с него приключений!
Гуань Ян лишь тихо посмеялся в ответ.
И они вдвоем направились в дом, чтобы отметить завершение их сложной и очень запутанной истории.
Эпилог
Последний штрих
Этим утром все тело, особенно поясница, ныли так сильно, что Циян чувствовал тянущую боль в мышцах, даже когда просто дышал. Такое случалось, если неправильно распределять нагрузки. И хотя он мог бы поберечь себя, но, учитывая обстоятельства последних дней, эта боль была для него единственным спасением. Она отвлекала от мыслей.
Лежа на боку в пустой постели, Циян все-таки приложил к пояснице заботливо оставленный Гуань Яном осколок духовной силы, чтобы неофициальная грелка сняла часть напряжения в мышцах. Иначе он попросту не сможет встать и отправиться на сегодняшнюю встречу с Юй-ди. Сфера заботливо прильнула к спине и начала двигаться вверх и вниз, будто поглаживая. Циян устало выдохнул, подумав, что в этот раз они переборщили с нагрузкой, и в будущем, когда кошмары отступят, ему стоит быть осторожнее в своих попытках угнаться за богом.
«Я слишком потрепанный для того, кто должен подняться на небеса».
Воспоминания о причине его визита к Юй-ди тут же хлынули в голову.
Эта проблема возникла несколько месяцев назад. Сначала Цияна начала одолевать необоснованная тревога, будто вот-вот случится что-то ужасное, а потом он ни с того ни с сего стал вспоминать Сяо Яна и даже беспокоиться о его будущем, хотя поводов не было. После того как Юй-ди все ему объяснил, Циян похоронил эту связь и счастливо зажил в новом мире, именно поэтому внезапно появившаяся зацикленность на лучшем друге насторожила его. А вскоре пробудились и кошмары. Они были редкими, но с приближением Цинмина[55] становились все более частыми и навязчивыми. Их содержание всегда было разным, но каждый раз они заканчивались одинаково – смертью Сяо Яна.
Что бы Циян ни делал, кошмары не отступали, а игнорировать их не получалось. Он стал нервным, тревожным и потерял аппетит. Поэтому начал просить Гуань Яна изнурять его перед сном, чтобы от усталости сразу проваливаться в сон без сновидений. Но даже это не всегда помогало.
Все эти странные перемены, а порой и ночные крики Цияна в конце концов вынудили Гуань Яна обратиться к Юй-ди с просьбой о встрече, потому что он сам ничем помочь не мог. К счастью, Нефритовый император откликнулся быстро, будто ждал их письма, и назначил аудиенцию на сегодняшний вечер.
В этот же день у Цияна была запланирована тренировка с Гу Юном, но он не стал ее переносить, надеясь отвлечься с ее помощью. Вот только сейчас, учитывая боль, начал проклинать вчерашнего себя за это решение.
«Все-таки стоило перенести», – с досадой подумал Циян, выбираясь из постели вместе с алой сферой на плече.
Он быстро ополоснулся, смыв с себя следы усталости, а потом решил немного посидеть в горячей воде, чтобы настроиться на рабочий лад, но, как и в предыдущие дни, у него ничего не вышло.
После появления кошмаров, стоило Цияну остаться одному, как он тут же выпадал из реальности, вспоминая свои сны. Он снова и снова видел заплаканное лицо Сяо Яна, видел, как друг убивает себя, и эти образы не давали ему покоя. Каждый раз Цияна окутывала тревога столь сильная, что он холодел всем телом и начинал дрожать, а взгляд становился расфокусированным и пугающим, с проблеском бешенства.
Заметив изменения в его состоянии и сейчас, алая сфера прильнула к груди и засияла ярче, распространяя тепло вглубь его сердца. Укрывшая взор пелена начала рассеиваться, и Циян недоуменно посмотрел на теплый шар, который смог отвлечь его и вернуть в реальный мир.
– Спасибо, – выдохнул он, едва шевеля губами, и поспешил выбраться из проклятой купальной чаши.
Вернувшись в комнату, он облачился в привычные голубые одежды и украсил волосы заколкой-короной, а затем вышел в коридор вместе с осколком силы. Он собирался найти Гуань Яна, но внезапно замер у двери, услышав отголоски далекого пения. Тихая нежная мелодия напомнила ту, что однажды исполняла Фэй в доме Му Шу, и от этого сердце Цияна дрогнуло. Слов было не разобрать, но в нотах слышался намек на мечты и надежды, на воспоминания о первых признаниях и нежных чувствах, которые один человек испытывает к другому. Это была приятная, душевная песня, которую хотелось прослушать от начала до конца, а потом поставить на повтор. Она отвлекала и убаюкивала, даруя душевный покой, и Циян вмиг почувствовал, как ему становится легче.
«У кого-то хорошее настроение? – беззлобно усмехнувшись, подумал он и потер больную спину. – Радостно тебе жить эту жизнь, да?» – проворчал он в собственных мыслях и направился по коридору.
Циян остановился на пороге кухни, откуда лилась мелодия, и окинул взглядом помещение. Гуань Ян с расслабленным видом выкладывал маленькие пирожные на квадратное черное блюдо, не замечая ничего вокруг. Широкий солнечный луч, проникающий сквозь окно, освещал его с головы до ног, заставляя сиять шелковистые гладкие волосы, светлую кожу и дорогую ткань черного халата с алой вышивкой. Одежды были привычно распахнуты, обнажая широкую мускулистую грудь, покрытую мелкими синяками, при виде которых Циян смутился и отвел взгляд в сторону.
– Уже проснулся? – спросил Гуань Ян, закончив петь. – Как себя чувствуешь? Как тело? Сознание? – добавил он и, положив последнее пирожное на блюдо, повернулся всем телом, опершись ладонью о край столешницы.
Хотя Гуань Ян в этот момент выглядел как сытый домашний кот, которого хотелось лишь любить и гладить, во взгляде его сквозило искреннее беспокойство и готовность броситься на помощь, если только Циян скажет, что ему сейчас очень плохо. Гуань Ян единственный знал о его кошмарах и ухудшении ментального здоровья и искренне пытался помочь, поэтому Циян сейчас не мог пожаловаться, снова взволновав его.
– Как обычно, – небрежно бросил он и махнул рукой. – Думаю, после завтрака станет полегче. – Он рефлекторно потер поясницу.
Заметив это, Гуань Ян слегка нахмурил изящные брови и плавно оттолкнулся от столешницы. Бесшумно приблизился, завел ладонь Цияну за спину и коснулся поясницы, вмиг уняв боль с помощью божественной силы. После того как Юй-ди забрал свой осколок духовной силы, Гуань Ян наконец получил возможность влиять на здоровье Цияна и залечивать небольшие несмертельные травмы.
– Не нужно ждать завтрака, если есть я, – хрипло произнес он, сверху вниз глядя в зеленые глаза. – Когда что-то болит, говори. Я помогу.
– В таком случае ты мог бы исцелять меня перед сном, а не после того, как
