дома с двускатной крышей выбежала женщина в белом сарафане с красным узором по бокам и взмахнула руками. Её русые волосы были убраны в длинный хвост и прикрыты зелёным платком, завязанным на затылке на пиратский манер. Она поспешила к воротам навстречу двум девушкам.
– Полина, что ты так долго? Мы уже начали тревожиться, не случилось ли чего с тобой!
– Мама, я нашла её! Мавки не успели утащить нашу Полину, – похвасталась Марья. – А ещё Полина согласилась пойти сегодня с Эриком к костру!
– Это правда? – обрадованно всплеснула руками женщина и с надеждой посмотрела на Полину.
– Марья преувеличивает, – сердито посмотрела Полина на девочку. – Я такого не обещала. Всего лишь договорились с ним сидеть за одним столом.
Малика заметно расстроилась.
– Ну ладно. Это уже что-то, – улыбнулась она и взяла корыто из рук Полины. – Давайте, нам надо бельё высушить, в дорогу ещё собираться. Дел невпроворот. Машка уже рассказала что с Иваном приключилось? – к облегчению Полины, она переключилась на другую тему, увлекая за собой девушек к дому.
– Что ногу подвернул?
– Да, будь эта лестница не ладна, – нахмурилась Малика. – Нога распухла сильно, ступить на неё не может. Божан сказал, что теперь не возьмет его с собой. Дорога предстоит трудная, за Ванькой смотреть некому будет. А один муж не может ехать, кто ж будет ему с товаром помогать, – покачала головой женщина, остановившись у ступеней крыльца и взглянув девушке прямо в глаза. – С ним мне придётся отправляться, а хозяйство и дети на тебе останутся. Справишься?
Полина опешила от неожиданной новости. Предполагалось, что на торг Божан поедет вместе с сыном, оставляя дом на жене. Вести хозяйство было для Полины делом сложным и вовсе нелюбимым. Она куда как лучше чувствовала себя на охоте в Зелёном лесу. Она только и выучилась что бельё стирать, да двор мести. А тут сразу весь дом да к тому же ещё и курятник. Крупного скота семья не держала. Только несушек с петухом. Плотницкое дело Божана кормило семейство, а Малика на заднем дворе разбила чудесный цветочный сад и иногда обменивала букеты на необходимые в хозяйстве вещи. Но и этого для Полины уже было достаточно, чтобы впасть от такой новости в уныние. При этом она понимала, что Малика просто так не стала бы просить, а значит иного выхода не было.
– Я постараюсь, – понуро кивнула девушка.
– Марья тебе поможет. Она хоть ещё и ребёнок, но по дому умеет многое. Да и Иван тоже, хоть и сорванец, если надо, никогда в помощи не откажет. Вместе вы управитесь, я не сомневаюсь. Тем более ты уже неплохо справляешься.
– Да, Малика, можешь положиться на меня, – Полина положила руку на плечо женщины, нервно сжала его и улыбнулась.
– Спасибо, – многозначительно посмотрела та на девушку. – Ну что мы на пороге стоим, пойдём в дом. Ужин почти готов. Божана ждать не будем, он сказал, что задержится, там что-то с колесом телеги у Энгиля случилось, будут чинить.
Они зашли внутрь, минуя сени. Машка вбежала вперёд всех и сразу устремилась к печи, где готовилась еда. На скамье у стены по правой стороне кухни-столовой сидел Ванька. Парень насупился, сложив руки на груди и подогнув здоровую ногу под себя. Покалеченную конечность он держал в тазу с холодной водой, стоявшем на дощатом полу. На вошедших парень даже не взглянул, обречённо прислонив затылок к бревенчатой стене и глядя в пустоту. Полина знала, как мечтал Ванька поехать на первый в своей жизни торг. Он ей все уши прожужжал о том, как будет сопровождать отца в поездке, как по пути будет сражаться с разной нечистью и станет героем Своельги. Что ж, безобидный пустяк часто рушит наши планы, порой переворачивая жизнь с ног на голову. Или с головы на ноги, тут уж как придётся. На всё воля случая.
Полина подошла к Ивану и села напротив на корточки, положив руку ему на колено. Парень бросил взгляд на неё и отвернулся, тихо шмыгнув носом.
– Ну что, как нога?
– Распухла как свинья беременная, что не видишь, – огрызнулся он.
Девушка посмотрела на Ванькину ногу и поразилась тому, насколько сильно та раздалась. Конечно, ни о какой поездке речи и быть не могло.
– Смотри, как бы тебе её отрезать не пришлось.
Иван уничтожающе посмотрел на Полину, открыв рот, но так ничего и не ответив, захлопнул его.
– Ладно, не переживай ты так, сходим завтра к Фавре. Она смажет мазями своими чудотворными и будешь как новенький.
Фавра была местной ведуньей. Все жители деревни уважали старуху, заботились о ней, принося скромные дары, а она лечила их от болезней и всяческих зараз. Никто не знал, сколько на самом деле ей лет и откуда она пришла. Некоторые осторожно предполагали, что бабка-ведунья ещё застала времена, когда Енкильмаалом правили Первые люди. Фавра эти слухи не подтверждала, но и не опровергала, тщательно оберегая свою тайну. Люди же не требовали правды, уважая загадочную старуху за её помощь и доброту.
– Думаешь, поможет? – с недоверчивой надеждой спросил Ванька.
– Ну конечно поможет. Не сразу, но поможет. Она же Фавра, она всё лечить умеет.
– Давай сейчас пойдём? Она вылечит, а я с отцом смогу поехать.
– Нет, Ваня, знаешь же, что за день сегодня. Она к ночи готовится, с Богами разговаривает. Нельзя в беседу с высшими силами вмешиваться.
Парень разочарованно нахмурился и смахнул слезу, мелькнувшую в голубом глазу.
– Тогда рано утром пойдём, – буркнул он.
– Отправимся, как солнце на закат пойдёт. Фавре после бессонной ночи отдохнуть надо будет. Договорились?
– Ладно, – буркнул парень. – Только обещай, что поможешь мне дойти. Один я не сдюжу. И чтоб без твоих издёвок.
– Я подумаю, – хитро улыбнулась Полина и встала с корточек. – Есть будешь? Малика говорит, Божан задержится, ему помочь надо Энгилю повозку починить. Вчетвером ужинать станем.
– Буду, если не ты готовила, – Иван дерзко взглянул на девушку и улыбнулся краем рта.
– Ах ты негодник, – рассмеялась Полина.
На неё с благодарностью посмотрела Малика, развешивавшая бельё на веревке, натянутой над печью.
Полина стала накрывать на стол, расставляя тарелки. По помещению разносился аромат тушёного мяса с душицей и чесноком, которое так чудесно готовила хозяйка дома.
Последние лучи заходящего солнца расчертили на столе и по полу вытянутые прямоугольники теней от оконных рам. Со двора раздался крик петуха, который призывал куриный гарем на ночёвку.
Машка суетилась рядом с матерью, возясь со снедью. Она ловко подцепила ухватом горшок с варевом, достала его из печи и, отклонившись назад, стараясь перевесить
