дома. Кроме меня здесь был вездесущий Бран, ну и Аргос.
— Эридан? — Бран даже удивился моему появлению и тут же взял в оборот, расспрашивая о своих дальних потомках.
Я рассказал ему вкратце и пристал к Аргосу.
— Мне нужно зачаровывать оружие или что-нибудь такое! — выжал я слегка обалдевшему богу.
— А меч раздора тебе не нужно? — сварливой спросил он.
— Надо! — оживился я.
— Зачем тебе это все? — пришлось мне ему рассказывать по порядку про все злоключения. Про святую богиню, про печать, про демона, которого мы убили при помощи силы Элии.
Аргос замолчал надолго. Я уже ждать устал и хотел его сам спросить, но не успел: — Я вспомнил, что это за магия! — прорычал он так, что аж стены задрожали. — Мои воины еще во времена магической воины сталкивались с ней! Это магия крови! Это демоны, призванные теми кристаллами! Ах они твари! — храм снова вздрогнул. — Снова где-то откопали знания про нее! Аргх! — с потолка посыпалась штукатурка. Снова долгое молчание.
— Святую богиню я помню. Ее звали Иналия. Хорошая девушка, честная. Потом пропала куда-то. Не знал, что она в заточении! — Аргос взрыкнул. — Освободите ее и выясните, кто это мог сделать, а и вот еще что. Иди сюда.
Я подошёл, он снова положил мне лапу на голову: — Ты к этой силе не готов. Она может тебя поглотить, и ты станешь безумцем, но вывести из этого состояния тебя сможет служительница Иналии. Они в этом мастаки. Применяй эту силу только в том случае, когда других вариантов не останется. Понял?
— Понял, — я сглотнул вязкую слюну. С подобным связываться мне не очень хотелось.
— Еще запомни руну, что я покажу. Нанесите на оружие, — добавил бог, а потом от его руки повеяло теплом. Приятное такое чувство, постепенно переходящее в жар и жар, становился все сильнее.
Я терпел изо всех сил, стараясь не заорать от опаляющего жара, проникавшего прямо под кожу. Он растекался по моему телу, охватывая каждый его участок и вскоре я сам горел. Мука кончилась также резко, как и началась.
— Запомни. Эту силу используй только в самом крайнем случае! — напутствовал Аргос. — Ты еще к ней не готов. Ступай.
Я очнулся ото сна, когда первые рассветные лучи осветили город.
«Хоть выспался и то хорошо. Когда я последний раз нормально спал? Не припоминаю» — бурчал я в своих мыслях, ополаскивая под водой лицо. ледяная, горная воды сводила зубы, но и сонную хмарь прогоняла отлично.
Остальных я нашел у лестниц второго яруса. Они завтракали, расположившись прямо на ступенях.
— О, соня пришел, — Нейтан отсалютовал мне кружкой с отваром. — Пока ты спал, они заняли половину нижнего города.
— Мы не стали атаковать, — вздохнула Элия. — Неизвестно как с ними бороться, а нижний город нам не так уж и важен. Наемники пробовали обстрелять их из луков и арбалетов, но толку никакого.
— Аргос сказал, что нужно освобождать Иналию, — сообщил я ей, ухватывая ломоть мяса с хлебом. — Говорит, она может сильно помочь.
— Какую еще Иналию? — нахмурилась святая.
— Богиню вашу так зовут! Иналия! — рявкнул я, раздражаясь на ее утреннюю тугодумность.
— Правда⁈ — вытаращила она на меня глаза. — Ее правда так зовут⁈ — я кивнул головой. — Элия подскочила на месте и запрыгала от радости. ОТ зрелища, как святая прыгает, в осадок выпали все окружающие. — Нам ведь только имени ее не хватало! Теперь мы сломаем печать!
— Иди, ломай, не сиди просто так! — поторопил я ее, глядя на странное шевеление во вражеском лагере. Чувствовал, что они скоро пойдут в атаку. — Хрульд, — я изобразил в пыли символ, который мне показал Аргос. — Пусть все нанесут на оружие.
— Нам тоже можно? — Тиберий осторожно подошел к нашему кружку, прислушиваясь к разговору.
— Нужно. Вообще всем нужно. Наносите, пока время есть.
Аргос мне толком не рассказал, что это за символ или руна. Сказал только, что она лишает связи с магом и выкачивает энергию из тварей, созданных колдовством. Вот у него всегда так. Тень на плетень наведет и молчит, а мне догадывайся и на практике пробуй.
Оказалось, что к нам сбежали еще и кузнецы из первых руин. Вот они-то и принялись наносить знак на все оружие, которое им подсовывали. Некоторые додумались даже не наконечники стрел и болтов просить нанести, но их отправили, пояснив, что и так времени мало. Хотя идея отличная.
Вскоре в лагере противника началось шевеление. Рыцари строились в боевые порядки, готовясь к атаке. Мы тоже были готовы драться до последнего. Ничего другого нам не оставалось.
— Скажи им что-нибудь, — толкнул меня в плечо Хрульд. — Они все ждут. Ты хоть и не считаешь себя вождем, но все они сегодня тебе подчиняются, — он показал рукой на целую толпу людей. Паладины, наемники, вояки. Все они смотрели на меня.
— Да, скажи им, — пришедший в себя Хорст улыбнулся. — Сегодня мы все идем за тобой.
Я вдохнул густой, как смола, воздух и поднялся на парапет лестницы. Почему-то вспомнился Врандл и та обреченность, с которой мы шли в бой. Все повторялось, только сейчас я воюю за тех, кто собрался здесь, за тех, кто живет в горах.
— Если мы падем, никто не узнает о тьме, что надвигается на нас! — мой голос раскатился над вторым и третьим ярусом. — Если мы проиграем, умрут невинные! Смерть пойдет по земле в лице этих рыцарей и их скотов-хозяев, получивших в свои руки запретные знания! Они называются магией крови! Знайте вы все, что где-то там в Вольных землях притаился страшный враг, который не гнушается ничем, чтобы получить больше власти! Сегодня мы с вами здесь все смертники! Вы должны были умереть в первых и вторых руинах. Мы должны были умереть здесь! Но пока мы живы! Так давайте им покажем, что могут смертники! Уничтожим зло здесь, а потом пойдем и выкорчуем его там на вашей земле, где живут ваши жены, ваши дети, которым угрожает страшная опасность! Не за себя бейтесь! За них бейтесь!
Я спрыгнул на лестницу, доставая топоры поднял один над головой: — Вперед! За победой! — и побежал, разгоняясь все быстрее прямо на встречу этим мерзким тварям.
