напугать, а вот потустороннее или необъяснимое — это да…
— Так наоборот, всем интересно должно стать! Сорвиголовы должны туда стремиться, разгадывать тайны опричнины. — перебил его Илья.
— И стремятся. Только их гораздо меньше, чем можно себе представить. И еще меньше возвращается. Почти никто и не возвращается.
— Хорошо, раз нет там ничего такого… такого неописуемого, так почему правительство не наведёт там порядок? — все более распаляясь спросил Илья.
— А зачем? — отозвался Владимир.
Илья посмотрел на Семена, словно ища у него поддержки. Но Семен поглядывал в окно, уголками губ улыбаясь своим мыслям или посмеиваясь над наивностью Громадина.
— В смысле зачем? — не унимался Илья.
— В прямом смысле. Зачем правительству это надо? В чем его экономический, политический или другой интерес? Ну существуют некие анклавы, живут в них какие-то люди, никуда особенно не лезут, ничего не требуют. Анклавы разные: большие и маленькие. Маленьких уже и не осталось почти, а с большими слишком много мороки. Денег это дело не принесет, политического влияния — тем более. Если помнишь, у нас еще чрезвычайное положение действует, а значит властям переживать из-за выборов и прочего не приходится. Войной туда идти? По опросам, народ эту идею не поддерживает — и так много народу потеряли в пандемию. Вот и живет опричнина. Живет как хочет, без государева указа.
Владимир замолчал, а Илья так и не нашелся, что ответить. Ему всегда казалось, что за действиями больших начальников и руководителей скрывается некое знание. Нет, он, конечно, видел идиотов на постах, но те и не были большими начальниками, только сами так думали. А уж у действительно больших начальников всегда есть план, основанный… да хоть на библиотеке Ивана Грозного! Не могут они так действовать! Не должны. И каждый раз подобное отрезвляющее открытие ненашутку удивляло Илью. Каждый раз выходило, что весь профессионализм высших чиновников заканчивался ровно в том месте, где начиналась угроза их власти и комфортной жизни.
Илья сам не мог ответить для себя на вопрос зачем что-то делать с опричниной. Но ему не нравилась мотивация руководства. Просто не нравилась. Без объяснений. От этих невеселых рассуждений его отвлекло дерево, лежавшее через дорогу и не дающее им проехать. Илья неспешно стал сбрасывать скорость, а Семен, оживившись, начал быстро инструктировать:
— Останавливайся не доезжая, я выйду один. Ты на мушке держи…
— Так нет никого. — начал Илья.
— Может и нет, а может и есть, братан. Не торопись, послушай. Вот, выйду один, ты глазами не хлопай, следи за ситуацией.
— Ладно, понял. — нехотя отозвался Илья.
Получив утвердительный ответ, Семен дождался когда автомобиль остановится до конца и, широко расставив руки, вышел на дорогу. К удивлению спутников, Семен громко и фальшиво запел:
— Now the time has come
When all is said and done
We’re back together on the road
It’s time to fly
No more time to wait
You know it feels so great
Wearing leather on a horse of steel
I ride
Закончив горланить, Семен продолжал стоять с распростертыми руками посреди дороги. Илья уже уже хотел было его окликнуть, как заметил, что из леска вдоль дороги начинают выходить вооруженные люди. Двое вышли с одной стороны и трое с другой. Громадин напрягся, безуспешно стараясь удерживать в фокусе своего внимания их всех.
Группа незнакомцев слаженно рассредоточилась по местности, держа в зоне видимости и автомобиль и площадь рядом. Один из них подошел к Семену поближе и о чем-то тихо спросил его. Семен так же тихо ответил. Илья внимательно следил за реакцией переговорщика и заметил, что слова Семена вызвали на его лице тень облегчения. Они перекинулись еще парой фраз и ударили по рукам. Переговорщик дал короткое указание одному из своих спутников и вместе с Семеном отправился к их фургону.
— Встречайте гостей, братаны. — со свойственной ему энергией сказал Семен.
Его спутник промолчал и уселся на переднее сиденье, рядом с Ильей, давая понять, что он теперь будет штурманом. Илья не трогался с места, ожидая указаний от нового провожатого. Тот помахал двумя пальцами, указывая вперед на дорогу. Илья не успел увидеть как с дороги исчезли деревья, но сейчас их там не было. Путь был свободен, можно было ехать.
Неразговорчивый штурман так и не проронил ни одного слова. Охваченные волнением, все остальные тоже ехали в молчании. Только Семен все ерзал сзади, по нему было видно, что он хочет многое расспросить, но провожатый никак не реагировал на его попытки завести беседу.
Вскоре впереди показался бетонный забор и самый настоящий КПП. Илья вопросительно посмотрел на штурмана, тот утвердительно кивнул.
— Нехило вы устроились! — не выдержал Семен.
— Это бывшая военная часть, — коротко ответил провожатый.
Метров за двадцать он велел Илье остановиться и вышел из машины. Пройдя немного вперед, он сделал какие-то знаки руками. Со стороны КПП никаких видимых или слышимых сигналов не подали, или Илья просто их не заметил. Провожатый повернулся к машине и махнул рукой, позволяя проехать, в машину он возвращаться не стал — просто зашагал вслед.
Илья неторопливо поехал к КПП.
— Не, ну нормально они замутили? — не скрывая восторгов затараторил Семен.
Никто его не поддержал и он быстро успокоился. Миновав КПП, на котором Илья никого не заметил, они въехали на территорию части. Там их уже ожидала небольшая делегация во главе с представительного вида пожилым мужчиной. Он походил своим видом на философа в изгнании: обладал окладистой седой бородой, аккуратной стрижкой, ему не хватало только костюма-тройки и очков для завершения образа.
Не дожидаясь полной остановки, Семен выскочил из машины на ходу и бросился к старику. Спутники философа сделали попытку его остановить и направили на Семена оружие, но старик их одернул и сам направился навстречу Семену.
— Здарова, Роб, старый ты козел! — заревел Семен, заключая старика в медвежьи объятия.
Спутники философа с удивлением смотрели на представшую картину.
— Здравствуй, здравствуй, Семен. — освобождаясь от объятий, сказал старик. — Расслабьтесь, это мой старый друг Семен.
Никто из спутников особенно не расслабился и они продолжили внимательно следить за обстановкой.
— Да… — протянул растерянно Семен и оглянулся назад, на фургон. — Это мои спутники…
Семен указал на вылезающих из фургона Илью и остальных.
— У нас раненый и мальчишка без сознания, у вас с докторами как? — продолжил Семен.
— Найдутся, — ответил Роб, как назвал его Семен. — лежачих в машине оставьте, о них позаботятся. А остальные — милости просим.
Не говоря больше ни слова, Роб развернулся и направился в сторону
