по кристаллу окна. Магрим поднял взгляд, удивился, потом шагнул к окну и открыл задвижку.
– В чем дело?
– На юге что-то большое плывет по воде.
Магрим сейчас же обернулся и крикнул кому-то:
– Найди Каллумкала!
Нефрита хотела разобраться с этим немедленно, но появившийся на палубе Каллумкал попытался убедить ее подождать до утра.
– Сейчас, без сомнения, это слишком опасно, – сказал он.
Кишцы приглушили палубные огни, и лодка погрузилась во тьму, отчего контур улья, плывущего по искрящейся воде, стал виден отчетливее. Лун не отводил от него взгляда, и шипы у него нервно топорщились.
– Никакого движения. Кто или что бы там ни было, ему неизвестно, что мы здесь, – заметила Нефрита.
Они невольно понизили голоса, хотя находились слишком далеко, чтобы возможные обитатели улья их услышали. По крайней мере, они на это надеялись. Лун разделял тревогу Каллумкала, но все же было необходимо исследовать, что там.
– Возможно, им неизвестно, что мы здесь, – поправил Делин. – Или это ловушка.
Ежевика и Толк возмущенно молчали, хотя и не так возмущенно, как Эрика, Корень и Песня, которым велено было остаться с ними.
– Мы справимся, – сказала Нефрита и прыгнула на ограждение. – Только не подводите лодку ближе.
Она взлетела. Лун, Звон, Елея и Поток последовали за ней.
Лун качнул крыльями, ловя ветер, и сделал круг над неизвестной структурой. Позади он услышал свист рассекаемого воздуха – характерный шум крыльев Утеса, который спрыгнул с кормы лодки и сменил облик в полете.
Вони сквернов по-прежнему не ощущалось, как и других запахов. Глазам раксура хватало света, чтобы видеть куполообразные формы множества ульев, хотя Лун не мог рассмотреть деталей. Потом они пролетели над строением, напоминавшим плоскую открытую чашу, выступавшую из бока самого большого улья.
Они сделали еще круг.
– Я приземлюсь вон на тот плоский участок, – сказала Нефрита.
Утес позади них издал что-то среднее между фырканьем и рычанием.
– Нет, Нефрита, там может быть пасть существа… – попробовал возразить Лун.
Но она уже устремилась вниз.
– Это не пасть, – сказала она, когда Лун приземлился с ней рядом.
Под ногами хрустело. Запах неизвестной платформы был скорее растительным, чем животным, но и растения бывают хищными.
– Это все равно может быть пасть, – предупредил Лун.
– Это сухие морские водоросли. – Нефрита осторожно прошла вперед. – А вот и дверь.
Лун хотел возразить, что это может быть горло, но сдержался. Он начинал думать, что Нефрита права. За их спиной с негромким хрустом приземлились воины. Что-то темное нависло сверху, потом внезапно исчезло, и на платформу спрыгнул Утес в земном обличье. Воины испуганно отшатнулись, а Лун зашипел.
– Прекратите, – приказала Нефрита. – У кого есть фонарь?
Звон отыскал в висящей на шее сумке светящийся объект – заговоренную на свечение металлическую чашу с летающей лодки – и протянул Луну. Видимо, Толк сделал на скорую руку. Лун передал светильник Нефрите, та подняла его и шагнула в проход.
Они увидели стены, свитые из переплетенных темных водорослей. Свернув крылья, Нефрита двинулась дальше. За ней шел Лун, потом остальные.
Проход уходил по спирали вглубь строения. Лун начал ощущать другие запахи – гниющие фрукты, разлагающиеся растения.
– Это создали чьи-то руки, – сказала Нефрита. – Эта штуковина не…
– Не природного происхождения. – Звон выскользнул из-за спины Луна. – Я тоже так думаю.
– Посвети повыше, Нефрита, – попросил Утес.
Нефрита остановилась и подняла чашу. Взглянув наверх, Лун понял, что крыша высокая и вся увешана сетчатыми мешками. Он не переставал думать о сквернах и ожидал увидеть там мертвые тела земных обитателей. Но миг спустя сообразил, что перед ним кладовая и она не принадлежит сквернам. В мешках хранились разные водные растения, веревочные лианы, песчаные дыни, растущие на берегах и соленых, и пресных вод. Там были и раковины моллюсков, и куски дерева.
– Припасы, – тихо произнесла Елея. – Должно быть, каких-то морских или пресноводных созданий.
«Это, конечно, успокаивает, но… Где же они? – подумал Лун. – Похоже, здесь совершенно пусто».
Нефрита двинулась дальше. Пройдя еще два поворота спирали, она замерла.
– Я что-то слышу. Дыхание?
– Это под нами, – сказал Утес. – И там что-то движется.
Лун ощутил мурашки тревоги, ползущие по спине под чешуей и шипами. Звон нервно вздрогнул.
Они продолжили путь по лабиринту, ориентируясь на слабый звук.
– Впереди что-то есть, – сказала Нефрита и, чуть повысив голос, добавила: – Мы извиняемся за вторжение на ваше судно или жилище.
Лун шагнул вперед, встал рядом с ней и, наклонив голову, ловил каждый слабый звук. За гранью освещенного фонарем пространства виднелся дверной проем. За ним дышало какое-то существо. Возможно, много существ. Глухой шелест напоминал дуновения слабого ветерка.
Последовала долгая пауза, затем по полу пробежала слабая волна вибраций, как будто в комнате впереди кто-то двигался. Лун вздрогнул и ощутил, как за его плечом, ни слова не говоря, встал Утес.
Затем раздался робкий скрипучий голос. Им явно говорили, но Лун не мог разобрать слов. Речь походила на шорох ветра. К ней присоединились новые голоса.
– Я вас не понимаю, – сказала Нефрита и вошла в дверь.
Ее шипы дернулись от неожиданности. Лун за ее спиной тоже изумленно застыл. Так, это что-то новое.
Все помещение внутри было усеяно нишами, и больше половины из них занимали разные существа. Все мелкие, самое крупное не больше шага в высоту, полупрозрачные, с различным набором щупалец, клешней или плавников. Одни с выпуклыми круглыми головами, другие вообще безголовые. Некоторые, сидящие ближе к потолку, начали светиться, и комната постепенно наполнилась слабым синим сиянием. Большая группа существ выбралась из ниш, но вместо того, чтобы идти к вторгшимся в их жилье раксура, они сбились в плотный клубок в центре.
Они сцепились друг с другом, а потом поднялись.
Нефрита в недоумении зашипела.
– Ты когда-нибудь видел…
– Нет.
Ничего подобного Лун не видел.
– Что это? – прошептал позади него Звон.
– Они собрались в кучу, сплелись и образовали единое целое, – сказал Лун.
– Мы видели и менее приятные вещи, – заметил Поток.
Он был прав.
Создания попрочнее образовали три ноги, другие зацепились за них и создали туловище, два длинных существа свесились с него, изобразив руки с короткими щупальцами на концах тел вместо пальцев. А круглое наверху, похоже, стало головой. Создание снова заговорило – речь исходила изо рта, открывшегося в середине туловища, и на сей раз Лун разобрал отдельные слова, хотя по-прежнему их не понимал.
– Это морской торговый язык, – пояснил Утес. Он отодвинул Луна плечом, шагнул в комнату и произнес несколько слов. – Я сказал этому… им… что мы путешественники.
Руки-щупальца с покрытыми полупрозрачной кожей пальцами шевельнулись в приветственном жесте. Существо что-то проговорило.
