и камни, расстелить газон, за которым Кенни специально ездил в Ньюлин, и расставить скамейки и столы.
Фрэнк с Джеймсом сколотили сцену, а невыносимая Бренда изготовила даже что-то вроде декораций. Мэри Лу напекла пирогов, а Кенни выставил пиво и лимонад.
Фанни так нервничала перед выступлением, что едва опять не принялась выть, но Кенни вовремя подоспел с голубым покрывалом и обнимашками.
Фрэнк держался более стойко, однако не выпускал руку Тэссы, как будто она могла его защитить от актерского провала.
– Слышь, – Холли пихнул его локтем в бок, – это тебе что, амулет вроде кроличьей лапки?
– Не задирай его, – велела Тэсса, – а то у тебя две недели вдохновения не будет.
– Фу на вас, – испугался Холли и убежал к своему новому другу-миллионеру Уильяму, гордо вышагивающему по газону в новых штиблетах.
Фанни и Фрэнк, умирая от волнения, поднялись на сцену.
– Земную жизнь пройдя до половины, – откашлявшись, начал он, – я очутился в странной деревеньке…
Жители Нью-Ньюлина притихли, с интересом ожидая новой истории.
Эпилог
Дермот Батлер, напевая грустную шотландскую балладу, катил по дорогам графства Дорсет, не имея никаких определенных планов на свой дальнейший маршрут.
Из цирка его выгнали за дебош.
Прекрасная Аманда, за которой он целых полгода ухаживал и перед которой впервые осмелился раздеться, подняла такой крик, что соседи вызвали полицию.
А мама говорила, что у него очень милые крылышки.
Наверное, обманывала.
Денег оставалось кот наплакал, а просить отца о помощи не хотелось. В свои двадцать три года он уже считался взрослым мальчиком.
Достав из бардачка последнюю шоколадку, Дермот зашелестел оберткой, ожидая, когда туристы с надувными матрасами перейдут дорогу. Их ждал пляж. Его ждала неизвестность.
От нечего делать он показал себе язык в зеркале, поправил смоляные пряди, чтобы они лежали аккуратной волной, покрутил ручку радио, надеясь добиться от развалюхи хоть какого-то звука. Собственное пение было у него в печенках.
Но вместо радио вдруг включился навигатор, который считался умершим вот уже года полтора как.
– До деревни Нью-Ньюлин осталось 196 миль. Расчетное время прибытия – четыре часа.
Дермот так обалдел от этого воскрешения, что пропустил начало движения. Сзади нетерпеливо засигналили.
Ничем, кроме чуда, такое норовистое поведение навигатора объяснить было нельзя.
Что же.
Нью-Ньюлин так Нью-Ньюлин. И будь что будет.
