class="p1">Нефрита склонилась к нему, потом неожиданно передумала возмущаться и откинулась на стену каюты.
– Ну ладно, мы живы. И находимся с подветренной стороны.
– И здесь были предтечи, – сказал Лун.
– Да, – мрачно глядя вверх, согласилась Нефрита.
Теперь они были всего в двадцати шагах от поверхности. Лун услышал, как открылась пара дверей и два жандерана вышли на нижнюю палубу, приготовившись управлять большим огнестрелом. Елея, Поток и Эрика запрыгнули на крышу каюты ближе к корме, их шипы нервно подергивались.
Корабль поднялся выше, и вода под ним забурлила. Ветер доносил запах сквернов, и Лун, извернувшись, посмотрел в сторону скалы. Там, на фоне звездного неба, втрое дальше от солнцехода, чем от острова, был заметен большой и темный объект. Наблюдая за ним, на фоне легких облаков Лун разглядел крыло кетеля.
– Они кружат, – заметил он. – Интересно, какая стая победила.
Он вспомнил королеву сквернов, обменявшую Ежевику на своего владыку. Трудно представить, но иногда владыки или прародительницы сквернов заботились друг о друге, хотя с дакти и кетелями обращались совсем иначе.
– Сомневаюсь, что это имеет значение. – Нефрита наклонилась к окну. – Не включайте движитель. Скверны могут услышать.
В окне показалась Рорра.
– Да, пусть течение уносит нас в океан. Стены опустились, вы заметили?
От слов «в океан» шипы Луна едва не дернулись. Ему казалось, что в океане нужен корабль побольше, возможно, размером с остров, но выбора не было. Он изогнул шею, стараясь увидеть, закрыта ли дверь и погрузился ли зал снова в воду. Он заполнялся, выталкивая их на поверхность. Потом, когда дверь закроется, вода снова куда-то уйдет. Им повезло, что спустя такой долгий срок система еще работает, но это значит, что и защита города предтеч тоже функционирует.
Бурлящая вода успокаивалась.
– Думаю, да, – сказала Рорре Нефрита.
– Тогда надо идти дальше.
Рорра отошла от окна и вернулась к рулевому рычагу.
– Плохо, что нельзя пользоваться движителем, ведь если кристалл привлекает сквернов, то чем мы быстрее уйдем, тем лучше, – произнес Лун на языке раксура.
Надо отойти от скалы на большее расстояние, чем скверны могли покрыть без отдыха. Тогда, если здесь нет островов, скверны их не догонят.
Шипы Нефриты выразили угрюмое согласие.
Корабль постепенно отходил от морской горы в бескрайнюю тьму, где море встречалось с океаном. На двух центральных мачтах начали разворачивать паруса, похожие на гигантские опахала.
Учитывая размер скалы и отсутствие других ориентиров, трудно было сказать, удаляются они от нее или нет. Но спустя некоторое время Лун понял, что ощущает движение корабля. Стояла полная тишина, не считая шума ветра и шагов или приглушенного голоса какого-нибудь кишца.
Лун даже не заметил, что задремал, пока его не подтолкнула Нефрита.
– Иди внутрь, поспи, пока не свалился с корабля.
– Ха. – Он с трудом вытянул затекшие ноги. Скала нисколько не уменьшилась, но он чувствовал, что прошел час или больше. В небе было по-прежнему пусто, облака улетели, не считая нескольких клочков, закрывающих звезды. Теперь корабль шел быстрее, течение подталкивало его вперед. – Тебе самой нужно поспать.
– Когда отойдем немного подальше. – Нефрита отодвинулась от стенки каюты и пошевелила плечами, сбрасывая напряжение в сложенных крыльях. – Потом я пошлю отдыхать Утеса и других. Елея и Поток в лучшей форме, чем остальные, они будут первыми нести вахту.
Лун неуклюже вскарабкался к рубке. Каллумкал держал рулевой рычаг, а поникшие от изнеможения Эсанкель, Калам, Вендоин и Рорра сидели на скамьях у стены. Калам уснул, положив голову на жесткое плечо Вендоин.
– В воздухе никого? – стараясь не повышать голос, спросил у Луна Каллумкал.
– Никого. Пока никого. – Он поколебался, не зная, хочет ли услышать ответ. – Мы уже в океане?
– Мы на Синей полосе, где море встречается с океаном, – немного поправив руль, отозвалась Рорра. – На рассвете сам увидишь.
Лун не стал спрашивать, знает она это как морская обитательница или как навигатор. Он вышел из рубки в темный коридор и пошел вниз по лестнице.
На самой нижней палубе, где находились каюты без окон, еще горели кое-какие огни. Все киш-жандеры, которых он мельком видел через дверные проемы, спали, устроившись на скамьях. В каюте раксура Толк и Ежевика свернулись вдвоем на одной скамье, а Делин сидел на полу с листком бумаги и кожаной папкой на коленях и хмурился, глядя в стену. Когда вошел Лун, Делин заморгал так, словно от сосредоточенных размышлений позабыл, что здесь еще есть кто-то живой.
– Все в порядке? – спросил он.
– Пока да, – зевая, ответил Лун. Он пересек каюту, опустился на свободную скамью и переменил облик. И скривился – болели плечи, спина, все болело. Ветер высушил чешую, так что хоть одежда была не мокрая. Но кожа горела от соли. – Ты видел дверь-цветок? Наверное, предтечи сделали этот проход для строителей фундаментов.
– Да, очевидно, они были союзниками, – по-прежнему с отсутствующим видом произнес Делин. – И это не так уж неожиданно, как мы думали.
– Что ты читаешь? – Лун кивнул на бумаги.
Делин похлопал по ним.
– У Вендоин есть кое-какие переводы, и я хочу их посмотреть. – Он встал. – Она еще в рубке?
Лун кивнул и лег на бок.
– Тогда отнесу это в ее каюту, – сказал Делин.
Лун снова зевнул.
– Она сумела прочесть надпись на стене – над аркой в том месте, где мы впервые вошли в город?
Делин остановился в дверном проеме.
– Там сказано: «Если ваши глаза видят это и никто вас не приветствует, значит, мы потерпели неудачу. Но вы существуете, и наша неудача не окончательна».
Делин ушел, а Лун все пытался понять эти слова. Он провалился в сон, размышляя о том, почему Делин читал перевод Вендоин, когда все готовились к атаке сквернов.
От тяжелого сна Лун немного очнулся, лишь когда смутно осознал, что движитель солнцехода снова ожил и застучал. Вскоре после этого на скамью залезла Нефрита и свернулась с ним рядом.
Он проснулся, зная, что давно наступил рассвет. Лун осторожно сел и высвободился из объятий Нефриты. Толк и Ежевика ушли, но Звон, Корень и Эрика лежали на соседних скамьях.
Лун выскользнул из каюты, никого не разбудив, хотя все еще был сонным и покачивался. Он направился по коридору в сторону носа, прошел через зону команды, полную спящих, а оттуда – к двери на палубу. Утес уже стоял там, опершись на ограждение, но внимание Луна сразу привлек открывшийся вид.
Глубокая темно-синяя вода и безграничное небо до горизонта. Пересекая легкие волны, корабль шел на юго-восток, движитель сражался с течением, чтобы их не отнесло дальше в океан. Лун встал рядом с Утесом. Ветер
