включая швейцарцев, твердили о невозможности подобного.
— У нас точно с ней ничего не было — заверил я его — Госпожа Вагнер не в моем вкусе и весовой категории.
— Так себе острота — заметил Илья Николаевич — Далее мелочи. А, вот. Мадрид, полтора года назад. Вы вытащили буквально с того света семилетнюю девчушку, которую сбила машина. Там уже и смерть зафиксировали.
Ага, а после в одном из питейных заведений, находящемся в Ла Латина, сбивчиво пытался объяснить своей Хозяйке что вот такой я дурак. Ну не обрастает у меня сердце шерстью, как не стараюсь. Получалось так себе, но она мне вроде поверила.
— Вена — прошелестел еще один листок — Тут у нас балерина вдруг на сцену вернулась, хоть до того без тросточки ходить не могла.
Тоже правда. Жозефине та балерина родственницей приходилась, по крайней мере она мне так сказала. Я же ей тогда еще верил, вот и помог девчонке немного. Там делов-то было на пять минут. Кстати, она еще и девственницей оказалась. Не Жозефина, разумеется, а балерина. Н-да. Никогда бы не подумал, что в Европе эдакое диво можно встретить. Славная девчушка эта Бертина, мы до сих пор иногда письмами обмениваемся.
— Снова Вена. Стокгольм. Нант — пальцы Ильи Николаевича переворачивали страницы дела — Бремен. Амстердам. Будапешт. Слушайте, вы изрядно поколесили по миру.
— Предпочитаю смотреть на историческое наследие человечества сам, а не глазами телепутешественников — пояснил я — Благо имелась такая возможность.
— Скорее — необходимость — поправил меня старик — До истинных деталей произошедшего с вами два года назад мои люди докопаться не смогли, и полную картину случившегося восстановить не удалось, но ясно одно — вы не просто так покинули Москву.
— Поверьте, причиной все же была элементарная охота к перемене мест.
— Весьма мучительное свойство, немногих добровольный крест — закончил пушкинскую фразу Илья Николаевич — Кстати, Александр Дмитриевич, а вы носите крест?
— Нет — немного удивился вопросу я — А это вы к чему спросили?
— Просто любопытно — хозяин дома закрыл папку и отложил ее в сторону — Да и в самом деле это не столь важно. Ну так что, Александр Дмитриевич? Мы договоримся?
— Хорошая у вас служба безопасности — я кивком указал на папку — Кое-кому следовало бы у них поучиться. И сегодня они меня приняли прямо безукоризненно.
— Невелика сложность — улыбнулся мне винирами Илья Николаевич — Особенно если точно знать, где и когда вы будете встречаться с друзьями.
— Сашка, они твой телефон слушают! — сообщила мне Жанна, причем отчего-то шепотом — Точно тебе говорю!
А то я после такой ремарки без нее бы не дотумкал до очевидного факта. Ну что за жизнь, что за времена? Никакой приватности не стало, все что можно переходит в общественное пользование.
— Саша, вон тот ваш тезка, предлагал мне привезти вас до мероприятия, но я решил, что это лишнее, потому и происходит наша встреча в столь поздний час — продолжил старик — Впрочем, я почти не сплю по ночам. Мысли покоя не дают. Не хочется умирать, Александр Дмитриевич. Очень не хочется. Потому повторю вопрос — мы поладим?
И вот что ему ответить? Да? Наверное, это было бы разумнее всего, потому что отказ с огромной вероятностью приведет к непоправимым повреждениям моего организма. Но с другой стороны, что, если я ему помочь не смогу? Лихоманки, к помощи которых придется прибегать, бабы капризные до ужаса. Ну да, Пухея не Трясуница, но кто ее знает? Опять же — с ней расплачиваться придется. И самое главное — гарантий тут ноль. Может этот старый хрен еще лет десять небо коптить будет, а, может, через пару недель загнется. Первое вероятнее, и намного, но с моим везением ручаться ни за что нельзя.
— Александр Дмитриевич, давайте не будем забавляться киношными играми из серии «ты сделаешь так, как я хочу». — расценил мое молчание по-своему Илья Николаевич — Впрочем, если желаете соблюсти традиции — извольте. Миша!
Стоящий слева от меня мужчина достал из наплечной кобуры пистолет и наставил его на мою ногу.
— Для начала он прострелит тебе правую коленную чашечку — сухо и буднично сообщил мне тот охранник, что сидел на переднем сидении такси, и кого хозяин дома назвал Сашей — Это больно, но не смертельно, плюс данная мера никак не повлияет на твои способности. Потом — вторую. Если ты герой и это не сработает, тобой займусь я, применив кое-какие свои навыки, а в это время несколько моих подчиненных отправятся в Теплый Стан. Какова их цель, думаю, ты понимаешь.
— Последнее было лишним — глянул на него — Это плохая идея и плохие слова. За них придется ответить, даю слово.
— Я всегда готов отвечать за то, что говорю — равнодушно произнес Саша и уставился на наручные часы — У тебя осталось двадцать пять секунд на принятие решения.
— Ну да, шаблонные методы, примитивные, но они почти всегда работают — миролюбиво заметил Илья Николаевич — Таковы законы бытия — сложное ломается, когда простое продолжает работать и работать. Но вы человек, как мне кажется, более чем разумный, потому предлагаю закончить этот…
— Да вы охренели совсем? — взвилась из кресла застывшая было в нем Жанна — Я вам дам сейчас коленную чашечку!
Она сияющей молнией скользнула по комнате, по дороге опрокинув вазу, стоящую на полу и сковырнув с полок десяток книг в глухих дореволюционных переплетах.
Старик на кровати подпрыгнул, когда ваза с грохотом разлетелась на осколки, охранники вздрогнули, а Саша подобрался, словно волк.
— Ты у меня сейчас сам себе чего-нибудь отстрелишь! — зло бросил Жанна, синева которой сменилась серебряным сиянием — Яйца, например. Или мозги себе вышибешь, если они у тебя есть!
Она вцепилась в руку Миши и, как мне показалось, без особых усилий, развернула ее так, что теперь пистолет был направлен не на меня, а на него самого.
— Какой интересный поворот — отметил старик на кровати — Ну-ну!
— Заканчивай! — мигом велел мне Саша, в руке которого тоже появилась оружие — Буду стрелять!
— Чего заканчивай? — я оперся спиной о стену и показал ему конечности — Ручки-то вот они. Ну, хочет парень себе пулю в рот пустить — его право. У нас свободная страна. Куда хуже, если бы он надумал своего принципала пристрелить, лишив его последнего времени, коим тот так дорожит. Вот это да. Вот тут беда была бы.
— Ясно — мигом сообразила куда я гну Жанна — Так
