем тюки с шерстью.

В одежде, которую пришлось на себя напялить, Фернана не узнала бы родная мать. Черная рубаха и штаны, куртка из пропахшей морем парусины, красный платок на шее, ботинки с красными подошвами и зеленые чулки – весь этот маскарад превращал сеньора де Суоза в корсара, матроса «Лунного крокодила» и делал его присутствие в этой части порта практически незаметным. Конечно же о шпаге пришлось забыть и довольствоваться спрятанным под курткой широким кинжалом.

Был бы Фернан в одежде благородного – и у многих, кто шлялся вдоль пирсов, возникла бы масса вопросов, а так на играющих в кости моряков не обращали особого внимания.

Маркиз в который раз прочитал название, намалеванное на борту небольшого торгового суденышка.

«Коралловый риф».

На неискушенный взгляд обывателя, корабль был ничем не примечательной одномачтовой посудиной. Такие сотнями бороздят прибрежные воды и развозят самые разнообразные товары в порты всех приморских стран Лории. Если бы не название, сеньор де Суоза никогда бы не обратил внимания на эту лодку.

– Диего, – лениво бросил «василиск».

– Да, сеньор? – Боцман оторвался от игры в кости с приятелем.

– Тебе что-нибудь известно о корабле?

Вся беда была в том, что Фернан не мог отправиться к начальнику порта, ткнуть ему в нос знаком «василиска» и потребовать информацию. Следовало учитывать тот факт, что везде есть свои уши, а визит контрразведки к начальнику порта мог насторожить Леонору (если конечно же учитывать тот факт, что Леонора связана с кораблем).

– Да мы с Луи походили тут, прежде чем к вам собрались. Послушали разговоры. – Боцман увидел одобрительный кивок капитана контрразведки и довольно осклабился. – Корыто появляется в порту каждые два месяца. Ходит под флагом Бритони, но большая часть экипажа – андрадцы.