такое неуклюжее, но все еще быстро отзывающееся. Не расплющен о стену. Не смят. Только лишь отброшен в сторону, испуган и дезориентирован. Но все еще жив.
Лэйд почти мгновенно ударил ножом, хоть и не помнил, как вытащил его из кармана. Ударил вслепую, не успев даже восстановить равновесия, вслепую, сквозь облако поднятой древесной пыли и трухи. Чем опаснее хищник, тем он самоувереннее, тем сильнее полагается на первый свой удар, который станет и последним. А самоуверенность нередко играет со всеми хищниками злую шутку – это он знал на собственном опыте.
Метнувшийся вперед нож не встретил препятствия, лишь вспорол припорошенный пылью воздух, впустую чиркнув пустоту. Лейтон мгновенно отпрянул, не подставляясь под удар, его текучее тело, отлитое из какого-то гуттаперчевого материала, изогнулось немыслимой дугой. Будь оно хотя бы вполовину человеческим, хребет от такого маневра переломился бы надвое. Но человеческим оно не было.
Хвост Лейтона, похожий на змею, с которой срезали кожу, стегнул в воздухе, точно хлыст. Ловкий и коварный удар, который был нацелен в лицо Лэйду, но пришелся на семь дюймов левее.
- Для человека, рядящегося в тигриную шкуру, ты слишком немощен и слаб, Лайвстоун. Тебе впору было именоваться крысой!
Вместо ответа Лэйд ударил – коротким резким выпадом от локтя, нацеленным снизу вверх. Хитрый удар, который чаще встречается в подворотнях, чем на навощенном паркете фехтовальных классов, способный поймать врасплох даже искушенного противника. Но Лейтон был начеку. Почти беззвучно отпрянул, одним движением оказавшись вне пределов досягаемости крошечного лезвия.
Чертовски гибкие лапы. Чертовски быстрый.
Может, Лейтон и не был знатоком по части схваток, но его тело предоставило в его распоряжение весь свой звериный арсенал, обточеный и доведенный до совершенства многими тысячелетиями эволюции. Арсенал куда более богатый, чем тот, которым располагал сам Лэйд.
- Ты не видел настоящих крыс, - пробормотал Лэйд, медленно чертя перед собой лезвием концентрические круги, - А я видел, и много.
Лезвие осталось чистым, так и не отведав крови, в то время как он сам отчетливо ощущал на правом предплечье пробивающееся сквозь онемение жжение. Видно, когти Лейтона все же достали его. Рана не была серьезной, но если вены рассечены, у него могут быть большие неприятности. Вместе с кровью из тела уходит сила. А ему сейчас нужны все ее запасы до последней капли.
Лейтон приник к самому полу, мгновенно подобрался и прыгнул вперед. Лэйд двинул вперед левым плечом, стремясь уйти с траектории удара, одновременно опуская для встречного восходящего удара правую руку с зажатым в ней ножом. Шкура Лейтона, розовая, безволосая, была тонка и мягка, едва ли она представляла серьезное препятствие даже для короткого лезвия, но…
Удар вновь ушел в пустоту, полоснув воздух коротким гудящим полумесяцем. В последнюю секунду Лейтону удалось изменить направление движения, отчего его гибкое сильное тело, вильнув точно торпеда, врезалось в бедро Лэйда.
Он не успел сгруппироваться, не успел отпрянуть. Отлетел в сторону, отчаянно пытаясь сохранить равновесие, не растянуться на полу. Нога, едва не переломленная в бедре, сделалась деревянной подпоркой, на которую он даже не мог толком опереться, мгновенно вышла из-под управления. Но Лейтон был слишком осторожен, чтобы использовать плоды своего успеха – шипящее лезвие в руке Лэйда внушало ему определенные опасения, и не напрасно. Он усмехнулся, наблюдая за тем, как Лэйд, хромая, пятится назад, выставив перед собой свой жалкий шип.
- Неуютное ощущение, верно? Каково это, Лэйд Лайвстоун? Каково быть богом, низверженным на землю? Ты ощущал себя в безопасности, не так ли? Ты наслаждался, наблюдая за нами, такими испуганными и беспомощными. Ну конечно. Ты знал, что он не в силах с тобой совладать. Пока не в силах. Ну а теперь?
Лэйд заворчал, поворачиваясь на одной ноге вслед за Лейтоном, гибко огибающем его.
В безопасности? Что это, черт возьми, могло значить?
Его третья атака едва не увенчалась успехом. Короткий выпад почти застал Лейтона врасплох, однако ножу не хватило всего трех или четырех дюймов длины, чтобы проткнуть обтянутый блестящей розовой кожей бок. Лейтон молниеносно отскочил в сторону, по-кошачьи приземлившись на чудовищно вытянувшиеся лапы. Бесцветная шерсть на его собравшемся складками загривке встала дыбом, пасть ощерилась, распахнувшись так широко, что Лэйд на миг увидел зев чудовища – розовое, в коричневую крапинку, нёбо и усеянный мелкой колючкой широкий язык.
Жаль, нет бомбы, чтобы метнуть туда, или, по крайней мере, револьвера…
Тело Лейтона не успело пройти всей череды трансформаций, человеческим костям требовалось время, чтобы перестроиться. Но даже сейчас оно было смертельно опасным, более сильным, чем у взрослого бенгальского тигра. Лейтон мог не опасаться ножа. Один мощный прыжок позволил бы ему смять Лэйда, смести его, точно пушинку. Секунда – и страшные челюсти, вооруженные трехдюймовыми клыками, с хрустом раздробят его голову и грудь. Но нож в руке Лэйда – крохотный дрожащий нож для писем – оставался оружием, и человеческая часть Лейтона относилась к нему с опаской.
Лэйд, пятясь и подволакивая ногу, зашел за пустой стеллаж, чтобы между ними было хоть какое-то препятствие. Лейтон, мягко двигающийся по комнате, словно бы и не заметил этого, лишь сверкнули насмешливо жуткие лунные глаза.
В этой обманчивой кошачьей медлительности таилась смерть, и Лэйд ощущал ее необычайно отчетливо и остро. Как острый ярлычок на новом пиджаке, впивающийся в кожу между лопатками.
- Брось, - выдохнул он, пытаясь принять подобие стойки. Правая нога, в которую пришелся удар, вела себя ненадежно, да и двигалась с опозданием, не поспевая за телом, - Если мы будем биться друг с другом, демон победит еще быстрее! Вы хотите дать ему такую возможность?
Он отступил за пустой стеллаж, но тот не стал преградой для Лейтона. Небрежно ударив лапой, Лейтон обрушил его на пол, жалобно зазвенели раскатившиеся в стороны консервные банки.
- Возможно, мне удастся то, что не удалось тебе, Лэйд Лайвстоун. Возможно, я смогу с ним договориться.
Безумец. Крохи человеческого здравомыслия в его мозгу, должно быть, рассосались без остатки, уступая звериным инстинктам. Тот Лейтон, которого знал Лэйд, был бесконечно осторожен и расчетлив. Этот, мягко ступающий лапами по паласу, ощутил вкус силы и получал наслаждение, распоряжаясь ею. А может, ощущая его, Лэйда Лайвстоуна, растворенный в воздухе страх.
- Чтобы торговаться с демоном, вам нужно то, что его заинтересует, - бросил Лэйд, быстро отступая. Полупрозрачные серповидные когти Лейтона царапнули воздух в пяти дюймах от его уха, но Лэйд не ощутил облегчения – удар явно был нанесен небрежно, не
