Странник. Хроники Альрата - Рина Когтева

– Арким, – произнес он, – она уехала две недели назад. Возможно, она еще там. Больше я ничего не знаю.

Мне и этого хватило.

Арким находился в одном из северных номов, это был небольшой городок, про который Боги вспоминали раз в несколько сотен лет, да и то случайно. В нем не было совершенно ничего примечательного, и мне было сложно понять, почему Канитар уехала именно туда. Возможно, для нее этот город имел какое-то особое значение. Как бы то ни было, добраться туда из Ландера было не так просто, сначала нужно было лететь на каре до одного из крупных городов, а потом каким-то попутным транспортом добираться до Аркима. У меня бы не хватило денег даже на то, чтобы туда доехать, не говоря уже о том, что в Аркиме мне тоже нужно будет провести какое-то время. К тому же пора было вносить плату за мое жилье, а комнатушка была слишком удачным вариантом, чтобы от нее отказываться. В общем, пришлось мне занимать у Морна. Он в то время учился в семинарии, с утра до вечера корпел над учебниками, так что общались мы мало. Мне пришлось полдня слоняться у его дома, потому что он не отвечал на звонки. На его робкий вопрос, зачем мне такие деньги, я коротко ответил, что просто надо. Рассказывать ему о Канитар я не имел ни малейшего желания: когда ты влюбился в шесемт, потомственный жрец Анима – последний, с кем ты этим поделишься. В общем, Морн вытряс свою свинью-копилку, и я стал счастливым обладателем существенной денежной суммы. Я оплатил аренду комнаты за два месяца, собрал свои принадлежности для рисования, взял сменную одежду и запасную обувь – собственно, весь свой гардероб – и отправился на вокзал, где купил билет на первый же кар, который летел на север.

До Аркима я добирался два дня, ночевал на вокзалах, у дорог в ожидании попутного фермерского грузовика, в каком-то городе просто спал на улице. Пришлось потратить деньги на теплую одежду, потому что экваториальный Ландер остался далеко позади. И вот я, наконец, оказался в Аркиме. Городок был не из интересных: в центре площадь, на которой стоял какой-то пятисортный храм, тут же расположился базар и лавки для тех, кто побогаче, дальше следовал богатый район, потом бедный район, каждый состоял всего из нескольких улиц. Я остановился посреди главной площади, поставил на мостовую свой нехитрый багаж и начал думать, что мне делать дальше. Впрочем, решение было совершенно очевидным. Я сразу же понял, что площадь – это место, где хотя бы раз в несколько дней бывает каждый горожанин, если он вообще умеет ходить. Канитар ходить умела, так что мне следовало просто находиться здесь и наблюдать. Была возможность совместить приятное с полезным. Я пожал плечами и отправился устраивать свою жизнь в Аркиме.

Первым делом я нашел комнату, стоимость была в пять раз меньше той, что я платил в Ландере, при этом комната была в пять раз больше – прелести провинции. Потом я отправился на базар, нашел хозяина рынка и объяснил, что я странствующий художник, рисующий портреты на заказ, так что мне нужно место. Мы достаточно быстро сговорились о проценте, который он будет получать, и я почти сразу же устроился на прекрасной позиции, где я мог видеть всех. Правда, и меня было неплохо видно, но тут уж никуда не денешься. Надо сказать, что ко мне достаточно быстро выстроилась очередь из желающих запечатлеть себя для истории, но я тут же задрал цену, и очередь заметно поредела. Но даже несмотря на это через несколько дней у меня собралось достаточно заказчиков, чтобы мое проживание в Аркиме вышло на самоокупаемость, и не пришлось бы залезать в оставшиеся деньги Морна – или чего доброго просить у него еще. С этим, кстати, могли быть проблемы, потому что Благословенный Джалан уже лет десять как намекал будущему Благословенному Морну, что сын бедняка не может быть другом «Анимскому наследному принцу», как я иногда издевательски называл Морна. Если бы я еще и деньги занимать начал, тем более такие суммы, то папаша-Джалан явно встал бы на дыбы.

Еще через несколько дней я заметил на другом конце площади силуэт, который узнал бы из тысячи. Крикнув другим торговцам, чтобы присмотрели за моим барахлом, я бесцеремонно оставил позировавшую мне женщину и отправился на улицу, на которую свернула Канитар. И я ее увидел, это точно была она. Она шла медленно, в руке у нее была небольшая сумка, вероятно, с чем-то, что она купила на рынке. Город я еще знал не слишком хорошо, поэтому решил просто идти на некотором расстоянии, а не пытаться пройти параллельно каким-нибудь другим путем. Канитар почти уже миновала богатый квартал, когда неожиданно свернула с главной улицы. Мне пришлось побежать, и я успел заметить, как ее платье мелькнуло у входа в один из домов. Я пошел туда же, подергал ручку – дверь, к моему удивлению, оказалась открыта. Когда я вошел, то сразу же оказался в холле с высоким потолком и моментально понял, что это за место.

– Сколько у вас стоит комната? – спросил я вышедшего ко мне мужчину.

Он назвал сумму, я попросил посмотреть, мы поднялись на второй этаж, и он показал мне вполне сносный для гостиницы захудалого города номер. Не такой многообещающий вариант, как то, что я сам снял, но в данном случае важнее было то, что здесь же жила Канитар. Будь мы в Ландере, я без зазрения совести предложил бы хозяину щедрое вознаграждение за то, чтобы он поселил меня рядом с Канитар, но это был провинциальный Арким. Подобная просьба будет выглядеть очень подозрительно, и Канитар сразу же об этом сообщат. Я снял комнату на три дня, потом вернулся на рынок, собрал свои вещи, отнес их домой, забрал оттуда что-то, что напоминало бы багаж, и вернулся в гостиницу. Уверен, что к тому времени по городу уже поползли слухи о моем странном поведении, так что Канитар – если у нее были знакомые – скоро должна была об этом узнать. Впрочем, знакомых у нее было мало, иначе она и не явилась бы на рыночную площадь – для нее догадаться, кто такой этот новый художник было проще