после чего просто скачала всю информацию со всех компьютеров, которые нашла в сети… и продолжила мыть свой участок.
В субботу и воскресенье был выходной. Их я потратила на то, чтобы проанализировать всё, что удалось скачать. Несмотря на огромные объемы информации, в основном финансового и отчетного характера, как такового компромата был мизер.
Но какой!
Судя по всему, мне повезло подключиться в том числе к личному компьютеру Левашова, потому что всего в трех папочках, запрятанных среди сотен прочих, содержащих исключительно предоставляемые в военное ведомство данные, я нашла серию экспериментов над людьми.
Самыми обычными живыми людьми. Одаренными.
Вот только эксперименты эти… Были совсем не обычными!
Самое близкое определение тому, что происходило в самой закрытой из лабораторий — бесчеловечные пытки. А всё ради того, чтобы извлечь из человека магию, магическое ядро и… тадам-м, душу!
Для того, чтобы подсадить её гомункулу, ага.
Эксперименту было полтора года, но за этот срок ученые особо не продвинулись в реализации своих амбиций, однако увидев, что сейчас в лаборатории изучается объект под номером семьдесят девять, особь женского пола девятнадцати лет, я поняла, что за эти полтора года они убили семьдесят восемь подростков. И папочки-вкладыши с результатами исследований с нужной нумерацией нашлись рядом.
В среднем они убивали по четыре человека в месяц. Одного в неделю.
Много это или мало? Ради науки, а?
Сидя на продавленном диване в съемной квартире и бездумно жуя сваренные на обед пельмени из ближайшего магазинчика, я думала.
Прикидывала. Планировала…
Знает ли об экспериментах военное ведомство? Или Левашов действует на свой страх и риск?
Хотя какая разница? Моя задача уничтожить Левашова. Спасать целый мир от самих себя — задача неблагодарная. А я даже не богиня…
Криво усмехнувшись, я отправила своё сознание в сеть, пытаясь понять обстановку на границе, но увы, прямые репортажи с мест событий не велись, а по тем разрозненным данным, которые всплывали в частных блогах, сложно было судить о реальной обстановке по всей линии фронта.
Одно было ясно — война идет. И есть потери.
Но раз Константин до сих пор не подал объявление на сайт Карабаново, значит, всё не так уж и плохо.
В понедельник я ответственно вышла на работу, но с самого утра в институте барахлила система электронного доступа к дверям, так что точнехонько после обеда мне случайным образом прищемило руку до жутчайшего синяка и закрытого перелома (но это неточно) и руководство, проворчав что-то о том, что над уборщицами точно какой-то злой рок сгустился, отправило меня домой.
Я же, плача и причитая, что мне обещали нормальную работу, а не вот это вот всё, предпочла зайти в отдел кадров и уволиться по собственному. Без отработки. На меня, естественно, наорали, что я такая-сякая бестолковая и месяца не продержалась, но я окончательно разревелась, а потом кадровичкам стало не до меня. В кабинет, пошатываясь, зашла Раиса и, дыхнув на дам перегаром, шлепнула заявление по собственному.
— Нахрен ваш цирк! Жись дороже!
Поддерживаю.
В общем, обо мне тут же забыли, быстренько сунув трудовую, я, всхлипывая, ушла, заглянув в бухгалтерию, где мне выплатили аж пять тысяч за отработанную неделю, а через час на всех значимых новостных порталах империи появились обличительные статьи о графе Левашове, который проводит в своём НИИ бесчеловечные эксперименты над людьми. Фото и документы прилагались.
Гораздо более подробная информация пришла с одноразового анонимного адреса на почту начальника тайной канцелярии — князя Долгорукова Василия Андреевича.
С припиской: «Примите, пожалуйста, меры. Доброжелатель»
* * *
— Ваше императорское величество, разрешите доложить.
В кабинет императора Василия V, чеканя шаг, вошел князь Долгоруков.
— Что там у тебя? — без особого интереса спросил император, ещё довольно молодой (каких-то сорок четыре года!), но уже уставший мужчина. Чертовы османы с их чертовыми культистами, из-за которых потери на фронте просто ужасающи!
— Вот.
Прекрасно видя состояние своего государя, тем не менее князь положил перед ним пухлую папочку с распечатанными документами и фотографиями. Сам он закончил изучать и структурировать их только час назад, перед этим на всякий случай отдав приказ пока мягко задержать графа Левашова до выяснения реального положения дел, но уже так было видно, что граф — предатель. Не просто ученый, покусившийся на волю и жизнь другого человека, а маньяк, использующий в своих экспериментах техники темного культа! Как раз того, который не дает им продохнуть на Кавказе!
— Вкратце, — поморщился император, оценив объем папки.
— Граф Левашов, — послушно отчеканил начальник тайной канцелярии государя. — Проводил в своём НИИ эксперименты над людьми, в том числе с темными техниками.
В руках императора треснула ручка. Пополам.
— Повтори, — тихо попросил он и в воздухе запахло озоном.
Князь нервно переступил с ноги на ногу и указал подбородком на папку.
— Граф Левашов. Тут подробности дела. Семьдесят девять эпизодов. Полтора года. И это…
Кашлянул, чувствуя, как его душит воротничок.
— Документы поступили на мою личную почту с неизвестного адреса. От доброжелателя. Помимо этого часть информации уже размещена на информационных порталах. Неизвестным. Удалить ролики невозможно. Миллионные просмотры. Жесточайший общественный резонанс. Люди требуют казнить маньяка.
— Твою мать… — тихо произнёс император, устало прикрывая глаза ладонью.
Выдохнул. Взял себя в руки. Сел прямо и строго поинтересовался:
— Левашова взяли?
— Так точно, государь. Как и всю семью. Территория института оцеплена. Уже ведутся обыски и изъяты сервера.
— А что по… — скривился, — доброжелателю? Кто?
— К сожалению, — князь поморщился, — отследить не удалось. Наши специалисты работают над этим. Есть ряд зацепок, но…
— Работайте, — зло процедил император. — Лучше работайте!
— Так точно! Работаем, ваше императорское величество! — князь вытянулся по струнке, периодически забывая дышать — больно тяжелым стал воздух в кабинете.
— Вольно, — проворчал Василий V. — Иди уже.
После чего, не дожидаясь, когда подчиненный покинет его кабинет, заваленный срочными докладами с фронта, подвинул к себе новую папку и погрузился в чтение. Надо бы понять, что за гнида завелась у него прямо под боком… И почему, черт возьми, его проморгало военное ведомство⁈
* * *
Вернувшись домой из НИИ, я подлечила травмированную руку своими силами и педантично собрала в чемодан вещи. Туда же положила документы и коммуникатор, предварительно сообщив хозяйке, что съезжаю. В подъезде скинула ключ в почтовый ящик и вышла в густых сумерках на пустырь, где всего одним плазменным пульсаром уничтожила все улики.
Там же, присев на бревнышко, вернула себе привычную внешность, просто откатив последние обновления. М-м… челюсть болит! Уф, всё-таки не стоит в следующий раз трогать кости. Лучше форму губ менять и щек, так проще.
