Алексис в безопасное место. Есть в твоём храме такое, чтобы никто не мог добраться?
– Есть. Тарен проводит вас.
Король Рейнграда кивнул и поднялся. Никто не стал осуждать его в том, что он пожелал скрыться, предпочитая избегать надвигающегося сражения. Вот только Катерина и Виран переглянулись, впервые за долгое время разделяя общую мысль. Девушка подавила желание спросить у мужчины, не желает ли он спрятаться. Она знала, что при дворе Килиан он был мастером над монетой, но умел ли он управляться с мечом…
Внимательные зелёные глаза оценили фигуру Вирана. Широкие плечи и сильные руки, скрытые за тканью одежды говорили о том, что он был в хорошей форме, но достаточно ли этого, чтобы сражаться?
Виран всё понял по взгляду. Острый, цепкий, пронизывающий до самых потаённых уголков, он знал его с детства. Катерина умела смотреть так, будто разрезала до сути.
Он усмехнулся, в который раз наслаждаясь её недоверием и умением всё ставить под сомнение.
– Что? Хочешь спросить, умею ли я держать меч? – пробормотал он, запустив руку в медные волосы. – Или мне велено разбрасываться медяками в лицо врагам?
– Размышляю, какому богу молиться, чтобы ты не мешался под ногами, – парировала Катерина, не отворачиваясь.
Он действительно не выглядел беспомощным. Но и опытного бойца в нём не было: не та стойка, не те жесты, не та осанка. Виран всегда был умён, скользок, ироничен, но в бою… она не представляла его рядом. Не видела с мечом. Он принадлежал теням и переговорам. Не стали и острию.
Ксантр сжал переносицу и прикрыл глаза. Слушать словесные перепалки в такой момент совершенно не хотелось. Им нужно было сосредоточиться на обсуждении плана, но никак не сверлить друг друга упрямыми взглядами. Люди… Постоянно надеяться, что всё решится в последний момент.
Вступать в открытое противостояние с Акселем, он не собирался. Ксантр сказал об этом сразу, как только странники явились в его дом. Укрыться и дать доступ к знаниям – единственное, что он мог сделать. Но Фьори… девушка с потухшим взором, но пожираемая ненавистью, привлекла его. Вокруг неё скапливались боги и Ксантр не мог понять причин.
Амария просила защиты для людей, но умолчала о последствиях. Сердце, спрятанное в груди девушки, принадлежало не ей, но Любви удалось скрыть это ото всех. Даже от бога Знаний.
Любопытство и жажда докопаться до истины давно не тревожили бога. Он уже и забыл, когда с таким интересом вовлекался во что-то, не в силах забыться. Желание понять мотивы Хекат разбудили в нём что-то древнее. С одной загадкой ему удалось разобраться – Амария готовила оболочку, но лишилась её из-за планов Смерти. Осталось докопаться до мыслей самой Хекат.
Уверенность в том, что не просто так сестра, не выходящая из своего царства, решила ввязаться в противостояние, росло с каждым днём.
– Если вы закончили, предлагаю приступить к обсуждению плана. Если вы, конечно, хотите выжить.
– Что у нас есть? – включаясь в разговор, спросила девушка.
– На входе стражи, что чувствуют мотивы входящих и, если помысли не чисты – пройти будет невозможно…
– Такие же, как тот, что был во дворце Килиан? Их же всего двое! – склонив голову, уточнила Катерина, и бог Знаний кивнул.
– Ты права, но это даст немного времени и лишит нас пары десятков врагов…
– Времени для чего?
Бог улыбнулся, но не ответил. Раскрывать свои тайны не любит никто, он не исключение. Если кто-то думает, что Знания не способен защитить свой дом, они ошибаются. Ксантр не покидал храм не потому, что не мог, а потому что здесь место, где он сильнее всего. Мудрость, хранящаяся в этих стенах – не только фолианты и книги.
– Я велю убрать зеркала, чтобы ты могла использовать свою силу, Катерина. Когда они проберутся внутрь – ты отвлечёшь их и выиграешь ещё немного времени. Мне нужно будет подготовиться.
– А мне что делать? – спросил Виран вслед уходящему богу.
– Ты будешь защищать полубогиню, разумеется, – Ксантр вновь попытался исчезнуть в глубине полок, но на этот раз остановила девушка.
– Откуда ты узнал, что они вот-вот нападут? – Привыкая ставить всё под сомнения, она не могла не задать очевидный вопрос.
– Птицы, – пожал плечами бог Знаний.
– Что?
– Птицы, – повторил он. – Они кричат громче, чем кажется. Нужно просто уметь слушать.
Катерина нахмурилась, не понимая, шутит ли он. Но мужчина не стал уточнять, исчезнув в темноте.
– Ненавижу эти загадки… Неужели нельзя говорить нормально? – пробормотала девушка и поднялась с места, но выйти из кабинета не успела.
Рука Вирана поймала её, останавливая. В полумраке его глаза блестели мягким золотом.
– Нам нужно договориться, чтобы действовать сообща.
– Просто прикрывай меня, если до этого дойдёт.
– Какую иллюзию ты будешь использовать?
– А чего люди боятся больше всего? – вопросом на вопрос, ответила девушка.
– Э-э-э, смерти?
– Именно! Уверена, после эффектного появления Хекат во дворце, солдаты не рискнут подходить ближе. Но если кто-то из них всё же осмелится… ты умеешь стрелять из лука или метать ножи?
Виран только кивнул, чем вызвал у девушку лёгкое недоумение. Расспрашивать о его навыках она не стала, надеясь, что он не соврал и хотя бы пару человек ему удастся ранить.
Они всё ещё стояли близко друг к другу, переживая странное волнение и предвкушение. От тепла чужой ладони кожу слегка покалывало. Катерина собиралась одернуть руку, но Виран не позволил, сжимая чуть крепче и притягивая девушку к себе. Замерев, она ожидала, что он будет делать дальше, но мужчина всего лишь склонился чуть ближе и прошептал прямо у уха:
– Если ты сейчас же не отправишься в постель, поспать хотя бы пару часов, я лично притащу тебя туда и заставлю закрыть глаза.
– Как заставишь?
– Есть разные способы, но я привык руководствоваться теми, что доставляют удовольствие.
Она сделала вид, что не поняла, о чём речь. Пришлось плотно сжать челюсть, чтобы не выдать возмущение. Время и место были неподходящими для споров и выяснения отношений, потому Катерина решила не накалять обстановку.
– Я не могу проспать нападение…
– Обещаю, что разбужу тебя, как только они появятся на горизонте.
Истинный лик богини
В последнее время Виран чувствовал себя так, словно весь мир вцепился в него когтями и тянет в разные стороны. Он не спал нормально уже несколько ночей. Мысли крутились вокруг сестры, чьё тело носило в себе новую жизнь. Она с трудом справлялась с новой реальностью. Алексис создана для другой
