выдающимся.
Он потёр лицо и вздохнул.
Санни чувствовал себя немного противоречиво, когда у врага, о котором он так много думал, появилось лицо — и у Ки Сонг, и у Анвила. Несмотря на то, как ценно было видеть их путь, ненавидеть их стало сложнее, увидев их детьми и неопытными юнцами.
Но в то же время это лишь усиливало его неприязнь к ним. Ведь он видел мир их юности со всеми его бесчисленными возможностями… и знал, во что они его превратили в итоге.
И всё же…
Теперь, зная Ки Сонг, он мог лучше понять её поступки на войне и даже в какой-то степени предсказать, что она будет делать дальше.
Санни посмотрел на Кэсси.
«Её Недостаток…»
Хотя малышка Ки никогда не признавалась в этом Оруму, было несколько намёков. Видя воспоминания старика и зная, как сложится её жизнь в будущем, он мог сделать осторожное предположение.
Кэсси откинулась на спинку стула.
«Он должен быть связан с семьёй, верно?»
Санни кивнул.
«Верно».
В те времена Ки Сонг только что потеряла мать и почти сразу после этого столкнулась со своим Первым Кошмаром. Там она получила свой Аспект и свой Недостаток.
Выражение её лица неуловимо изменилось, когда она сказала Оруму, что у неё больше нет семьи… как будто она хотела сказать, что у неё её больше никогда не будет.
Неужели Ки Сонг удочерила Сейшан и других девочек-сирот, потому что не могла иметь собственных детей?
Для такого одинокого человека это был бы горький Недостаток.
Конечно, Санни не мог быть уверен.
Он нахмурился.
«Это… не совсем то, на что я надеялся. Если это действительно её Недостаток, его будет нелегко использовать».
Кэсси вздохнула.
«Но не невозможно».
Выражение её лица стало мрачным.
«Ты ведь не упустил это, не так ли?»
Санни медленно покачал головой, понимая, о чём она говорит.
Возможно, самая важная деталь в воспоминаниях Орума не имела никакого отношения к Ки Сонг.
Напротив, она имела отношение к Анвилу.
Из-за того, что Ки Сонг была одиноким ребёнком и убила всех, кто мог её хорошо знать, не было людей, которых Санни и Кэсси могли бы использовать, чтобы узнать о её самых важных секретах. Даже её дочери могли не знать многого о своей царственной матери.
Но с Анвилом всё было иначе. Орум помнил, что младший сын основателя клана Валор был доверен товарищам отца вскоре после Пробуждения, чтобы они обучили его и дали опыт в Царстве Снов.
Эти люди знали о нём больше, чем кто-либо другой. Поэтому, если Санни и Кэсси хотели узнать о слабостях Короля Мечей, их нужно было найти.
Санни уставился на Кэсси с тяжёлым выражением лица.
«…Сколько членов когорты Стража Доблести ещё живы?»
Она тяжело вздохнула.
«Как ты знаешь, многие видные Пробуждённые Первого Поколения погибли при попытке покорить Третий Кошмар… в том числе и сам Страж Доблести. Вот почему их осталось так мало. Что касается его когорты — насколько я знаю, остался лишь один человек. Мы должны добраться до него».
Санни на мгновение застыл.
«Ты же не предлагаешь похитить Святого Джеста?»
Кэсси подняла бровь.
«А что? Неужели приветливость старика одурачила тебя?»
Санни медленно покачал головой.
«Едва ли».
Она слегка наклонилась вперёд.
«Хорошо. Потому что он более зловещ, чем ты можешь себе представить, и, вероятно, является самым результативным убийцей этой эпохи. Хуже всего то, что есть люди, преданные Валору, а есть Джест из Дагонета. Его преданность Королю абсолютна. Так что… хотим мы того или нет, рано или поздно он обратит свою злобу на нас».
Санни уставился на неё с мрачным выражением лица.
«Может, это и так, но он Святой и один из самых доверенных людей Анвила. Я сомневаюсь, что он добровольно поделится тем, что знает, так как же нам захватить его так, чтобы Анвил не заметил?»
Кэсси поморщилась, а потом пожала плечами.
«Война хаотична. Я уверена, что возможность найдётся».
Её голос звучал решительно, но устало. Она была измотана ещё до того, как показала Санни воспоминания Орума, и от этого её усталость, должно быть, только усилилась.
Он на мгновение закрыл глаза.
Нужно было многое обдумать. Ему предстояло пересмотреть всё, что он узнал, изучить каждое событие и каждую деталь на предмет упущенных намёков. Ему придётся глубоко обдумать всё это.
Конечно… Нефис тоже нужно было ввести в курс дела.
Санни внезапно уставился на Кэсси.
«Эти воспоминания… ты покажешь их Нефис?»
Та молча кивнула.
С губ Санни сорвался вздох.
«…Хорошо».
Для них эти сцены были всего лишь источником информации.
Но для Нефис они были чем-то большим.
Ведь она потеряла отца в раннем детстве. Что касается матери, то Нефис вообще никогда не встречалась с ней — единственным образом Улыбки Небес для неё была пустая оболочка.
Увидеть их такими, какими Санни и Кэсси видели их в воспоминаниях Орума — молодыми и счастливыми — значило бы многое для Меняющей Звезды… последней дочери клана Бессмертного Пламени.
Санни вздохнул, немного порадовавшись за Нефис.
Но и немного завидуя ей.
Ведь в мире не было никого, кто помнил бы его собственных родителей. Единственный оставшийся образ был скрыт в его собственной памяти, становясь всё более размытым с каждым годом.
Поднявшись со стула, Санни бросил последний взгляд на Кэсси и отвернулся.
«Хорошенько отдохни, Кэсс. И… хорошая работа. Мы действительно многое узнали сегодня».
Покинув её покои, он спустился по лестнице и вышел из Башни Слоновой Кости.
Снаружи, в военном лагере Армии Меча, кипела бурная деятельность.
Война продолжалась.
На самом деле…
Теперь, когда оба Домена спустились в Божью Могилу, она должна была стать ещё более ожесточённой.
Глава 1945
Распространяющиеся Домены
После того как армии человечества захватили две древние Цитадели Божьей Могилы, природа войны действительно изменилась.
Власть Короля Мечей теперь простиралась с востока на запад, охватывая огромные территории Ключичной и Грудинной Равнины. Прибыв к дымящимся руинам Цитадели, Анвил начал страшную битву с обитателями Пустот, в итоге очистив безопасную зону вокруг озера.
Само озеро за несколько дней обмелело и высохло, превратившись в почти непроходимое болото.
Армия Меча разбила вспомогательный лагерь над ближайшей трещиной и разместила грозный гарнизон для охраны Шлюза в Пустотах. Оттуда они начали примерное исследование путей к двум оставшимся Цитаделям — одна располагалась далеко внизу, в позвоночнике мёртвого божества, другая — на самом краю Моря Пепла, на одной из бедренных костей титанического скелета.
Ни до одной из них не было легко
