сочетаниях. Моря были изображены оттенками голубого и синего.
– Наверняка это означает глубину воды, – сказала Менолли, обводя пальцами Нератскую впадину, окрашенную в темно-синий цвет. – Смотрите, тут стрелки обозначают Великое Южное течение. А это Западный поток.
– Если так, – медленно проговорил арфист, – то вот эти полосы должны указывать на высоту над уровнем моря? Нет… там, где должны быть горы в Кроме, Форте, Бендене и Телгаре, цвет тот же, что и в этой части Телгарской равнины. Весьма странно. Что это могло означать для Предков? – Он перевел взгляд с Северного полушария на Южное. – И нигде, за небольшим исключением, нет этого оттенка на другой стороне планеты. Сбивает с толку. Нужно это как следует изучить! – Он попытался нащупать края карты, но она явно была изображена прямо на стене.
– А вот на это стоит взглянуть мастеру Вансору, – сказал Фандарел, который, казалось, был столь поглощен изучением своей находки, что не слышал слов Робинтона.
Пьемур и Джексом повернули светильники в сторону кузнеца.
– Звездная карта! – воскликнул юный арфист.
– Не совсем, – ответил кузнец.
– Это карта наших звезд? – спросил Джексом.
Толстый палец кузнеца коснулся самого большого круга – ярко-оранжевого, окутанного языками пламени.
– Это наше солнце. А это, надо полагать, Алая Звезда. – Палец описал орбиту вокруг солнца, по которой двигалась блуждающая планета. Наконец он коснулся третьего, совсем маленького кружка. – Ну а это наш Перн! – Он улыбнулся скромным размерам планеты.
– А это тогда что? – спросил Пьемур, показывая на окрашенную в темный цвет планету по другую сторону солнца, вдали от других планет и их орбит.
– Не знаю. Она должна быть по эту сторону солнца, как и другие планеты!
– А эти линии что означают? – поинтересовался Джексом, проводя пальцем вдоль линий со стрелками, ведущими снизу карты к Алой Звезде и затем уходящими направо за край.
– Хотел бы я знать… – проговорил мастер-кузнец, потирая подбородок и не отрывая взгляда от загадочных рисунков.
– Я лично предпочитаю эту карту, – улыбнулась Лесса, удовлетворенно глядя на изображение двух континентов.
– Вот как? – спросил Ф’лар, отвлекшись от изучения звездной карты. – Хотя понимаю, о чем ты, – добавил он, увидев, как Лесса накрыла ладонями западную ее часть, и рассмеялся. – Да, вполне с тобой согласен, Лесса. Ты, как всегда, права.
– Как такое может быть? – слегка удивленно спросил Пьемур. – Карта не вполне точная. Смотрите, – показал он, – за утесами плато нет никаких морских вулканов. А в этой части Южного континента берег занимает слишком много суши. И Большого залива тоже нет, да и береговая линия идет не так. Я знаю, я сам прошел там пешком!
– Да, карта уже не точна, – сказал мастер-арфист, прежде чем Лесса успела обрушиться на Пьемура с руганью. – Обратите внимание на Тиллек. Северный полуостров значительно больше, чем должен быть. И никаких следов вулкана на южном побережье. – Улыбнувшись, он добавил: – Но, подозреваю, когда эту карту рисовали, она была вполне точной!
– Ну конечно! – торжествующе воскликнула Лесса. – Каждое Прохождение воздействует на нашу несчастную планету, уродуя ее поверхность и вызывая множество разрушений…
– Видите тот мыс, где теперь Драконьи скалы? – закричала Менолли. – Мой прадед помнит, как земля рушилась в море!
– Пусть даже и есть мелкие отличия, – небрежно отмахнулся Фандарел, – но эти карты – выдающаяся находка. – Он снова нахмурился, глядя на карту. – Закрашенная коричневым область – наши первые поселения на севере. Форт-холд, потом Руат, Бенден, Телгар. – Он посмотрел на Ф’лара и Лессу. – И Вейры. Они все отмечены одним и тем же цветом. Что это может означать? Места, где могут селиться люди?
– Но в самом начале они поселились на плато, а оно не окрашено коричневым, – буркнул Пьемур. – Нужно спросить мастера Вансора. И мастера Никата.
– Мне бы хотелось, чтобы Бенелек взглянул на те кнопки у дверей и, возможно, обследовал заднюю часть корабля, – сказал Ф’нор.
– Дорогой мой коричневый всадник, – ответил кузнец, – Бенелек отлично разбирается в механизмах, но это… – Он очертил широкий круг, давая понять, что продвинутая технология выходит далеко за пределы познаний его ученика.
– Возможно, когда-нибудь мы узнаем достаточно, чтобы разгадать все тайны этих кораблей, – с нескрываемым удовольствием произнес Ф’лар, похлопав по карте. – Но именно эти карты представляют в данный момент величайшую ценность для нас и всего Перна.
Он улыбнулся мастеру Робинтону и Лессе. Робинтон понимающе кивнул. В глазах Лессы плясали озорные огоньки, смысл которых, похоже, был понятен лишь им троим.
– И пока что – никому об этом не рассказывать! – строго приказал он.
Фандарел попытался возразить.
– Это ненадолго, Фандарел, и у меня для этого есть весьма серьезные причины. Вансор обязательно должен изучить эти уравнения и рисунки. А Бенелек пусть пытается разгадать, что сумеет. Поскольку он общается лишь с неодушевленными предметами, тайне, которой должны на время стать эти корабли, ничто не угрожает. Менолли и Пьемур связаны клятвой арфистов, а ты, Джексом, уже доказал свои способности и умение хранить тайну.
Ф’лар задержал пристальный взгляд на Джексоме, и тому невольно стало не по себе: наверняка предводитель Бендена знает о его приключении с тем клятым яйцом.
– На том плато достаточно поводов, чтобы сбить с толку все холды, мастерские и Вейры, так что вряд ли стоит добавлять новые.
Он вновь посмотрел на просторы Южного континента и, покачав головой, широко улыбнулся, а за ним расплылись в улыбках и арфист с Лессой. Внезапно его лицо исказилось.
– Торик! Он говорил, что сегодня будет здесь, чтобы помочь с раскопками!
– Да, и Н’тон должен был меня забрать, – сказал Фандарел, – но не раньше чем через час, а то и больше. Ф’нор вытащил меня из постели…
– А Южный холд в той же временной зоне, что и Телгар. Что ж, ладно. Но мне нужна копия этой карты. Кому из вас троих мы можем поручить эту работу? – спросил он.
– Джексому! – поспешно ответил арфист. – Он крайне аккуратно копирует, а когда вчера вечером за Шаррой прилетал всадник из Южного, Джексом был в Руате. К тому же вполне разумно держать Рут’а поодаль. Местные файры составят ему компанию и не смогут болтать с троицей Торика.
Вопрос решился быстро. Джексом остался в корабле со средствами для копирования и всеми имевшимися светильниками. Чтобы скрыть отверстие в корпусе корабля от случайных глаз, соорудили защиту из веток. Рут’а попросили приманить к себе местных файров и по возможности погрузить их в дрему. Утренние усилия утомили Рут’а, так что он с готовностью свернулся на солнце и заснул вместе с малышами. Остальные вернулись в Прибрежный холд. Джексом начал копировать эту необычайно важную карту.
Работая, он пытался понять, почему находка так обрадовала предводителей Вейра
